Победитель
Шрифт:
Ладно, мы отблагодарим капитана иначе. Нечего ему делать в воюющих частях! Пусть продолжает учить ребятишек. Целее станет. И Отечеству от него будет намного больше пользы, чем от командира «росомашьей» роты!
Вот на этом и остановимся! Но майора дадим!
Ему стало скучно на этом празднике памяти.
Он продрейфовал по залу к сестре.
– Я пойду поработаю, Оленька.
– Хорошо, Миркин. Я тут пригляжу, чтобы наши доблестные воины не превратили поминки в свадебное гуляние.
И, не привлекая внимания окружающих, император исчез из зала.
Глава тридцать пятая
Специалистам Адмиралтейства потребовалось совсем немного времени, чтобы ознакомиться с вооружением «Дуайта Эйзенхауэра».
Им было объяснено, что от этой работы зависит безопасность россов, служащих на кораблях Имперского Звездного флота, и они прекрасно понимали свалившуюся на них ответственность.
Через пару дней после похорон адмирал Друцкий-Соколинский доложил, что работа закончена и император может ознакомиться с ее результатами.
– Прислать отчет, ваше императорское величество?
Осетру пришло в голову, что не мешало бы посмотреть на настроение адмиралтейских.
– Не надо, Евгений Павлович. Давайте поступим иначе. Я сегодня же прилечу к вам в Адмиралтейство. Хочу лично послушать мнение о техническом уровне кораблей противника из уст ваших специалистов.
– Когда вас ждать?
– Давайте, скажем в три пополудни.
– Так точно, ваше императорское величество!
В три часа Осетр вошел в здание Адмиралтейства.
Здесь ему прежде бывать не приходилось.
Он почему-то ожидал, что в здании будет царить легкая суматоха, однако вокруг властвовала тишина.
Императора провели по пустым коридорам до дверей, на которых красовалась триконка «Зал заседаний».
На одной из стен зала висел большой видеопласт.
Народу присутствовало немного. Все сидели вокруг длинного стола. Во главе стола, напротив видеопласта, стояло пустое кресло, куда и усадили императора.
Осетр поздоровался с присутствующими и предложил не терять времени на предварительные знакомства и представления.
– Пусть каждый выступающий просто называет в начале доклада свои фамилию и должность, Евгений Павлович.
Друцкому-Соколинскому ничего не оставалось как сказать: «Так точно, ваше императорское величество».
Первым слово предоставили руководителю научно-технического отдела иностранных вооружений.
Лицо того было серым от усталости.
Наверняка адмиралтейские сидели все эти дни на стимуляторах. Иначе бы им не удалось так быстро разобраться с «Дуайтом Эйзенхауэром»
– Капитан первого ранга Гайдукевич, ваше императорское величество, – представился он. – Можно начинать?
– Да, пожалуйста!
На видеопласте появился корабль знакомой формы, висящий на фоне черного неба. Камера облетела его несколько раз. Периодически в кадре появлялась бело-голубая планета.
По-видимому, это был Новый Кронштадт.
Видео сменилось схемой корабля в разрезе.
– Захваченный мерканский линкор, ваше императорское величество, – сказал Гайдукевич, – принадлежит к кораблям проекта «двенадцать сорок три». К сожалению, подробной достоверной информации о типовых кораблях этого проекта у нас не имеется, за исключением того, что это корабль последнего поколения. Однако мы совершенно точно можем сказать: корабельная схема энергоснабжения не согласована. Реактор, – Гайдукевич навел лазерную указку на местоположение реактора, – не способен обеспечить работу всех машин, механизмов и установок в критическом режиме. В частности, при боевом контакте, чтобы выдержать мощность выстрела артиллерийских установок, требуется отключать либо систему жизнеобеспечения, либо систему обеспечения безопасности. На наш взгляд, это происходит по одной-единственной причине: на штатный корабль была поставлена нештатная, более энергопотребляющая СОБ. Именно из-за этого линкору перед ведением огня приходилось снижать уровень защитного кокона.
«Ага, – подумал Осетр. – Значит, мы не ошиблись в своих предположениях. У мерканцев произошел какой-то сбой в конструкторско-испытательной работе. Новую СОБ разработали раньше, чем новое энергообеспечивающее оборудование. На как такое может быть? А такое может быть только в одном случае: если новую СОБ решили установить на корабль в пожарном порядке, волюнтаристским путем, с целью уничтожить росского императора любым способом… Ну что ж… Не ты первый, Бедросо, не ты последний! В истории хватало волюнтаристов. Они жили в разные времена и на разных планетах, и их объединяет между собой только одно – все они плохо кончили».
– Однако мы полагаем, – продолжал Гайдукевич, – что согласовать мерканцам уровни энергоснабжения и энергопотребления не составит большого труда. Поэтому следует ждать скорого появления кораблей, которым не придется уменьшать защиту перед огневым контактом.
«А значит, нам надо поспешать, – подумал Осетр, – пока мы и в самом деле не столкнулись с настоящими невидимками. И тогда уже никакой опыт Яаскеляйнена нам не поможет…»
– Самое время нам поторопиться! – К той же мысли, разумеется, пришел и Друцкий-Соколинский. Потом спохватился: – Продолжайте, капитан первого ранга!
– Должен вам сказать, господа, что названное выше отличие не является принципиальным. Гораздо важнее другое… На корабле стоит принципиально новая система управления. Главный ИскИн линкора сконструирован на базе биологического носителя.
Тут же послышались голоса:
– Это как?
– Что за носитель такой?
– Поясните, пожалуйста!
Схема на видеопласте сменилась фотографией, на которой была изображена кучка каких-то серых ошметков.
– ИскИн линкора «Эйзенхауэр» был изготовлен на основе человеческого мозга.
За столом зашумели: настолько эта информация поразила присутствующих.
Гайдукевич кивнул:
– Да, прежде считалось, что человеческий мозг можно включить в управление механизмами только… так сказать, традиционным путем, который содержит в себе цепочку «мысль – решение – механическое воздействие на органы оправления». Говоря простым языком, человек обдумывает сложившуюся ситуацию, принимает решение и нажимает кнопки, рычаги или сенсоры, после чего механизм отрабатывает полученный приказ. Иного достичь не удавалось, сколько ни старались ученые. Обратная схема взаимодействия «механизм – человек» была достигнута. Достаточно вспомнить всем известные «мозгогрузы», когда человеческий мозг напрямую получает информацию от компьютера. Однако прямая казалась недостижимой. У мерканцев это получилось.