Чтение онлайн

Все это, можетъ быть, справедливо; но тутъ досадно, папа, то, что, какъ видно, вс, старые и молодые, раздляютъ мннiе князя Янтарнаго, потому что я очень хорошо знаю Янтарнаго: онъ слишкомъ большой трусъ, чтобы позволить себ въ такомъ многолюдномъ обществ такъ рзко выражать свое мннiе, если-бы онъ ожидалъ себ встртить возраженiе, напротивъ: одни поддерживали его небольшими фразами, другiе ободряли взглядами; наконецъ, которые и молчали, то можно наврное поручиться, что они думали тоже самое.

Графъ.

И пусть себ думаютъ что хотятъ! Я на болтовню этихъ господъ никогда не обращалъ никакого вниманiя и обращать не буду.

Ольга Пeтpoвна.

Ты этого не говори, папа!.. Крикъ этихъ господъ для тебя и Андашевскаго гораздо опасне, чмъ что нибудь другое, а тмъ больше, что къ этому присоединилась опять какая-то статья въ газетахъ.

Графъ (нахмуривая брови).

Опять статья?

Ольга Петровна.

Опять!.. Очень рзкая, говорятъ, и прозрачная. Ты бы, папа, какiя нибудь мры принялъ противъ этого.

Графъ (пожимая плечами).

Какiя же я могу принять мры?.. (насмшливо). Нынче у насъ свобода слова и печати!.. (встаетъ и начинаетъ ходить по терас). Нечего сказать, – славное время переживаемъ: всмъ негодяямъ даны всевозможныя льготы и права, а вс порядочные люди связаны по рукамъ и по ногамъ!.. (Прищуривается и смотритъ въ одну изъ боковыхъ аллей сада). Что это за человкъ ходитъ у насъ по парку?

Ольга Петровна.

Это должно быть Мямлинъ!.. Я ему говорила чтобы онъ прiхалъ къ теб! Вообрази на этомъ вечер у madame Бобриной онъ одинъ заступался за тебя и очень умно, по моему, доказывалъ, что нынче вс службы сдлались такъ трудны, такъ требуютъ отъ служащихъ многаго, что мста можно давать только людямъ совершенно къ тому приготовленнымъ.

Графъ (съ презрительной усмшкой).

Это вроятно онъ себя считаетъ совершенно приготовленнымъ на освободившееся мсто Андашевскаго!

Ольга Петровна (стремительно).

И ты, папа, опредли его – непремнно!

Графъ (съ удивленiемъ взглядывая на дочь).

Что ты такое говоришь?.. Шутишь, что-ли?

Ольга Петровна.

Нтъ, не шучу, и я теб сейчасъ объясню, почему я такъ говорю: ты вспомни, что Мямлинъ родной племянникъ князя Михайла Семеныча и когда ты опредлишь его къ себ, то самому князю и всему его антуражу будетъ это очень прiятно и дастъ теб отличный противувсъ противъ всхъ сплетенъ и толковъ у madame Бобриной, которыми, опять я теб повторяю, вовсе не слдуетъ пренебрегать.

(Графъ грустно усмхается).

Ольга Петровна.

Ты поврь, папа, женскому уму: онъ въ этихъ случаяхъ бываетъ иногда дальновидне мужскаго.

Графъ.

Но какимъ же образомъ дать Мямлину какое-бы то ни было серьезное мсто, когда его корчитъ и кобянитъ почти каждоминутно?

Ольга Петровна.

Это, папа, болзнь, а не порокъ; но что Мямлинъ уменъ, въ этомъ я убдилась въ послднiй разъ, когда онъ такъ логично и послдовательно отстаивалъ тебя.

(Графъ отрицательно качаетъ головой).

Ольга Петровна.

Ты, папа, не можешь судить объ его ум; потому что, какъ самъ мн Мямлинъ признавался, онъ такъ боится твоего суроваго виду, что съ нимъ сейчасъ же длается припадокъ его болзни, и онъ не въ состоянiи высказать теб ни одной своей мысли.

Графъ (усмхаясь).

Какiя у него мысли?.. У него никогда, я думаю, не бывало въ голов ни одной своей собственной мысли.

Ольга Петровна.

Даже, папа, если-бы и такъ то было, то я все-таки прошу тебя опредлить его; если не для него – такъ для меня это сдлай.

Графъ.

Но почему-жъ теб такъ желается этого?

Ольга Петровна.

Желается, папа, потому что это будетъ полезно для тебя и наконецъ нужно для меня самой.

Графъ (пожимая плечами).

Не понимаю, почему это теб можетъ быть нужно!.. Во всякомъ случа я долженъ объ этомъ прежде поговорить и посовтоваться съ Андашевскимъ.

Ольга Петровна.

Съ Андашевскимъ я уже говорила: онъ самъ этого желаетъ и сiю минуту вроятно прiдетъ просить тебя о томъ же.

Графъ (взглядывая пристально на дочъ).

Гд-жъ ты видла Андашевскаго?

Ольга Петровна.

Онъ вчера вечеръ сидлъ у меня.

Графъ.

Стало быть, онъ бываетъ у тебя довольно часто?

Ольга Петровна

Бываетъ!.. Позволь мн позвать къ теб Мямлина и общай ему это мсто! soyez si bоn, cher p'ere! (подходитъ и начинаетъ ласкаться къ отцу). Я позову его, папа?.. Да?

Графъ (пожимая плечами).

Позови, пожалуй!..

Ольга Петровна.

Вотъ за это merci, papa! (цалуетъ отца въ лобъ и сбгаетъ съ лстницы).

Графъ (смотря вслдъ дочери).

Умная женщина – Ольга! Какъ она все это скоро и хорошо поняла!.. Тяжелая вещь служба… вотъ ужъ по пословиц: н'eхотя скачешь и н'eхотя пляшешь! Но что однако это значитъ, что Ольга въ послднее время до такой степени сблизилась съ Андашевскимъ, что отъ малйшихъ даже неблагопрiятныхъ слуховъ для него выходитъ изъ себя?.. Дружба ли это, или боле нжное чувство?.. Во всякомъ случа я весьма бы не желалъ, чтобы изъ этого произошло что-нибудь серьозное, потому что какой-бы по личнымъ качествамъ своимъ этотъ господинъ ни былъ, но все-таки онъ parvenu и хамъ по своему происхожденiю.