Чтение онлайн

– Мы порыбачили, – объявил Иллиан, уставившись на рыбу, в сумме весившую почти столько, сколько сам Майлз. – Теперь мы можем возвращаться?

– У тебя еще есть батарея к парализатору?

– Нет.

– А пиво осталось?

– Это была последняя.

– Тогда можем.

Иллиан злорадно ухмыльнулся. – Жду не дождусь, – пробормотал он, – когда кто-нибудь спросит меня, что мы использовали как наживку.

Майлзу удалось причалить лодку, не разбив ее, несмотря на отчаянную необходимость пописать и ощущение болтанки, не имевшее никакого отношения к волнам на озере. Он рванулся вверх по склону к дому, таща с собой две рыбы поменьше на продернутой сквозь жабры леске и предоставив Иллиану сражаться с тремя крупными.

– Нам придется их все съесть? – тяжело дыша, поспевал за ним Иллиан.

– Может, одну. А остальные можно почистить и заморозить.

– А кто будет чистить? Не будет ли Матушка Кости возражать? По правде говоря, не думаю, что ты хочешь оскорбить свою кухарку, Майлз.

– Никоим образом. – Майлз остановился и мотнул головой, показывая подбородком вперед. – А для чего, по-твоему, существуют любимчики?

Мартин, привлеченный возвращением лодки – а может, намереваясь выпросить разрешение взять ее покататься самому – топал к ним вниз по тропинке.

– А, Мартин, – радостно пропел Майлз тем самым тоном, который заставил бы более опытного Айвена повернуться и сбежать. – Ты-то мне и нужен. Отнеси вот это матери, – Майлз вывалил свою ношу в руки смятенного молодого человека, – и сделай с ними все, что она тебе велит. Сюда, Саймон.

Безмятежно улыбаясь, Иллиан передал ему в руки и своих мертвых рыбин. – Спасибо, Мартин.

Они оставили Мартина, в своей жестокости даже не оглянувшись на его жалобное «Милорд?..», и, пошатываясь, двинулись вверх к прохладному каменному дому. Сейчас предметом наибольших желаний Майлза были туалет, душ и кровать, чтобы немного вздремнуть, – именно в таком порядке. И этого хватит.

В сумерках Майлз с Иллианом устроились поужинать рыбой в столовой в домике на озере. Матушка Кости приготовила самую маленькую озерную форель (которой вполне хватило бы, чтобы накормить всех домочадцев) в соусе, сделавшем бы восхитительным и печеный картон, а свежевыловленную рыбу превратившем в пиршество, достойное мелкого божества.

Иллиана явно развлекало это доказательство их доблести как первобытных кормильцев-добытчиков.

– И часто ты тут этим занимаешься? Кормишь все свое семейство?

– Когда-то – время от времени. А потом я осознал, что моя матушка-бетанка (которая, если может себе это позволить, не ест ничего, кроме синтезированного белка) храбро жует эту рыбу и стиснув зубы лжет мне, какой я хороший мальчик. И я перестал – хм – бросать вызов ее кулинарным предпочтениям.

– Могу себе ее вообразить, – ухмыльнулся Иллиан.

– Хочешь, завтра снова отправимся на озеро?

– Давай… как минимум подождем, пока подъедят остатки этой.

– Ну, тут нам помогут живущие возле конюшни кошки. Прямо сейчас где-то четыре из них околачиваются рядом с дверью кухни, пытаясь смягчить сердце моей кухарки. Когда я в последний раз их видел, они в этом преуспевали.

Майлз допивал последний бокал вина, потягивая его маленькими глотками. Огромное количество воды, немного сна и кое-какие таблетки избавили его от начинающегося было похмелья (пиво плюс перегрев). Странное и непривычное ощущение – полностью расслабиться. Никуда не идти. Не мчаться слишком быстро и вообще ни на какой скорости. Наслаждаться настоящим, тем «Сейчас», которое отдает вечностью.

Тут в столовую прибежал Мартин, но больше никакой еды он не нес; Майлз поднял глаза.

– Милорд? Вас, по комму.

«Кто бы это ни был, скажи, что я перезвоню завтра. Или на следующей неделе.» Нет, это может быть графиня, которая приземлилась раньше графика или звонит с орбиты. Он подумал, что теперь готов предстать перед ней. – Кто это?

– Говорит, что он адмирал Авакли.

– О! – Майлз отложил вилку и тут же поднялся. – Я отвечу на звонок, спасибо, Мартин.

В конце дальнего коридора была отдельная комната с комм-пультом, и там над видео-пластиной парила худощавая физиономия ожидающего Авакли – словно голова, отделенная от тела. Майлз скользнул в кресло и поправил видеокамеру. – Да, адмирал?

– Милорд Аудитор, – Авакли склонил голову. – Моя группа готова сделать вам доклад. Мы можем представить его одновременно вам и генералу Гарошу, как вы хотели.

– Хорошо. Когда?

Авакли помедлил. – Я бы рекомендовал как можно быстрее.

У Майлза в животе похолодело. – Почему?

– Вы желаете обсудить это по комму?

– Нет. – Майлз облизнул пересохшие губы. – Я… понял. Мне потребуется примерно два часа, чтобы вернуться в Форбарр-Султану. – И на это совещание лучше бы успеть переодеться. – Мы можем встретиться, скажем, в 26.00. Если, конечно, вы не предпочтете завтрашнее утро.

– Выбор за вами, милорд Аудитор.

Авакли не возражает против полуночной встречи. Спокойный вердикт об естественных причинах подобной спешки не требует. Все равно Майлзу больше не заснуть, строя на эту тему всяческие предположения.

– Значит, этой ночью.

– Отлично, милорд. – Прощальный кивок Авакли выражал одобрение.

Майлз отключил комм-пульт и с шумом выпустил воздух из груди. Жизнь только что снова принялась набирать скорость.

В здании СБ царила тишина поздней ночи; конференц-зал клиники походил на склеп. Черный стол с видеопроектором окружало пять вращающихся стульев. Так, очередной медицинский брифинг. За последние дни Майлз узнал о содержимом человеческой головы, включая свою собственную, гораздо больше, чем бы ему когда-либо хотелось.

– По-моему, у нас недостаток стульев, – сказал Майлз адмиралу Авакли, кивая в сторону стола. – Разве что вы предложите генералу Гарошу постоять.