Чтение онлайн

— Нет, — отрезал Петр. — Во-первых, ты мне понадобишься здесь. Во-вторых, сунешься на улицу в своём мокром костюмчике — схватишь воспаление лёгких. А это лишнее. Дима там все заснимет на пленку, потом просмотришь. Вопросы есть? Нет? Тогда за дело, ребята. — Все шумно задвигали стульями, поднимаясь. Пётр тоже встал, повернулся ко мне персонально. — Раздача слонов закончилась, мне необходимо с тобой поговорить. — Он кивнул в сторону своего кабинета. — Пойдём.

— А кофе? — спросила Танюшка, выставляя на стол чашки. — Ну вот, варила-варила, старалась…

— Не печалься, золотце, — обаятельно улыбнулся ей Олежек. — Я выпью. И за себя, и за того парня. Вот в термосок слей. Нам еще целый день по города таскаться. Спасибо, милая.

— Заходи. — Пётр открыл дверь, и мы вошли в его кабинет. — И не злись, кстати, за то, что „продинамил“ тебя утром. Я не виноват. Так получилось.

— Ладно. — Приятно иногда, черт возьми, почувствовать себя великодушным.

Пётр сразу прошел к столу, присел, достал какие-то бумаги. Принялся листать их. Это было что-то новенькое. Обычно он все-таки считается с моим присутствием, но сегодня все шло наперекосяк, так почему здесь я жду исключений? Впрочем, у меня с терпением тоже все в порядке. Помолчим, раз ему так хочется.

— Зачин я тебе сделать помог, — наконец сказал он. — Дальше работай сам.

— Может быть, ты объяснишь мне наконец, что происходит? — спросил я в лоб. — Согласился работать на этого Сергея Борисовича, а теперь уходишь в сторону?

— Я согласился? — Он на мгновение оторвался от документов и удивленно взглянул на меня. — Нет уж, партнёр. Это была твоя личная инициатива.

— О чём ты? Сергей Борисыч сказал, что ты дал согласие. От меня требовалось лишь подтвердить решение. Если бы не твоё слово, ему ни за что не удалось бы втянуть меня в это дело.

Пётр подпёр подбородок ладонью и уставился на меня с тем любопытством, с которым обычно смотрят на полных шизоидов.

— Что? — спросил я.

— Да так, знаешь ли. Вот смотрю на тебя и думаю: ты совсем… того? Или придуриваешься?

— Придуриваюсь.

— Я так и подумал. — Он еще несколько секунд изучал меня, а затем вздохнул и вновь уткнулся в папку. — Я с твоим Сергеем Борисычем даже толком не разговаривал. Сказал, что больше не работаю в фирме, все решения теперь принимаешь ты. В гордом одиночестве. Он спросил, согласен ли я, чтобы фирма занялась его заказом? В ней ведь пока и мой капитал тоже. Я ответил, что не возражаю, но навязывать тебе какое-либо решение не стану. Он поблагодарил, сказал, что на большее и не рассчитывал, но будет крайне признателен, если я изложу тебе суть дела. Однако, суда по всему, успел добраться сюда первым. — Пётр усмехнулся и вновь вперился в свои бумаги. — Этот парень ни разу не соврал тебе, но купил на мякнне как сосунка.

— Чёрт! — Мне никогда не нравилось чувствовать себя идиотом. — Может быть, позвонить и отказаться? Раз уж он передёргивает?

— Не получится. — Пётр говорил слегка рассеянно, словно параллельно размышлял еще о чем-то. — Ты сказал „да“. Теперь обратного пути нет. В тех самых узких кругах это называется „высунуть язык“. Согласившись, ты „высунул язык“. Иначе говоря, назвался груздём. Теперь полезай в кузов.

— Та-а-ак, — растерянно протянул я. Подобным наглым образом меня поймали первый рез. И, по моему разумению, часть вины всё-таки лежала на Петре. — Мог бы и предупредить заранее, партнёр.

— Забыл, — лаконично ответил Петр. — У меня полным-полно и своих забот. Впрочем, это не имеет ровным счётом никакого значения. Я, кстати, не знал, что он мафиозо. По голосу — нормальный мужик, Да и у тебя, между прочим, на плечах голова, а не капустный кочан.

Значит, у него полным-полно своих забот, а до мена ему дела нет. Я не в счёт.

— Ну, извини. Извини, что отвлекаю тебя от особо важных дел.

Если бы сарказм убивал, то Пётр рухнул бы как подкошенный, Но он не рухнул, только кивнул.

— Ничего страшного.

— Но может, ты выберешь все-таки пару минут, объяснишь мне, бестолковому, почему я теперь решаю один и где ты пропадал все утро? И почему, кстати, твой номер не отвечал? И какого черта вообще происходит?

— Забыл вчера поставить аккумулятор на подзарядку. — Он вынул из кейса телефон и положил на стол. — Держи. Ты сегодня в офисе, а я в основном в бегах. Возьму пока твой аппарат, а тебе оставлю свой. Зарядится батарея — сможешь пользоваться. Лады?

— Да пожалуйста, — раздраженно ответил я. — Мне плевать на эти телефоны, возьми хоть оба. Я только хочу знать, что происходит?

— Телефон через пару дней верну, — бормотал, не слушая, Пётр. — В Штатах он мне не понадобится, а оформлен все равно на тебя, Хочешь — сдай, не хочешь — оставь себе.

— Послушай, какого…

— Я больше не работаю в фирме, — внезапно оборвал он меня.

— В каком смысле?

— В прямом. — Пётр вытащил из общей стопки пару бумаг, положил на стол. — Выхожу из дела.

— То есть?

— То есть выхожу. Оставляю фирму. Женюсь. Сваливаю из страны. По полной программе.

— Постой, постой… Когда?

— На этой неделе, — ответил Пётр.

— А точнее?

— Вылет из Шереметьева-2, рейс в одиннадцать тридцать утра, в эту пятницу. Я, кстати, уже подыскал покупателя на свое место. Нормальный парень. Толковый. Ему вроде бы все тут понравилось. В течение трёх дней перерегистрируем документы и… у тебя появился новый компаньон. Вот так.

Во время разговора он все время выдвигал ящики стола, что-то искал, что-то перекладывал. Какие-то веши складывал в кейс, какие-то в огромную матерчатую сумку, которую принёс с собой.

— Так это ты с ним приходил сегодня? — насупился я.

— Вот именно. Хотел вас познакомить, да не вышло. Ничего, скоро познакомитесь сами.

Я уже просто лопался от бешенства. Пётр, можно сказать, „подставил“ меня Сергею Борисовичу, сбросил мне на плечи весь груз ответственности, а теперь еще и продает свою долю, даже не посчитав нужным предупредить. В результате получается, как в анекдоте. Я в дерьме, а он в белом фраке. И ему плевать. Ни тени вины.

— Это серьёзно? Я имею в виду нового компаньона.