Чтение онлайн

— Миссис Картер, — обратилась я к ней, — позвольте представить вам моих друзей, о которых я рассказывала вчера: мисс Эмили Стоуэрс и мистер Ричард Милфорд.

После завтрака и общего разговора, я оставила Сьюзан Картер с моими друзьями, предоставив им возможность поближе познакомиться друг с другом, а сама направилась в цветную комнату — там меня ожидал большой объем работы.

Открыв журнал, я во второй раз за сегодня подумала о том, что надо бы компьютеризировать многие сферы моей жизни, а работу — так в первую очередь! И решила перетащить сюда один из компьютеров, находящихся в кабинете моих родителей, чтобы использовать его для работы с растениями.

Сегодня мне следовало привить несколько новых экземпляров ластруллы филиппинской, разделив уже имеющиеся и разросшиеся. Ластрулла напоминает окутанную легендами омелу 18, и представляет собой вечно-зеленый кустик со множеством белых ягод, которые по виду трудно отличить от крупных жемчужин. Выращивается она как паразит на толстых ветках низкорослого сорта рожкового дерева. Маргарет научила меня готовить из ластруллы мазь против ожогов и ран. Мы дома всегда любую царапину или ожог смазывали этой мазью и все заживало за один день.

Это интересный рецепт. Нужно взять побеги ластруллы вместе с ягодами и быстро заморозить их. У меня для этого есть морозильная камера, которая дает минус тридцать градусов Цельсия. Затем замороженные веточки и ягоды следует хорошенько измельчить в блендере с платиновыми ножами. Полученную зеленую массу тончайшего помола остается лишь тщательно смешать с жиром, выделенным лабораторной центрифугой из свежего козьего молока, добавив необходимые ингредиенты, и, конечно, секретные добавки.

После смешивания на магнитном смесителе, которое занимает двое суток, должна получиться красивая нежно-зеленая гладкая и клейкая масса с перламутровым отливом.

Я выбрала хорошо разросшуюся ластрею, с которой можно взять несколько отростков для размножения. Надев стерильные перчатки и взяв стерильный же скальпель, я принялась осторожно отрезать кусочки ластреи и сразу же вставлять их в разрезы на побегах низенького рожкового дерева, тщательно замазывая место прививки специальной чистой глиной и укрепляя пластырем, чтобы привитые растения не отвалились.

Я увлеклась работой и напевала песню про июльское утро, когда в цветную комнату буквально ворвалась миссис Картер.

— Анна, что случилось в саду?, — она запыхалась и голос ее дрожал от возмущения.

— А что случилось?, — я попыталась сделать невинные глаза, но не преуспела и покраснела. К счастью, Сьюзан Картер не обратила на это внимания, а, схватив меня за руку, потащила к выходу, объясняя на ходу:

— Пойдем в сад, я покажу тебе!

Мне пришлось высвободить руку, так как я никогда не покидаю цветную комнату, не заперев тщательно дверь. Вот и сейчас, извинившись, я захлопнула дверь, повернула ключ в замке, и лишь потом последовала за экономкой.

— ...сломаны два розовых куста, растоптаны несколько бархатцев и маргариток! И те высокие белые гладиолусы, что только вчера зацвели — с ними можно попрощаться!, — причитала на бегу миссис Картер.

Я лихорадочно соображала, как объяснить случившееся экономке. Если сказать ей правду, то через пятнадцать минут здесь будет полиция. Но я не могу этого допустить! Голос человека, прогнавшего ночного нарушителя, очень напоминал голос Марка. И рост, и фигура моего тайного защитника — все говорило о том, что это был он. А раз так, то вначале я хочу поговорить с Марком об этом деле.

Решение принято и теперь мне придется лгать самой и вынуждать лгать моих друзей! (Ведь Сьюзан Картер может и с ними заговорить о садовом разгроме, когда они вернутся) Это противно, низко, но я не видела другого выхода.

Мы оказались на месте, где были сломаны и растоптаны цветы. Я принялась сбивчиво рассказывать моей экономке, что это мы с друзьями вчера вечером резвились в саду, бегали, догоняя друг друга...

Миссис Картер изумленно и укоризненно взирала на меня, пока я, краснея от стыда и потея от напряжения, излагала свою выдуманную историю. Она не перебила ни разу, но когда я закончила и выдохнула от облегчения, разразилась тирадой:

— Анна, ты уже взрослая девушка и хозяйка усадьбы, я очень удивлена, что вы с друзьями могли так безответственно вести себя в саду! На этот раз я ничего не расскажу Маргарет, она и так страшно волнуется за тебя. Но имей в виду, Анна, если что-то подобное повторится, я тот час же сообщу твоей бабушке.

— Хорошо, миссис Картер, — тихо ответила я, опустив голову.

— А что вы сделали с тем диковинным деревцем в теплице, как оно называется-то...ммм...?, — Сьюзан Картер подняла глаза к небу, напрягая память, — ага, вспомнила! Карликовый кепел 19! Маргарет первого июля с моей помощью перенесла его туда из оранжереи на лето. А сегодня я обнаружила, что кепела там нет!

Упс! Вот так неприятный сюрприз! Выходит, что ночной вор приходил в сад за карликовым кепелом? Откуда ему известно, что это растение есть у меня, и что оно находится именно в теплице? Тайны и загадки... загадки и тайны...

Да, но что сказать экономке?

Мы как раз входили в теплицу и я лихорадочно огляделась, разыскивая взглядом кадку средних размеров, в которой и произрастал молодой саженец удивительного тропического дерева. Кадка находилась на своем месте, а вот саженец был аккуратно вынут, так что в грунте осталось глубокое круглое отверстие.

Я собрала все силы, чтобы сохранять видимость спокойствия и небрежным тоном заявила:

— А... карликовый кепел? Я подарила его вчера вечером одному знакомому, не волнуйтесь, миссис Картер, все в порядке! Вы же знаете, что в оранжерее есть два уже взрослых деревца и несколько молодых саженцев. Я постараюсь в ближайшее время перенести сюда один из них для опыта по акклиматизации.

Торопливо говоря все это, я старалась не смотреть в глаза домоправительницы, так как ее острый взгляд мог легко заметить мое излишнее волнение. Лучше перевести разговор на другую тему.