Чтение онлайн

Теппик наклонился к нему через стол. Чуть дальше Езоп, подбадриваемый оливковыми косточками и хлебными шариками, начал рассказывать длинную басню о лисе, индюке, гусе и волке, которые побились об заклад, кто из них дольше пробудет под водой с привязанным к лапам тяжелым грузом.

– Я прошу прощения, – повысил голос Теппик, стараясь перекричать шумное сборище, – но нас не представили…

Человечек робко поглядел не него. У него были огромные уши. При определенном освещении его по ошибке можно было принять за узкогорлый кувшин.

– Я – Эндос, – ответил он.

– А почему ты не философствуешь? Эндос продолжал препарировать непонятного моллюска.

– Дело в том, что я не философ, – объяснил он.

– Тогда, наверное, ты автор комедий или чего-нибудь еще? – предположил Теппик.

– Боюсь тебя разочаровать. Я – слушатель. Эндос-слушатель, тем и известен.

– Любопытно, – пробормотал Теппик, ровным счетом ничего не понимая. – И что же ты делаешь?

– Слушаю.

– И все?

– Именно за это мне и платят, – признался Эндос. – Иногда я киваю. Или улыбаюсь. Или киваю и улыбаюсь одновременно. Ободряюще. Им это нравится.

Теппик почувствовал, что собеседник нуждается в небольшом комментарии.

– Вот это да! – выразился он.

Эндос ободряюще кивнул ему и улыбнулся улыбкой, которая недвусмысленно давала понять, что из всех занятий в мире в данный момент для него нет ничего более привлекательного, чем внимать Теппику. С его ушами что-то произошло. Они стали похожи на две большие раковины с черными отверстиями, жаждущими слов. Теппик почувствовал непреодолимое стремление рассказать Эндосу всю свою жизнь, все сны и мечты…

– Держу пари, тебе платят кучу денег, – произнес он.

Эндос улыбнулся согревающей сердце улыбкой.

– Тебе, наверное, уже не раз приходилось слушать, как Кополимер рассказывает свою историю?

Эндос кивнул и улыбнулся, хотя во взгляде его на мгновение мелькнула глубоко затаившаяся боль.

– Думаю, что со временем твои уши должны покрыться защитной роговой оболочкой, – хмыкнул Теппик.

Эндос кивнул.

– Да, да, продолжай.

Теппик бросил взгляд на Птагонала, который задумчиво делил свой салат на прямые углы.

– Мне бы хотелось остаться и целый день слушать, как ты меня слушаешь, – сказал Теппик. – Но вон там сидит человек, с которым я должен поговорить.

– Очень интересно, – согласился Эндос, сделав какую-то пометку на своем пергаменте и устремив все внимание на спор, разгоревшийся на другом конце стола.

Философы выдвинули тезис, что, хотя истинное всегда прекрасно, прекрасное не всегда истинно. Назревала драка. Эндос весь обратился в слух [25] .

Теппик прошел вдоль стола туда, где с совершенно несчастным видом сидел Птагонал, время от времени подозрительно заглядывая под корочку пирога.

Теппик заглянул ему через плечо.

– Мне показалось, там что-то шевелится, – сказал он.

– А… – произнес геометр, зубами вытаскивая пробку из амфоры. – Загадочный юноша в черном из затерянного царства.

– Надеюсь, ты поможешь мне найти дорогу обратно? – спросил Теппик. – Я слышал, у вас в Эфебе в ходу самые невероятные идеи.

– Это должно было случиться, – неопределенно выразился Птагонал.

Вытащив из складок одежды циркуль, он принялся сосредоточенно снимать мерки с пирога.

– Как думаешь, это константа? Удручающая концепция.

– Что? – переспросил Теппик.

– Как тебе, наверное, известно, существует отношение длины окружности к диаметру. Оно должно быть равно трем. Ты ведь тоже так считаешь? Но так ли это на самом деле? Нет. Три целых, один, четыре, один и так далее и так далее. И все один и четыре, один и четыре. От такого можно в стельку напиться.

– Похоже, ты прав, – вежливо согласился Теппик.

– Верно. Из вышесказанного я сделал вывод, что Создатель использовал неправильные круги. Иначе откуда такие дурацкие числа?! Одно дело, скажем, три и пять. Или три и три. И совсем другое дело… – Он неприязненно уставился на пирог.

– Прости, но мне показалось, ты сказал, что-то должно было случиться?

– Что? – переспросил Птагонал, погрузившийся было в мрачное молчание. – Пирог, вот что!

– Что-то должно было случиться… – подсказал Теппик.

– С геометрией шутки плохи, приятель. Пирамиды? Опасная штука. Только и жди беды. – Птагонал неверной рукой дотянулся до кружки. – Я хочу сказать, сколько еще эти люди собирались строить их? Энергия же не бесконечна. То есть, – он икнул, – ты же там был, верно? Заметил, как там все замедлилось?

– О да, конечно, – энергично произнес Теппик.

– А все потому, что они всасывают время. Пирамиды всасывают. Поэтому они и дают разряд. Вспышки, как это у них называется. Люди думают, это красиво! А сами сжигают свое время!

– Я только знаю, что воздух над пирамидами буквально кипит, как в чайнике, – пожал плечами Теппик. – И ничего не меняется, даже перемены не происходят.

– Верно, – ответил Птагонал. – Дело в том, что время там уже прошедшее. А они используют его снова и снова. Все новое время вбирают пирамиды. И если пирамиде не дать разрядиться, то вся энергия… – Птагонал умолк. – Полагаю, – продолжал он, – что вся она уйдет в пространство.

– Я был там, перед тем как царство… исчезло, – сказал Теппик. – По-моему, я видел, как большая пирамида движется.