Чтение онлайн

Андрей Николаевич подошёл к Троекурову, одним движением руки разбил ледяной панцирь и сказал:

— Поднимайся!

Затем куратор обернулся к группе и громко произнёс:

— Одно из важнейших правил магического боя гласит: если не знаешь уровня противника и его истинной силы и если при этом нет необходимости вступать в бой — не вступай! Думаю, Родион это сегодня усвоил, а на его примере и все остальные.

А я ещё раз подумал, что зря Троекуров начал отношения с куратором с глупой и ненужной угрозы. Зная Анну Алексеевну, я был уверен: ни один член попечительского совета не заставит ректора уволить преподавателя, если тот ни в чём не провинился. Да и вообще, давить на Милютину, зная, кто её муж, имело смысл лишь в случае крайней необходимости. Желания избалованного дворянского сынка наказать куратора явно было бы недостаточно для развязывания конфликта с Милютиными. Видимо, и Коржов думал так же, потому и решил проучить новичка.

После практических занятий, когда мы с Милой переоделись и вышли на улицу, к нам откуда ни возьмись подскочил раскрасневшийся от злости Троекуров. Он оглядел нас ненавидящим взором и прошипел:

— Вам конец! Считайте, что уже отучились в этой академии! Можете уже сегодня собирать вещи, безроды!

Мы с Милой лишь рассмеялись. Родион, видимо, ожидал другой реакции, его лицо стало почти пунцовым, однако больше он ничего не сказал, а развернулся и быстро ушёл.

— Почему у нас никогда ничего не обходится без приключений? — спросил я, глядя вслед Троекурову.

— Смирись уже! — ответила Мила и опять рассмеялась. — Кстати, а что насчёт отмечания начала занятий? Почему бы не сделать это в «Тройке»? Думаю, племянник губернатора плохой ресторан не посоветует.

— Так вроде там по записи, — сказал я.

— Ну, позвони и запишись. И вообще, кто кого должен приглашать?

— Не знаю, кто кого. Вроде мы оба одинаково учиться начали.

— Да уж, повезло мне с кавалером, — театрально вздохнув, произнесла Мила. — Надо было с Троекуровым идти. Он так красиво приглашал.

— Ты вообще сказала, что любишь чебуреки! — заметил я. — Вот в чебуречную и пойдём отмечать!

Мы с Милой распрощались до вечера, и я отправился в свою комнату. Меня наконец-то ожидала встреча с Глебом. Не то чтобы я сильно переживал, но некоторое чувство вины перед Денисовыми было — всё же проблем я им явно доставил. На общем собрании мне с соседом по комнате пообщаться не удалось — Глеб пришёл за несколько секунд до начала вместе со своим куратором, а после уже я был занят — разговаривал с Гурьевым. И вот теперь нам предстояло увидеться впервые с того момента, как Глеб оставил меня одного в московском стриптиз-баре «Баунти».

Когда я вошёл в комнату, сосед по комнате лежал на своей кровати и что-то смотрел в телефоне. Заметив меня, он убрал гаджет, поднялся с кровати, улыбнулся и распростёр руки для объятий, из чего я сделал вывод: если не все Денисовы, то уж Глеб на меня точно обиды не держал.

— Здравствуй, возмутитель спокойствия! — громко сказал Глеб, обнимая меня. — Ну и задал ты жару, такой переполох устроил, мне аж завидно стало.

— Да чего завидовать, — отмахнулся я. — Ты лучше скажи, у вас проблем из-за меня не было? Я не рискнул по телефону об этом спрашивать.

— Нет, конечно. Какие проблемы? Ты же Москва-Сити не взорвал. Насколько я понял, просто погонял на машине, да блокпост разнёс. Но я тоже не стал тебе звонить на всякий случай, мало ли.

— Ты прости, там у меня история запутанная вышла, всё не могу рассказывать, — сразу предупредил я, чтобы Глеб не обижался.

— Да это ты прости, что я тебя одного бросил. Надо было подругу одну навестить. Думал, ненадолго отлучусь, а получилось как получилось.

— Ну я надеюсь, оно того стоило.

— Да если бы, — с досадой отмахнулся Глеб. — Лучше бы с тобой стриптиз посмотрел. Хотя, насколько я понял, тебе тоже не до того было. Но хорошо, что всё хорошо закончилось.

— Ну я очень надеюсь, что ты мне сказал правду, и у вас действительно из-за меня не было проблем. У тебя очень хорошие родители, мне бы очень не хотелось, чтобы они из-за меня как-то пострадали.

— Нормально всё. Не переживай даже! Сначала, конечно, следователи забыли, с кем дело имеют. Приехали, стали требовать, чтобы мы им показали комнату, где ты жил, меня, вообще, хотели на допрос вызвать в какое-то управление. Но папа позвонил деду, и следствию неожиданно хватило небольшой беседы со мной у нас в столовой.

Глеб рассмеялся и добавил:

— Не пойми кого набирают в следователи. Приехал в имение к члену Дворянской думы и решил права качать.

— А дедушка не ругался? — спросил я.

— Да как дед может внука ругать? — удивился Глеб. — Это родителям моим от него иногда достаётся, а меня он балует.

— Как дед может внука ругать? — повторил я и аж рассмеялся. — Это ты моего деда не видел. Он и убить внука может, глазом не моргнёт.

— Мне жаль.

— Ничего. Есть шанс, что он теперь встанет на путь исправления. Впрочем, ну его, не хочу о нём говорить. Главное, что у вас всё хорошо. И если твои родители на меня не злятся, то передавай им привет. Я никогда не забуду, как тепло они меня приняли в вашем доме.

— Обязательно передам, — сказал Глеб, оглядел комнату и добавил: — Кстати, о доме, точнее, об общежитии — что-то пока к нам никого не подселили.

— И не подселят, — успокоил я соседа.

— С чего ты решил?

— Просто поверь.

— Всё-таки прибрали тебя к рукам, — рассмеялся Глеб. — Звание уже присвоили?

Мой друг, похоже, не захотел делать вид, что не догадывается о моих «особых» отношениях со спецслужбами. Сам он это понял, или дед ему сообщил эту информацию — было особо и не неважно. Такое в любом случае не скроешь. Я устроил в Москве настоящий переполох, разнёс блокпост, похитил двух граждан, угнал машину и при этом спокойно вернулся на учёбу. Ясно что просто так подобные вещи не делаются и не прощаются. Выводы сделать было несложно, а Глеб не дурак. И ещё он так искренне смеялся, что я тоже решил отшутиться:

— Я ещё просил, чтобы и тебя отселили, а вместо тебя Милу сюда перевели, но не разрешили.

— Не надо меня отселять, — сквозь смех сказал Глеб. — Просто предупреждайте, и я пойду погулять. Кстати, сегодня вот ночую у дедушки.

Эта новость меня обрадовала — теперь предстоящий вечер имел все шансы стать совсем замечательным. Я хотел поблагодарить Глеба, но не успел — зазвонил мой телефон. Звонили из ректората, я принял звонок, и помощник Милютиной Пётр сообщил мне, что Анна Алексеевна просить меня подойти к ней в кабинет как можно быстрее. Я ответил, что уже бегу, и отправился к ректору.