Чтение онлайн

– А вот ты как раз напомнил. У меня есть для тебя дело, – поспешно сказал волшебник Алеша. – В общем, работенка.

– Правда? – Джинн подпрыгнул от радости. Нет, пожалуй, он зря все-таки подпрыгнул. Наверно, вы бы тоже согласились с этим. Когда джинн подпрыгнул, все в комнате подпрыгнуло вместе с ним: книжные шкафы, стол, стулья, старый диван и даже буфет с посудой. Все вещи как-то огорченно охнули, что-то зазвенело, отовсюду посыпались книги.

Если бы дядя Алеша так крепко не обнимал Вальку за плечи, тот наверняка бы скатился со своего четырехногого устойчивого табурета. Нет, не надо джиннам прыгать от радости, это уж точно!

– Работенка? – нетерпеливо проговорил джинн. – Говори же, не томи душу, о повелитель! Что-нибудь воздвигнуть? Построить? Слетать? Куда? В Сахару? На Северный полюс? Может, в сказку? Давненько я собирался завернуть на остров Капитанов. О, эти капитаны! Зазнайки и выскочки! Ну, я с ними потолкую. Значит, в сказку, да?

Волшебник Алеша переглянулся с Валькой и только безнадежно пожал плечами.

– Нет, голубчик, другое… – мягко и ласково сказал он джинну. – Ты должен доставить меня и вот этого уважаемого Тин Тиныча к его маме.

– Только и всего! – Джинн надменно и разочарованно оттопырил нижнюю губу. – Заменять собой такси. Это презренное чудовище, дышащее бензином, у которого вместо сердца стучит счетчик.

– Давай уж сразу обо всем договоримся, – торопливо добавил волшебник Алеша, – чтобы потом никаких претензий. Ты нас доставь только до лифта, ладно? И подождешь там. В подъезде, знаешь, тепло, батареи горячие…

– Ты стыдишься меня, о повелитель! – громоподобно возопил джинн. Он так заскрежетал зубами, что изо рта у него посыпались хвостатые, колючие искры. Одна из них, сверкая, упала на переплет старинной книги, и волшебник Алеша ловко прихлопнул ее ладонью. – О, какое оскорбление! Лучше бы я стал крепким чаем или кофе в моем одиноком термосе! – продолжал завывать джинн, закатив глаза и раскачиваясь из стороны в сторону. – О я несчастный! Презирайте меня, топчите ногами, насмехайтесь!..

– Ну, знаешь, мое терпение тоже может лопнуть! – Волшебник Алеша, не выдержав, стукнул кулаком по столу.

Багровое лицо джинна позеленело, он с грохотом упал на колени.

– Смилуйся, о повелитель! – задыхаясь от ужаса, простонал он. От его испуганного дыхания завернулся край ковра. – Прости своего неблагодарного слугу. Не карай его своей немилостью. Покорный и немой, прижавшись в уголке, я буду ждать в подъезде, у лифта, где ты прикажешь…

– Опять крайности. Уж сразу «немой и покорный»… – недовольно поморщился волшебник Алеша.

Он снял с батареи Валькины башмаки. Они были теплые и твердые, словно выдолбленные из коры. Валька сунул в них ноги, сделал несколько шагов. Жесткие башмаки скрипели, и ноги в них не сгибались, были как деревянные.

– Ничего, вы походите, походите в них, разомнутся, – сказал волшебник Алеша и снова повернулся к джинну: – Так или иначе – пора!

То, что случилось потом, показалось Вальке слишком быстрым, слишком невероятным, будто это был сон.

Само собой распахнулось окно. В лицо пахнуло холодом, сыростью уходящей зимы. Валька почувствовал пустоту под ногами, словно пол провалился и он повис в воздухе. Когда он глянул вниз, он увидел крыши города, убегающие огни, огни, удлиненные движением. Но все это время он чувствовал крепкую руку волшебника Алеши, обхватившего его за плечи. Впрочем, Валька не был уверен до конца, чья это все-таки рука: волшебника Алеши или джинна? Он даже не успел испугаться, как за ними уже захлопнулась знакомая дверь подъезда, а джинн, стыдливо сгорбившись, приткнулся в углу возле доски с почтовыми ящиками.

Валька не помнил, как он вместе с волшебником Алешей поднялся на лифте.

А потом перед ним появилась мама. Она стояла в дверях квартиры, опустив руки, и казалось, совсем не рада Вальке, такая она была бледная и такими измученными и чужими были у нее глаза.

– Мы уже не знали, что и делать, куда звонить, – тихо сказала мама. Вальке стало обидно, что мама так говорит с волшебником Алешей. Хотя откуда ей было знать, что он волшебник.

– Во всем виноват я, один я, – смущенно сказал волшебник Алеша, церемонно приподнимая шляпу. – Забыл о времени, как всегда. Но поверьте, у нас были очень важные дела с вашим маленьким капитаном.

С этими словами волшебник Алеша подтолкнул Вальку к маме.

– Так уж и капитаном… – слабо улыбнулась мама.

– Да, капитаном, – волнуясь и, как обычно, немного смущаясь, сказал волшебник Алеша. – У меня даже нет сомнения. Понимаете, меня внизу ждет мой… не важно кто. И если кто-нибудь увидит моего… не важно кого. Особенно какая-нибудь пожилая соседка, старушка… Словом, я должен торопиться. Но если бы у меня была хоть минута времени, я бы вам непременно объяснил, какие тут имеются вернейшие признаки, что наш дорогой, уважаемый Тин Тиныч, как вы его мило зовете, непременно станет капитаном…

И, произнеся эти малопонятные, загадочные слова, волшебник Алеша еще раз приподнял шляпу и стал торопливо спускаться вниз по лестнице. Теперь, друзья мои, мы простимся с Тин Тинычем, который, по-моему, очень славный, и с волшебником Алешей.

Впрочем, с волшебником Алешей мы еще встретимся на страницах нашей повести. Так же как и с нарисованной Ласточкой.

А нам с вами пора в путь.

Туда, где катит свои голубые волны океан Сказки. В удивительную страну Мечты и Фантазии. Прямехонько на остров Капитанов. На остров, к которому со всех сторон плывут корабли, сделанные ребячьими руками.

Тихо шуршали высокие пальмы на острове Капитанов. Их жесткие волосатые стволы и длинные листья казались оранжевыми от заходящего солнца. Над пальмами, устраиваясь поуютнее на ночь, еще сонно летали небывало большие яркие бабочки. Задевали верхушки пальм хрупкими крыльями, осыпали разноцветной пыльцой. Их торопили ночные бабочки, появившиеся, едва только начало смеркаться. Толстые, неуклюжие, с короткими крыльями, похожие на кульки с пылью.

– Ишь разлетались… – ворчали ночные бабочки. – Сейчас наше время. Скоро зажгут свечи, лампы, фонари. Мы будем биться о стекла и кружиться, кружиться вокруг огня…

Со стороны гавани доносились оживленные голоса. Там еще вовсю кипела работа. Моряки чинили корабли, которые изрядно потрепал последний шторм.

Да, друзья мои, океан Сказки поистине можно было назвать капризным океаном. Мало сказать – капризным. Вспыльчивым, даже задиристым. Шторм и бури налетали совершенно неожиданно, и предсказать их не было ни малейшей возможности.