Чтение онлайн

— Ой, не ври! — раздался в моей голове смешок Афродиты.

Вечер прошёл хорошо. Мы просидели у Кулагина до самого отбоя. Его комната была рассчитана на четверых человек. С нами было ещё трое кадетов, которые натащили из столовой еды. Каким-то образом они смогли раздобыть три бутылки вина, которые мы и употребили за нашим импровизированным ужином.

Всё внимание, конечно, досталось Алисии. Она была королевой вечера. Девушку засыпали комплиментами. Кулагин между тем вёл себя совершенно прилично, быстро смекнув, что Алисия — моя девушка, и держался отстранённо. Алисия была недовольна подобным поведением, всячески стреляя в него глазками и стараясь привлечь внимание, но парень был твёрд, как кремень!

За десять минут до отбоя мы покинули ребят и направились ночевать ко мне.

Утром я проснулся от звуков сирены. Резко вскочил с кровати и выглянул в коридор, пытаясь понять, что происходит. Пробегающий мимо солдат поделился информацией, что это не нападение, а общий сбор на плацу. Но так как я не военнослужащий, то могу и не присутствовать.

Спустя пять минут на площади под моими окнами собрались все присутствовавшие в кадетском корпусе — от учеников до учителей. Мы с Алисией стояли у окна и наблюдали за происходящим.

Перед собравшимися выступил сам директор кадетского училища. Усилив голос магией, он сообщил трагическую новость о кончине отца действующего Императора. В стране объявляется трёхдневный траур, который закончится с похоронами великого князя Алексея Николаевича Романова.

Город Барнаул встретил нас хорошей погодой. Было прохладно, но на небе светило яркое солнце, согревая нас своим теплом.

К маголёту, остановившемуся на посадочной полосе, споро подъехали автомобили — пара грузовиков и джип. В один из грузовиков сел я со своими людьми. В этот поход взял тех же — Павел Богданов, Араслан, Давид и Сан Саныч. Мы устроились в кузове, куда солдаты ещё загрузили ящики с оружием и патронами. Второй грузовик они забили полностью

Грищенко с Екатериной Игоревной и Алисией устроились с комфортом в джипе.

На всё про всё ушло очень мало времени. Было видно, что люди спешат и серьёзно озабочены происходящим в зоне прорыва. С кем-то поговорить и выяснить, что нас ждёт, не получилось. Один из лейтенантов, к которому я обратился, в грубой форме порекомендовал мне заткнуться и не мешаться. Я не стал качать права, а, устроившись на скамейке в кузове, задремал.

До зоны прорыва мы ехали почти два часа. Издалека были слышна оружейная канонада. Похоже, дела идут не слишком хорошо, раз патронов не жалеют.

Мерзкая, загрязнённая прорывом энергия начала накатывать, как волны. Наш грузовик заглох, не доехав до лагеря. Лица сопровождающих ещё больше помрачнели.

— Это плохо, — Грищенко вышел из машины и подошёл к нам, — если уже тут из строя выходит техника, значит, скоро и оружие перестанет работать! Мы теряем позиции.

— Магия вытекает, — Давид стоял с озабоченным лицом. Он говорил, что долго не сможет продержаться в прорыве, но Сан Саныч настоял, чтобы я его взял.

Сейчас, глядя на бледное лицо Давида, я понимал, что зря поддался на уговоры. Даже лейтенант, в котором практически не было магии, и то лучше держался.

— Как же здесь мерзко! — Екатерина Игоревна подошла к нам. — Как можно кого-то лечить в таких условиях? Всех раненых надо отсюда увозить в госпиталь!

— Иван! — Я отошёл чуть в сторону и позвал Грищенко. Тот сразу подошёл ко мне. — Мы же вроде собирались зайти с какой-то другой стороны, а приехали к боевым действиям.

— Надо забрать отряд, — он мотнул головой в сторону видневшегося вдали лагеря, — только теперь не знаю, как будем добираться, зона сильно выросла. Придётся большое расстояние пройти пешком. Это лишний риск.

— Какие есть варианты? — уточнил я, наблюдая, как нам навстречу бегут солдаты из лагеря. Многие толкали перед собой тележки. Добежав до машин, они начали в хорошем темпе выгружать ящики с патронами и ставить их в тележки, которые с помощью двух солдат везли обратно в лагерь. — Почему не отойдут отсюда подальше? — поинтересовался я.

— Маги успели здесь создать защитные стены. Из-за них безопасней работать. Но если оружие откажет, придётся уходить.

— И звери прорвутся, — сделал я логичный вывод, — как их вообще потом можно задержать в чистом поле? До города далеко?

— Сорок километров. Вокруг города начали возводить защиту, деревни эвакуируют. Если мы не закроем прорыв, звери расползутся по всему краю. Погибнет много людей. Нам надо спешить! Жди здесь!

Грищенко призвал водную магию и, взлетев, понёсся вперёд, к лагерю. Даже солдаты прервали разгрузку, с удивлением провожая удаляющуюся фигуру стихийного мага.

Иван, конечно, крут, я так не умел, но какие мои годы? Ещё научусь подобным фокусам.

Мы стояли, не зная, чем себя занять и чего ожидать, только Екатерина Игоревна не растерялась. Подойдя к лейтенанту, она о чём-то с ним договорилась. Спустя буквально десять минут солдаты достали из грузовиков пару скамеек и разместили их на небольшой полянке в десятке метров от грузовиков.

Моих людей целительница отправила за дровами, заявив, что лучше коротать время с костром, тем более, несмотря на солнце, сам воздух был достаточно прохладным, и, стоя на месте, можно было достаточно быстро замёрзнуть.

Спустя каких-то двадцать минут под руководством целительницы мы развернули собственную стоянку. Кто-то сбегал в лагерь и принёс нам котелок, в котором заварили чай. Из баулов извлекли еду — копчёное мясо, сыр и хлеб. Алисия с Давидом наделали для всех бутербродов.

Мы больше часа прождали Грищенко, который прибыл к нам с отрядом военных.

— Молодцы! — похвалил он, увидев, как мы устроились. — Полчаса на перекус — и выдвигаемся!

Солдаты тем временем стали вручную катить грузовики в обратную сторону. А я всё думал — что они с ними будут делать и как заводить? Похоже, ситуация уже отработана — надо просто выкатить их из зоны влияния прорыва. Вскоре вдали я услышал тарахтение машин — завели.

— Так, а мы на чём поедем? — Я вопросительно глянул на Ивана.

— Это Ланицкий Дмитрий, — вместо ответа он подвёл ко мне одного из военных, — капитан, глава нашего отряда сопровождения. Ребята опытные, своё дело знают.