Параллель
Шрифт:
– Риточка… может, завтра уже?
– Не хочешь – как хочешь. Я и сама закажу.
Алексею кажется, что это ему снится. Снится сон, от которого он не может очнуться, а во сне не может вдохнуть. Ни вдохнуть, ни очнуться. Но ведь он сам… выпил это снотворное. Сам. Потому что все пьют, все так проводят время, так положено. Это естественно. Это по-мужски.
Пахнет сыром, на подушке длинные белые волосы – залепляют нос, рот, зашивают губы – ни вдохнуть, ни закричать, ни очнуться. И что-то пищит, пищит, пищит. Будильник.
Алексей поднимается, целует Риту.
– Просыпайся, солнышко.
– Уууу, как рано ты встаешь. Нельзя так рано вставать, Пусик. Я тебе вечером позвоню – погуляем.
– Я сегодня очень поздно вернусь. Давай завтра, Риточка.
– Завтра? Нуууу, ладно. А что мне сегодня делать?
– Поужинай с папой.
– С папуликом? Оооо, это хорошая идея. Жалко, сыру не осталось. Я бы покушала.
Можно ли чувствовать себя свободным на работе, если не чувствуешь дома? Свободным в рамках своих полномочий? Свободным в пределах своей компетенции? Свободным под руководством и контролем «папулика»? Можно, можно.
Можно давать распоряжения, покрикивать на подчиненных, взывать к их совести, делать строгие выговоры, увольнять и принимать на работу новых. Часть дня Алексей выделяет для бесконечных собеседований с желающими устроиться в выставочную компанию. Hr-отдела у них нет, весь hr-отдел в голове Алексея.
Обычно люди не годятся. Не для дружбы, любви, отношений или доверия – не годятся для простой работы менеджерами. Те, кто заявляет, что в совершенстве владеет английским, английского не знают, но обещают выучить в кратчайшие сроки. Те, кто указывает в графе образование «высшее», в подтверждение могут предъявить только школьный аттестат. Те, кто гарантирует расторопность, не способны ответить на самые простые вопросы. В то время как менеджеры должны быть коммуникабельны и энергичны – это им привлекать новых клиентов, им продавать выставочные площади, им принимать рекламу в каталоги компании, им устанавливать связи с иностранными производителями. Конечно, начальники отделов их направляют, но если каждый будет спать на своем месте, кого направлять, с кого спрашивать? Зарплата в компании высокая, Алексей имеет право требовать с персонала по всей строгости, но работников всегда не хватает.
Исполнительные сотрудницы беременеют и так же старательно пытаются исполнить долг жены или матери. Самые активные переезжают в столицу – поближе к тамошним развлечениям. Если легко дается одна работа, почему не освоить другую? Если покорено одно поприще, зачем отказываться от новых возможностей? Люди ищут себя и не всегда находят среди офисного планктона какой-то выставочной компании. Штатное расписание никак не устоится, в рабочих массах движение.
Алексей выделяет первую половину среды для собеседований с соискателями, следуя давнему институтскому принципу «все дела с утра». Нормальный соискатель, по его мнению, не должен приходить на собеседование сладко выспавшись, вкусно позавтракав, сытно пообедав и пропустив рюмочку-другую. Он должен с утра натощак маячить в приемной с горящими глазами и тянущимися к работе руками.
Алексей мельком взглянул на очередь в приемной и прошел в свой кабинет. Сделал несколько звонков, потом вызвал секретаршу Светочку.
– Собери у них резюме и неси сюда.
Светочка вернулась всего с несколькими листками.
– Остальные говорят, что выслали по электронке и вы их предварительно одобрили.
Алексей просмотрел полученные листы.
– Из этих пригласи только Авдееву. Остальные – свободны. А те, кого предварительно одобрил, пусть ждут.
Механизм отбора не отлажен. Одни пишут по электронной почте, другие звонят Светочке и записываются на собеседование. Эта Авдеева, видимо, звонила. Образование «Менеджер гостиничного бизнеса». В городе активно работает Институт гостиничного бизнеса, только гостиниц на всех выпускников не хватает.
Авдеева села на стул перед Алексеем, демонстрируя короткую юбку, расстегнутую куртку, длинный развязанный шарф, под шарфом – бусы из крупных камней, на лице густой макияж. Много всего. А жестов мало, движения вялые, глаза сонные.
– Ирина Вадимовна, чем вы занимались на прежнем месте работы?
– На каком?
– В газете.
– Там же написано. Была менеджером по рекламе.
– И в чем заключалась ваша работа?
– Звонить.
– Звонить по базе? Или находить новых клиентов?
– И то, и то.
– А еще что?
– Там же написано. Участвовала в процессе создания газетного номера.
– В чем это выражалось?
Авдеева взглянула на него зло, как на преподавателя, который хочет срезать. Алексей сам понял, что предубежден против нее, и попытался быть объективным.
– Что именно вы делали для создания номера? Работали с дизайнерами над рекламными макетами? Согласовывали макеты с клиентами? Что?
Авдеева опустила голову.
– Говорю же, я звонила.
– Вы впервые на собеседовании?
– Нет.
– Вы всегда себя так ведете?
– Как я себя веду?
До Алексея вдруг дошло, что она просто не понимает, что за короткие пять минут беседы должна раскрыться как можно полнее, рассказать о своих способностях как можно больше. Она просто тупая. А он теряет время, пытаясь быть объективным.