Чтение онлайн

Кое-как он заснул, и сон, который он увидел, был противоестественно ярок. Он стоял с Максимом на лестничной клетке, перед ним были двери лифта, и замкнутое пространство было одновременно строго и роскошно. Вокруг были молочные стены, зеркальный пол, снежно-белый потолок с круглыми плафонами и черные двери.

Потом лифтовые двери раскрылись, и какой-то человек поманил их рукой.

– Ну, – бросил он пренебрежительно.

Серебристый лифт с зеркалами вез их медленно, и Алексей Иванович сбился считать воображаемые этажи исполинской высотки.

Лифт остановился, Алексей Иванович с Максимом вышли и очутились в полутемном зале с узорчатым паркетом, панелями из красноватого дерева и кассетным потолком, который навис над их головами, пугая перепадами тени и света. Огромные окна летели над ночным городом, начиненным огнями, а напротив высился небоскреб. Стену украшали старинные мечи и сабли, кое-где тронутые окислами, а перед столом, обтянутым кожей, стояли два человека, разглядывая пришельцев.

Один – высокий, бледный, со впалыми щеками, покрытыми ухоженной бородкой, облаченный во что-то длинное, похожее на сюртук или на сталинский френч, с досадой хрустнул длинными пальцами и сказал второму:

– Полюбуйся, Яков Леонидович. Форменный шлак.

Второй, в благородном пепельном костюме – низенький, одышливый, обливающийся потом – проговорил в ответ, словно извиняясь:

– Валентин Петрович, что сделано, то сделано. Пехота тоже пригодится.

Валентин Петрович побарабанил пальцами по столу и сказал сухо:

– Вы попали в светлый мир на дурочку. Чтобы сюда пролезть, элита продает душу, отрекается от близких, закладывает детей, а вы здесь, потому что осел, которому нельзя ничего поручить, оскандалился на ровном месте. Проще вас уничтожить, но мы дадим вам шанс… если поймете, что к чему.

– Поймут, – заверил партнера Яков Леонидович, еле слышно сипя, словно у него были не легкие, а жабры.

– Для наглядности, – продолжал Валентин Петрович. – Я прищучу того недотепу.

Из боковой двери вытолкнули человека в накидке, а Алексей Иванович узнал лопоухого коробейника, который продал ему бутылку воды на вокзале.

Коробейник махал руками и вскрикивал:

– Я не виноват! Он же был в кепке… послушайте!

Он метнулся к стене, сорвал с нее меч и бестолково замахал им в воздухе.

– Не подходи! – завизжал он истошно. – Убью!..

Валентин Петрович и Яков Леонидович печально, со скукой переглянулись, и Валентин Петрович процедил:

– Ты не просто всучил нам двух болванов – ты проворонил опасных врагов, которые копают под нас, и неизвестно, сколько еще бед натворят.

Коробейник все махал мечом, стараясь сокрушить неприятелей. Иногда ему даже удавалось задеть Валентина Петровича, и Алексей Иванович с интересом наблюдал, как тяжелый меч отскакивал от бородача, словно тот был резиновым, а меч – игрушечным.

– Хватит клоунады, – Валентин Петрович отнял меч у несчастного коробейника, размахнулся и ударил сам. Раздался хлопок, и у видавшего виды Алексея Ивановича потемнело в глазах, когда коробейник рухнул на пол, а по паркету растеклось кровавое пятно.

Яков Леонидович наблюдал за казнью, покачивая головой. Максим охнул, рванул Алексея Ивановича за руку, и оба помчались к выходу, а Яков Леонидович крикнул им вслед задыхающимся тенорком:

– Никуда не денетесь!

Беглецы выскочили из зала, влетели в какую-то дверь и, оказавшись на пожарной лестнице, бросились вниз. Из окна на них смотрел антрацитовый небоскреб, а внизу, сколько хватало глаз, переливались огни необъятного города.

Нет, это не сон, – думал Алесей Иванович, перепрыгивая через ступеньки. – А что же?..

Они бежали целую вечность. Наконец огни за окнами приблизились, а беглецы пролетели через тамбур и оказались в пустом холле. Максим кинулся к выходу, затормошил дверную ручку, а потом стал швырять в стекло все, что находил: плевательницу, банкетку, кашпо, но предметы лишь легко, как на пружинах, отскакивали от стекла.

Запыхавшийся Алексей Иванович хватал ртом воздух.

– Гад сказал правду, – еле выговорил он. – Пойдем, пока не накрыли.

Он хотел затеряться в здании и ступил в лифт, проверяя количество этажных кнопок, но тот вдруг закрыл двери и поехал. Алексей Иванович увидел в зеркале свое перекошенное лицо. Двери открылись, он вышел из лифта на этаже, где, казалось, начиналась стратосфера, прислонился лбом к стеклу и услышал шорох.

– Новенький? – спросил его тихий голос, и Алексей Иванович обернулся к нише, где сутулый человечек раскручивал отверткой мелкое устройство, похожее на часы.

– Ты кто? – выдохнул Алексей Иванович.

– Я Крыса, – сообщил человечек с горечью. – Забился в нору. Не вспоминают, и слава богу. Какой-то мужик привел, затолкал сюда, сказал: сиди – спасибо ему.

– У них там мокруха, – поделился Алексей Иванович.

– Другие законы, – согласился человечек охотно. – Мы – новый биологический вид, мы совершили переход. Мы не люди, мы сновидцы.

Алексей Иванович разглядывал поворотный привод в его руках.

– Я человек, – возразил он. – Я скоро проснусь. Мы хотели на улицу, но там заперто.

Крыса кивнул.

– Грязный мир, туда хода нет, – согласился он. – Только в подвал. Между вышками, – он указал на небоскреб, черной тенью висевший в окне, – бассейн. Там они собираются, местная мафия и та. Замиряются и перетирают, как вселенную делить.

– Кто они? – спросил Алексей Иванович, хмурясь.

– Они – зло, – оскалив зубки, проговорил Крыса философски. – Но цивилизация движется вперед. Скоро не будет людей, будут только выродки, вроде нас.

– Какой город? – вздохнул Алексей Иванович после паузы.