Чтение онлайн

— Может, в речке какой-нибудь искупаемся? — предложила Зоя.

Казалось бы, мелочь — блохи или клопы, но лично я чувствовал себя ужасно, да и остальным жизнь не казалась прекрасной. Впрочем, Гришка и Васька выглядели на удивление неплохо: бодро шагали, с интересом смотрели по сторонам, улыбались и потихоньку делились впечатлениями. Молодцы, но что будет, когда они устанут?

Утомиться мальчуганы не успели, потому что путь нам превратил примитивный шлагбаум из жерди, лежавшей на столбиках и перегораживавшей дорогу. Рядом топтались два стража, вооруженные мечами и копьями.

— Земля владетельного господина Рагана Тампатийского, — лениво пробасил один из них. — Чего надо?

— Нет ли тут поблизости речки, в которой искупаться можно? — спросил выступивший вперед Николаевич.

Сторож смерил взглядом нашего товарища и со вздохом ответил:

— Мытье и купание — суть преступления, способствующие распространению заразы.

Похоже, эту фразу служивый выучил наизусть, потому что дальше он стал говорить проще и понятнее:

— Не помоетесь вы нигде: все мыльни порушили, а за купание в речке плетьми бьют, если заметят.

— Это кто же такое придумал? — удивился Николаевич.

— Ученые и доктора, — скорбно ответил охранник. — Баню теперь только за морями найдешь.

— Яйца бы отрезать этим умникам!

Катя, если ее разозлить, говорит, что думает. Разумеется, мимо мальчишечьих ушей такие занимательные слова не пролетели. Гришкину физиономию я в этот момент не видел, а Васька смотрел на моего сына с завистью и восхищением. Вот так одной хлесткой фразой можно завоевать уважение.

— А если эти ученые и доктора — женщины? — невинно поинтересовалась Лара.

— Женщины до такой пакости не додумаются, — ответила моя супруга. — А Куратор — сволочь! Мог бы и получше место для высадки найти. Уматывать надо отсюда.

Поскольку город стоял на морском берегу, содержимое сточных канав благополучно попадало именно в море. В порту тоже главенствовал запах отхожего места. Ветер едва дул со стороны суши, поэтому о свежем морском воздухе оставалось только мечтать.

Рядом с плавучим деревянным причалом стояли телеги, запряженные самыми обычными лошадьми, а не рогатыми ослами, как в Шерданде. Высокие сильные мужчины, одетые только в полотняные штаны до колен, перетаскивали с телег на причал тюки, обшитые грубой коричневой тканью. Работой руководил толстяк, успевавший и подгонять грузчиков, и костерить подчиненного, который находился на корабле, стоявшем у пристани.

— Заман! — хрипло кричал упитанный начальник. — Почему заранее на корабле не убрался?

— За водой в море ходили: у пристани одно дерьмо плавает, — оправдывался невидимый Заман.

Едва заметив нас, толстяк незамедлительно предложил:

— Не желаете ли перебраться на остров Барас?

Оказывается, толстый купец привез с острова смолу, продал ее и закупился дорогой шерстью. Чтобы полностью загрузить корабль этим товаром, у него попросту нет денег, и мы для купца — желанные попутчики, дополнительный доход.

По его словам, остров был райским местом. Мы ему не очень-то и поверили, но оставаться в вонючем городе никто не хотел. Заплатив два золотых, вся наша команда отправилась на Барас.

Географию мы изучали, расположение участков суши на планете я запомнил неплохо. Четыре материка, между ними — многочисленные острова, некоторые весьма большие. Барас — один из таких: длина — пятьсот километров, ширина — сто.

Что там за общественный строй, я так и не понял — знаю только, что там есть король. Как сказал купец, имя нынешнего правителя — Гурчан, а прозвище — Умный. Если честно, меня эти вещи и не занимали никогда. Рабства нет — значит, бояться нечего, а все остальное жена разведает.

Мы с Николаевичем больше промышленностью и оружием интересовались. А с этим на всей планете не слишком хорошо: выплавка металлов развита слабо, оружие только холодное, станков почти нет. Мельницы в основном водяные, а ветряков почему-то очень мало. Каменный уголь добывают, а нефть — нет, хоть запасы ее имеются.

Думаю, сможем мы здесь в люди выбиться.

Плыли всего двое суток, а попали совсем в другой мир. Столица Бараса с одноименным названием раскинулась вольготно, заняв не меньше десятка холмов. Походила она больше на несколько деревень, расположенных неподалеку друг от друга. Небольшие домики, окруженные садами и огородами, не теснились, а отстояли друга от друга на приличное расстояние. Только на вершинах виднелись каменные палаты — видимо, у местной знати и богатеев принято жить повыше.

В низинах что-то дымило и коптило. Думаю, и запах там стоял, не как в сосновом бору. Однако мы туда не пошли, а чуть повыше поднялись. Там и гостиницу приличную обнаружили, и баню, в которой отмылись и одежду постирали.

Утром решили прогуляться и осмотреться. Пошли на рынок. А куда же еще идти в средневековом городе? Благо, торговые ряды совсем рядом с нашей гостиницей оказались. Там-то наша судьба и определилась.

Понятно, что нас с Николаевичем инструменты и оружие интересовали, а женщин — одежда и домашняя утварь. Только за детишками мы смотрели в оба: я Гришку за руку держал, Николаевич — Ваську. А Ларке наказали далеко от взрослых не отходить.

В какой-то момент я понял, что гомонящая рыночная толпа за моей спиной начала шуметь по-другому. Крики сменились ропотом, а смеха стало совсем не слышно.

Я оглянулся: совсем рядом люди разошлись, а в центре образовавшегося круга наша Ларка гладила здоровенную серую собаку. Псина лежала на булыжной мостовой, с удовольствием принимая ласки моей дочери. Мохнатый серый хвост стучал по камням, Ларка запустила обе руки в густую шерсть и что-то шептала на ухо большому зверю.