Чтение онлайн

Добраться до спасительной травянистой равнины хотелось побыстрее, но тележку я не бросил. Тем более, я ее уже загрузил.

— Все, Сергей — хватит в деревню ходить! — сказал Николаевич. — И на остров плавать прекращаем.

— Давай, хоть морды оттуда вывезем, — попросил Васильевич. — На реке их ставить будем.

— Завтра вывезем, и все — про остров забыть придется.

Ночью Катя плакала, прижавшись ко мне, и молчала. Странно как-то: обычно она говорит много и быстро. Я чувствовал себя немного виноватым, но не раскаивался. А что я должен был сделать?

Наверно, так и положено: мужчины рискуют, а женщины за них переживают. Только неизвестно, что тяжелее.

Из деревни и с острова мы и так навозили много всего. Васильевич рыбачит теперь на реке — ставит морды в заливчиках. На днях он на берегу рыболовную сеть из лески нашел — река ему подарок сделала.

Рыбу Васильевич солит, а через какое-то время промывает и сушит — на зиму запасает. А еще он рыбий жир делает: заливает потроха водой, а кастрюлю на солнышко ставит. Вечером на воде слой жира плавает. Его обычно Танечка собирает — у нее это аккуратно получается.

Взошло почти все, что посеяли, хоть мы и боялись, что от убивающего излучения семена испортятся. Я в деревне земляники садовой накопал, малины, смородины. Все здесь прижилось, на будущий год ягодами полакомимся. Жалко, ни яблонь, ни слив нет.

Серая трава, после того как мы ее обмолотили и промыли, стала светло-коричневой. Разумеется, наши шалаши такого же цвета.

— Ну, что, дом строить будем? — спросил Николаевич.

— Не из чего — равнодушно возразил Савельевич.

— Как это, не из чего? — удивился Васильевич. — Под землей всего полно… В метро бы покопаться.

— Я тут все дома помню, — сказала Валентина. — Если что-то конкретное нужно, могу подсказать.

Копать решили в трех местах. Идею забраться в метро встретили с воодушевлением, однако решили это сделать чуть позже. Сначала на соседнем бугре будем снимать грунт, чтобы добраться до слоя из битого кирпича. Уже на этой основе начнем строить дом. А чтобы добыть кирпич, разроем еще один холм рядом. Валентина сказала, что там старинный дом с подвалом был.

Копаем. Работа скучная и однообразная. На вершине ближайшего холма наметили квадрат, немного превышающий размерами будущий дом. Задача простая: вывезти всю мягкую землю из котлована в соседнюю ложбинку. Уберем грунт, докопаемся до твердого основания, а потом образовавшуюся яму завалим битым кирпичом, который добудем из другого холма.

Работаем одновременно и там, и там. Пока ничего странного или просто нового не происходит: на глубине чуть менее метра лопата упирается во что-то твердое, и дальше мы не углубляемся.

Землю приходится возить метров за тридцать-сорок. Хорошо, что груженую тележку везем под уклон, а порожняком несложно и на горку забраться.

Неожиданности начались, когда мы начали углубляться в щебенку на втором холме. Летнее солнышко изрядно припекало, работали мы полураздетыми, и очень быстро все поголовно начали чесаться.

— Да это же стекловата! — первым догадался я.

Битый красный кирпич оказался перемешанным с клочьями утеплителя, который и вызывал чесотку.

Углубившись еще на полметра, мы наткнулись на хорошо сохранившийся пол, выложенный плиткой.

— Расскажи-ка еще раз, что за дом тут был, — попросил я Валентину.

— Двухэтажный, из красного кирпича, с синей крышей.

— А его перестраивали или ремонтировали? — поинтересовался я.

— Лет семь или восемь назад здесь окна и крышу поменяли. Внутри тоже что-то делали. Здесь на первом этаже ресторан был, а на втором — офисы.

Картина вырисовывалась ясная. Судя по всему, в первую волну разрушений уцелели только стены. Разумеется, все стальные конструкции рассыпались.

Все дерево растащили на топливо или использовали для строительства убежищ в другом месте. Осколков стекла и обломков пластмассы здесь тоже очень мало — значит, унесли и окна, и пластиковые отделочные панели, если они были. Осталась только каменная коробка, да разлохмаченная стекловата.

Потом стены обрушила таблетка, а танк измельчил верхний слой мусора и засеял все травой.

Однако Валентина говорила о большом подвале. Интересно, из чего тут сделано перекрытие над подвалом, если ему ничего не стало ни от излучения, разрушившего железо, ни от ударов падающих каменных стен. Если перекрытие цело, то и само подвальное помещение должно сохраниться.

А нет ли там чего-нибудь любопытного или полезного?

Мы перевозили красный щебень в яму на первом холме, выбирали уцелевшие кирпичи и очищали их от раствора. Стены здания оказались разрушенными не до основания и возвышались над полом где на полметра, а где чуть меньше.

Уже вся квадратная яма на месте будущего дома заполнилась битым кирпичом, а нам никак не удавалось найти вход в подвал на втором холме. Мы очистили все здание, но ничего похожего на люк или лестницу, ведущую вниз, так и не обнаружили. Впрочем, подвал был, и несколько круглых отверстий в полу позволяли в этом убедиться. Бросаешь камешек — и слышишь, как он падает в каком-то помещении.

Собственно, задачу мы выполнили: яму на первом холме заполнили щебнем и целого кирпича запасли немало. Если продолжить разбирать остатки стен большого дома, то из кирпича можно небольшой домик сложить.

Увы, у нас нет цемента, и где его искать — неизвестно. Даже если Валентина покажет, где были магазины стройматериалов, мы можем не обнаружить там ничего, ведь здесь почти год люди жили. К тому же, цемент, наверно, уже отсырел.

Вход в подвал нашелся снаружи. Почему-то это никак не приходило нам в голову. Бетонная лестница оказалась неповрежденной, только пришлось попотеть, вытаскивая мусор.