Под знаком ?
Шрифт:
1## Душа без тела. (лат.)
Обычное оружие, снабжённое орихалкумовыми контурами проводимости, получало эффект тумана разрушения, оно могло рубить камни как мокрую глину; доспехи и щиты, снабжённые соответствующими контурами, получали дополнительную защиту в виде корпускулярных защитных полей. И не важно, кто сжимал меч или щит, – инвазор или дефенсор, в руках обоих изделия из орихалкума работали одинаково, лишь бы спирит мог долго поддерживать Прерывистое дыхание.
Однако во время медитации оно для спиритов является лишь побочным явлением, Гай же погрузился внутрь себя, выискивая источник того неприятного невнятного чувства беспокойства, которое вернулось после поски. Безрезультатные поиски привели его во внутренний покой, в маленькую пустую камерку внутри головы, совершенно белую. Он сам создал её когда-то, постаравшись как можно меньше: две пустые стены, на третьей два окна, а напротив них единственная дверь. Гай всегда знал, что за ней, и всегда знал, что не откроет её по своей воле, потому что иное будет значить смерть личности. В течение жизни он нередко говорил о темноте за глазами, где Скрытый спит и видит сны… вот она эта темнота, прямо за дверью.
Гай с осторожностью приблизился к двери и замер. Обождав немного, он услышал мерное, спокойное дыхание того, кто спит и видит сны. Что ж, пусть так и остаётся навсегда. Отстранившись, Гай внимательнее осмотрел дверь и наконец-то понял, что его так сильно волновало: раньше это была просто дверь, как символ чего-то, что единовременно отделяет и связывает две жизни Гая; при этом дверь никогда не должна была открываться, и поэтому на ней не было ни ручки, ни замочной скважины. И вот, они появились. Обычная с виду ручка и замочная скважина… две замочные скважины в одном замке. Что бы ни наделала эта пресловутая кровь Сатурна прошлой ночью, результат глубоко отразился на естестве Гая, изменения дошли до самой глубинной и спрятанной части сознания. Оглядевшись в тревоге, он не нашёл в пустой белой камере ключа… или ключей, способных открыть дверь. Это немного успокоило. И всё же, приникнув к двери ещё раз, Гай ощутил, что из-под неё просачивается лёгкий сквозняк в такт дыханию Сокрытого. Раньше так не было.
Гай оставил дверь в покое и отправился назад, в полное сознание, разорвав круг медитации. Открыв глаза на тихом чердаке, он потянулся, зевнул, поднял с пола нож, а потом улёгся на спину. Пальцы сами принялись крутить оружие, пока мозг обрабатывал полученную информацию.
Во внутреннем покое произошли изменения, которых Гай не инициировал, причина ясна – кровь Сатурна что-то сделала с ним. Но что именно? Трудно сказать, учитывая, что сама природа этой субстанции покрыта мраком, и как именно она влияет на органику в чистом виде знают только авгуры. Неприятное чувство «смещения» потихоньку усиливается, а значит, изменения во внутреннем покое могут стать ещё более значительными. Надо будет проверить это позже. Что ещё можно сделать сейчас? Пожалуй, абсолютно ничего. В этой жизни у Гая нет полного контроля ни над одним из её аспектов, он всего лишь девятилетний мальчишка и не более того. Следовательно, особо дёргаться не стоит, это бесполезно и бессмысленно.
Он отправился в свою кубикулу, взял там полотенце и покинул пределы огромного домуса. Умбракулум защищает от жаркого солнца Сицилии, путь до реки близок, и воздух полнится садовыми ароматами. Гай шагает, слушая жужжание пчёл, вылавливая блики на телах ярких стрекоз, охотящихся над водой, да и сама вода напевает. У неё приятный запах, какой-то невнятно сладкий, добрый что ли, трудно объяснить, когда ты не поэт.
Гай поднялся по течению, туда, где над излучиной раскинулась густая тень старой облепихи. Осмотрев её, и убедившись, что плоды уже начали зреть, он разделся. Вода приняла теплом, август всё же. Немного поплавав в своё удовольствие, мальчик начал строить. Каменистое дно щедро снабжало материалом, большие камни улеглись в основу плотины, сверху стали накладываться более мелкие, слой за слоем, всё выше. Гай не любил работать, но строительство речных запруд – это чистое веселье, к тому же одна простая истина неоспорима: созидательный труд помогает голове работать.
К вечеру левая половина его тела всё же немного обгорела, но плотина была готова: широкая, высокая, будто её строили несколько мастеров, а не один мальчишка. Стоя на гребне, глядя, как поднимается и расползается вода выше по течению, Гай улыбнулся шире обычного и пробудил свой Спиритус. На этот раз серьёзно: в ушах зашумело, виски сдавило, и где-то в мозгу стал тревожно пульсировать сосуд. Такова плата за создание непробиваемого корпускулярного щита, а ещё эффект возрастания веса. Пока вокруг его тела светится чёткое защитное поле, для всего окружающего мира спирит-дефенсор превращается в медлительное и очень тяжёлое существо. Плотина, секунду назад легко выдерживавшая вес Гая, посыпалась и рухнула. Отпустив Спиритус, он с хохотом позволил освободившемуся потоку протащить себя вниз по течению, почти до причала.
Когда Гай доплыл до прежнего места, он обнаружил свой умбракулум в руках Касты, которая гуляла по мелководью босяком.
– Какая хорошая плотина была, так долго строил! Зачем было ломать?
– Равновесие! Что построено, будет уничтожено, так было, так есть и так будет всегда!
– Неужели?
– Ага! А потом разрушенное поднимается опять, чтобы быть разрушенным снова. Это продолжительный процесс, большинство людей живут недостаточно долго, чтобы заметить.
– О-хо-хо, ребёнок-философ! Говорят, в Фивах живёт один такой!
– А ещё я не могу отнимать эту воду у тех, через чьи поля течёт река, это было бы нарушением закона.
Посмеиваясь, Гай вышел на берег и стал обтираться.
– Давно ты следишь за мной, Каста?
– А сам не заметил?
– То есть, ты не отрицаешь, что следила?
– Нет! За детьми и надо следить, иначе они теряются.
– О, я понял, в свите Лакона ты служишь нянькой для случайных детей! Ну, да! Зачем ещё ты нужна? У него полно скрибов и адъюторов с собой, слуги, телохранители, повара. Старшие братья сказали бы, что ты греешь ему постель, но я что-то не верю. Судя по имени, ты его дочь, но судя по лицу…
– Кто-то много думал обо мне, как мило! – рассмеялась рогатая. – Это случаем не детская влюблённость?
– Как знать! Я постоянно встречаю красоток возле водоёмов!
– Правда? А «постоянно», это сколько раз?
Гай осёкся и серьёзно задумался.
– Ни разу, – сказал он. – Странно, я почему-то… я ведь… нет, я ни разу не встречал.
Каста принялась крутить шест умбракулума между ладонями, пристально рассматривая мальчишку.
– Чудной ты.
– О-хо-хо-хо! – очнулся Гай, тыча пальцем в неё, желтокожую и рогатую, с огненными глазами. – А как тебя тогда назвать?!
– Сойдёмся на «Беззаботной». Ладно, – Каста сложила умбракулум и передала его хозяину. – Тебя не было в домусе, и мне сказали пойти поискать. На завтра назначены испытания Марса.
– Какая помпа для обычного тренировочного поединка.
– М-м-м, да. Вообще-то, твой братец, ну, этот, с тупым злым лицом…
– Поточнее?
– Юниор. Он слишком молод, поэтому протокол летит в тартарары. Обычно испытания Марса довольно зрелищны, но для вас, детишков, действительно придётся выбрать противников послабее. Каст Игний Лакон решил, что Гней Юниор будет показывать навыки в бою против декана секуритариев Брута Давтия, а ты будешь драться с рядовым солдатом… не помню его имени.