Подвал
Шрифт:
2
После того как «пикап» Акселя выехал с территории «Дома чудовищ», в пределах ограды никого не осталось, По крайней мере, Джад не замечал движения ни позади дома, ни с южной его стороны.
Фасад музея Джада не интересовал. Ведь в случаях убийства Торнов и Кутчей нападающий наверняка проникал в дом через одно из задних окон, и, вероятнее всего, приходил из леса, а не из города. Так что, если сегодня кто-нибудь попытается пробраться туда, Джад непременно разглядит его.
Но стрелять пока что не будет.
С этим можно и подождать. Нельзя же убивать человека только из-за того, что он приходит по ночам в музей и при этом еще надевает на себя костюм обезьяны. Здесь надо как следует разобраться…
Джад еще раз осмотрел всю территорию через бинокль, потом съел второй сэндвич и запил его водой из фляжки.
Когда солнце опустилось пониже и перестало так нещадно палить, он надел рубашку. К этому времени она уже успела просохнуть и от соли стала немного жесткой. Джад заправил ее в джинсы.
Прикурив, он откинулся на широкий плоский камень за спиной. За день камень накалился на солнце и теперь отдавал тепло Джаду, согревая его в предвечерних сумерках. Другой большой валун впереди слегка ограничивал видимость, но вся задняя сторона дома была открыта для наблюдения. И это вполне устраивало Джада. Во всяком случае, ему не придется всю ночь корчиться в неудобной позе.
Пронаблюдав за домом примерно час, он вынул из рюкзака меховую куртку, свернул ее и подложил под себя. Эта подстилка не только сделала его сиденье мягким, но и неожиданно улучшила обзор, так как теперь он сидел немного повыше.
Джад о многом передумал за эти часы. Он старался припомнить все, что ему удалось узнать о загадочном звере-убийце, и искал правдоподобное объяснение существованию этого монстра, Не раз он возвращался к фактору времени. Ведь первое убийство произошло в 1903 году, а последнее – в 1977. Поэтому возможность того, что все эти преступления совершил один и тот же человек, автоматически исключалась.
С другой стороны, Джад не мог согласиться с тем, что убийца – это некое не имеющее возраста чудовище с огромными длинными когтями. И никакие рассказы Ларри и Мэгги Кутч не могли его в этом убедить. Однако шрамы на спине Ларри все-таки были…
Впрочем, эти шрамы могли легко появиться и в результате нападения человека. Если даже не от ногтей, то от каких-нибудь искусственных приспособлений типа лезвий на пальцах. Наконец, кто-то мог просто нарядиться в шкуру гориллы или другого зверя и поцарапать Ларри имеющимися на ней естественными когтями.
Но все равно оставался непонятным почти семидесятипятилетний разрыв между датами совершенно аналогичных событий.
Хотя костюм чудовища могли надевать и разные люди.
Вот только кто и зачем?..
И вдруг у Джада возникла версия. И чем больше он над ней думал, тем яснее и правдоподобнее она становилась, Теперь надо было подумать о том, как собрать нужные доказательства…
Тут только Джад заметил, что стало уже совсем темно.
Он привстал и облокотился на край лежащего впереди камня. Весь газон вокруг дома казался сейчас сплошным темным пятком, как поверхность озера в непогожую ночь. Джад повернулся к рюкзаку, достал со дна увесистый кожаный футляр и извлек из него прибор ночного видения «Старлайт-ноктрон». Включив питание и приставив окуляр к глазу, он быстро отрегулировал яркость, осмотрел дом и газон, но в мрачном красноватом свете не заметил никакого движения.
Когда ноги его устали от неподвижного сидения за камнем, Джад поднялся, отошел в сторону, положил «Старлайт» на куртку и немного передохнул. Потом вернулся на прежнее место и продолжил наблюдение.
«Если моя теория верна, – размышлял он, – то я ничего не добьюсь, просидев здесь даже десять ночей. Никакого чудовища, разумеется, не будет…»
Правда, и вреда от подобного дежурства тоже не будет никакого. А чтобы получить результаты, надо поместить кого-нибудь внутрь дома в качестве приманки. Но кто согласится пойти на это? Конечно, он сам, кто же еще!..
Нет, слишком рано играть в такую игру. Сейчас время для наблюдений. Пока надо хорошенько следить за домом с безопасного расстояния и выяснять природу своего противника.
«Даже если ничего не произойдет, – думал Джад, – я, по крайней мере, буду уверен, что этой ночью никто не проникал в дом через заднюю дверь или окно. Хотя, скорее всего, просто так туда и раньше по ночам никто никогда не ходил».
Прибор в руках Джада казался все тяжелее. Он опустил его на камень и достал из пакета последний сэндвич. Во время еды Джад продолжал наблюдение, но уже без «Старлайта», и поэтому, кроме темноты, ничего не увидел. Он быстро доел сэндвич и снова взял прибор в руки.
Через какое-то время он опустился на колени и уперся локтями в камень. Раз за разом Джад внимательно осматривал двор, опушку леса, бельведер и даже окна дома, хотя стекла и не пропускали инфракрасных лучей, которые улавливал его прибор.
Наконец, оставив «Старлайт» на камне, он встал, обошел рюкзак и помочился в темноту, но тут же снова вернулся назад и еще раз внимательно осмотрел местность. Никаких результатов. Часы показывали половину одиннадцатого. Джад уселся поудобней и продолжал вести наблюдение еще в течение часа, прежде чем изменил свою позу.
Все это время он не переставал думать об убийце, отшлифовывая детали своей теории. Вспоминал он и другие ночи, которые ему пришлось провести наедине со «Старлайтом» и винтовкой. А потом начал думать о Донне: как она выглядела утром в своих вельветовых джинсах и блузке, как мило ходила, засунув руки в карманы… Потом почему-то ее руки превратились в его собственные и стали гладить плавные изгибы ее бедер. Затем Джаду представилось, как он расстегивает пуговицы на ее блузке, трогает ее нежную грудь, которую он, правда, ни разу еще не видел, но мог живо себе представить.