Чтение онлайн

Он нажал несколько клавиш, передвинул рычаг, и суперкорабль завибрировал, подчиняясь ритмичным выбросам энергии из мощного конвертера. Луч энергетического бура напоминал полый цилиндр, светившийся с нестерпимой яркостью; он вся глубже и глубже вгрызался в защитный барьер Роджера. Огненные вспышки и протяжный звон сопровождали его неумолимое продвижение, а когда, пробив насквозь экран пиратского крейсера, он уперся в черный корпус, громыхнул яростный взрыв.

Боеголовка ракеты Админгтона разнесла корабль Роджера напополам. А в следующие тридцать секунд стрелки "Бойда" превратили его в шар атомного пламени.

Плоть, так долго служившая Гарлейну, была уничтожена. Она распалась в огне атомного взрыва, ее молекулы стали плазмой, но то, что заставляло ее мыслить и двигаться, нельзя было уничтожить никаким физическим усилием. То была сущность Гарлейна Эддорского, возвратившегося на родную планету раньше, чем Лиман Кливленд отключил десятый генератор.

Был собран Внутренний Круг, и за время, показавшееся долгим любому земному существу, объединенные в телепатическом единстве чудовища обдумали все новые факты, все идеи, все грани изменившегося представления о мире. В конце концов, они познали аризиан с той же полнотой, как некогда их тайные враги вникли в их собственную сущность. Затем высочайший Владыка подвел итог:

"Итак, ясно, что аризиане, обладая исключительной ментальной силой, лишены должной жестокости; следовательно, их действия неэффективны. Они - могущественные существа, но не способны адекватно оценивать реальность и слишком мягки, чтобы правильно реагировать на события. Исходя из этого, наш триумф неотвратим.

Мы должны атаковать сразу по нескольким направлениям. Во-первых, открытые столкновения, хотя их роль не будет главенствующей; во-вторых, акции, подрывающие основы заложенного аризианами общественного устройства. Но самыми результативными будут действия небольших и хорошо организованных групп, направленные на уничтожение того, что эти слабые и бесхребетные существа считают моральными ценностями Цивилизации - я говорю о любви, правде, чести, верности, жалости, альтруизме, благородстве и тому подобным."

"О, любовь - исключительно интересная вещь!
– если бы Гарлейн мог, он бы облизнулся.
– Они называют это сексом. Я изучал его очень внимательно долгое время, но до сих пор не могу представить исчерпывающего доклада. Пожалуй, стоит продолжить исследования, но в любом случае секс можно использовать. В наших руках даже примитивные пороки полуразумных тварей станут опасным оружием: наркотики, азартные игры, преступления, шантаж и тот же секс - можно использовать все!"

"Вот именно.
– Владыка излучил довольство.
– Дело найдется для всех, но я предупреждаю, что самовольные действия позволены не будут. Мы начнем работать, и каждый подчинится вышестоящим без колебаний и сомнений. Мы строго определим сферу влияния каждого члена Круга. Мы потребуем, чтобы все ранги, начиная от операторов на планетах и до самых ответственных лиц действовали мгновенно и эффективно в любой ситуации. Тот, кто хорошо справится с заданием, будет повышен; тот, кто не выполнит его - умрет!
– теперь в мыслях Высочайшего сквозила неприкрытая угроза. Послав мощный ментальный импульс, он закончил свою речь типично эддорианским пассажем:

– Следите друг за другом! Это все."

Хотя на Аризии ожидался такой поворот событий, всеобщее собрание разумов состоялось и там. Кое-кто из юных Стражей откровенно радовался открытому столкновению, которое назревало так долго, но в целом аризиане не чувствовали ни радости, ни горя. В огромном Распорядке Бытия, включавшем в себя Вселенную, случившееся было лишь незначительной деталью. Все было предсказано заранее и произошло в соответствии с предсказанием. И каждый аризианин взялся за решение задачи, которую поставил перед собой без страха и колебаний.

"На самом деле почти ничего не изменилось, - сказал молодой Эуконидор после того, как Старшие представили свое мнение совету.
– Убийства будут продолжаться. Громадный ком горя, борьбы, страстей и слепой ярости будет только нарастать. По-моему, намного лучше - честнее, проще и быстрей - принять активное участие в происходящем, как всегда делали и делают эддориане."

"Да, юный, честнее и проще. Но не лучше, ибо тогда кровопролитию не будет конца. Молодые цивилизации взрослеют лишь преодолевая трудности. С каждым пройденным этапом они поднимаются на ступень выше, и их страдания становятся все более нестерпимыми. Мы можем остановить подручных эддориан, это правда. Мы способны защитить избранные расы; война и бунты не потревожат их покой. Но к чему это приведет? Ни одна из них не возмужает, чтобы выдержать столкновение с Эддором… Нам грустно, юный, потому что твои мысли недостаточно зрелы."

"Значит, без мучений и трудностей мы не сумеем победить?"

"Конечно. Каждый из тех, кого ты хочешь защитить, должен победить Эддор в своей душе - сам, своей силой и волей.

Мы можем только помогать."

– Смотри, Фред, - Кливленд привлек внимание друга к экрану, на котором амебоподобные обитатели планеты в ярости метали молнии во все, что осталось от лагеря Роджера.
– Я хотел уничтожить эти сооружения, но здешние ребята нас опередили.

– Молодцы! Они дружно взялись за дело! Стоило бы познакомиться с ними поближе, но сначала надо выследить наших любителей железа, И "Бойз" устремился в космос, на поиски корабля невиан. Настроив ультралокаторы, люди день за днем вслушивались в мерный гул пространства, похожий на рокот безбрежного океана. Они слушали, надеясь отличить визг и грохот помех от далеких сигналов.

Они слушали, в то время как за миллионы миллионов миль от них, вне досягаемости самых мощных радаров, трое человек посылали в пустоту безнадежные мольбы о помощи.

Невиане милостиво оставили людям их ультраволновые переговорные устройства - понимая, что общение необходимо всем живым существам. Благодаря их легкомыслию пленники получили возможность скрасить разговорами мучительное одиночество. Костиган узнал, что его друзья, как и он сам, выставлены на всеобщее обозрение в двух других городах - невиане горели желанием поближе познакомиться со столь уродливыми, но почти разумными существами из далекой Солнечной системы. Им никто не причинял вреда; наоборот, к каждому был приставлен специалист, следивший, чтобы редкие экземпляры получали хороший уход.

Оценив сложившуюся ситуацию, Конвэй впал в глубокое уныние. Сутками сидел он на скамье, не поднимая головы и почти не шевелясь, отказывался от еды и питья. Когда взволнованный страж-невианин попытался выяснить причину его тоски, он потребовал свободы. Затем, понимая, что эту просьбу не выполнят, он попросил работы. Ему попытались втолковать, что столь развитая цивилизация, как невианская, не нуждается в его услугах. Его уверили, что будет сделано все, чтобы уменьшить его страдания, но он должен еще какое-то время потерпеть пристальное внимание к своей персоне. Почему бы ему не вести себя как следует и хорошенько не подкрепиться? Костиган некоторое время продолжал голодовку, но затем смягчился. В конце концов, он предложил компромисс: он будет есть и слушаться, если получит оборудование, чтобы продолжить начатые на родине труды. На это невиане согласились, и спустя некоторое время между пленниками состоялся такой разговор: