Чтение онлайн

Через четверть часа они вышли на опушку леса и увидели невдалеке белые прямоугольники колхозной фермы. Над одним из коровников горела лампочка под жестяным абажуром, ее-то рассеянный свет и вывел путников из леса.

Избегая освещенных мест, Роман обошел коровник с другой стороны и вошел в его раскрытые, перекошенные ворота. Внутри горела единственная на все помещение тусклая керосиновая лампа. Печальные, тощие коровы, медленно двигая челюстями, смотрели на вошедших без любопытства, как смотрят тяжело больные люди. Крепко воняло навозом. Лениво шуршали в кормушках крысы.

Никого, кроме коров, не найдя, Роман вышел из коровника и, подумав, направился к домику конторского типа, стоящему метрах в двадцати. Автомат, «АКС-74У», который он забрал возле гаража у застреленного им «черного» и захватил с собой, Роман укутал в свою куртку, чтобы не пугать без надобности местных жителей.

Окна в конторе не горели, но у Романа были свои соображения. И недаром.

Едва они вместе со Славиком, который рвался залечь до утра в коровнике, подошли к конторе, из-за закрытых дверей послышался визгливый собачий лай. Роман стукнул в дверь – пес затявкал пуще, явно стараясь не испугать пришельцев, а разбудить кого-то в доме.

– Тиш-ша, твою дивизию… – прикрикнул кто-то на собаку. – К-какого ты хрена брешешь середь ночи?

Человек тяжело закашлялся, монотонно матерясь между приступами. Роман снова стукнул в дверь.

– Да иду, иду… – проворчал сторож. – Счас… Кому там не спится, полуночники?

В окне зажегся свет, послышались тяжелые шаги, и дверь открылась. На пороге стоял пожилой человек в телогрейке и кирзовых сапогах, высокий, костлявый, чем-то напоминающий коров, которых он сторожил. К его ноге жалась ворчащая на незнакомцев собачонка.

– А вы кто такие? – сильно удивился сторож, увидев незнакомые лица.

– Мы из города, заблудились в лесу, – вежливо сказал Роман. – Не пустите нас до утра?

Сторож что-то усиленно соображал, не предпринимая, впрочем, никаких действий. Из домика несло перегаром, чесноком и махоркой. Запашок был еще тот.

«Может, в коровнике спать было бы и посвежее?» – подумал Роман.

– А че вы заблудились-то? – спросил наконец сторож.

– Отдыхали с друзьями. На шашлыки ездили. Пошли в лес погулять с другом, выпившие, ну и заплутали. Леса-то у вас знатные, трудно не заблудиться.

– Леса-то? – снова задумался сторож. – Да тут лесу того три сосенки да два пенька осталось. Вы бы раньше посмотрели, какие тут были леса. О-о! Для самого Петра Первого сосны корабельные отсюда возили…

– Так что, пустите? – напомнил Роман, глянув на Славу, едва стоявшего на ногах.

– Да заходите, люди добрые, – спохватился сторож. – Че мне, халупы этой жалко? Во, давай сюда, на лежак. Парнишка-то, смотрю, совсем сморился. Чайку, может, попить? У меня тут в чайнике заварено. Хлебушко вот есть, свежий, только сегодня купила старуха…

– Не отказались бы, – сказал Роман, в изнеможении садясь на широкий лежак, заваленный тряпьем.

Автомат, завернутый в куртку, положил под рукой. Как знать, в какой момент он может пригодиться.

Роман тоже устал и продрог. В каморке хоть и воняло, но было тепло и уютно благодаря натопленной печурке в углу. Слава так и растянулся на лежаке. Но когда сторож налил в старые железные кружки чаю и выложил на стол полкаравая хлеба, вскочил и жадно налег на нехитрое угощение. Потом как мертвый рухнул на лежак и тут же уснул, наплевав на все опасности сразу.

Роман тоже попил чайку, пожевал хлебца, отвечая на расспросы сторожа. Тот особо не пытал, видя, что люди устали, и тем охотнее отвечал на вопросы Романа. Он и выпить предложил «для сугреву», но Роман вежливо отказался, выкурив лишь «козью ножку», набитую забористым самосадом.

Выяснилось, что их занесло в деревеньку Борок, сидевшую среди лесов в пятнадцати верстах от города Белоусово Калужской области (далеконько от Москвы выстроил Родик свою крепость – да все равно не сумел спрятаться от убийц). До города, то есть до Белоусова, можно добраться утром на рейсовом автобусе, а там уж чем-нибудь и до Москвы.

Задерживаться на ферме Роман не хотел. Мало ли куда зайдет погоня в своих поисках? Вдруг и сюда доберется. Так что долго рассыпаться не резон. Часика два соснуть – и дальше.

Он прилег возле Славы, попросил сторожа разбудить его, как только начнет светать, и моментально уснул. Сторож поместился на широкой лавке и тоже задремал, привычный ко всякого рода ночным беспокойствам.

Через полтора часа Роман, словно увидев дурной сон, подхватился и начал будить слабо отбивающегося Славика. Тот не хотел вставать ни в какую, даже пробовал ругаться, но Роман кое-как его растолкал.

– Пусть бы парень еще подремал, на улице совсем темно, – сказал, проснувшись на шум, сердобольный сторож, глядя на шатающегося Славика, который, не открывая склеенных глаз, так и норовил завалиться обратно на теплый лежак.

– Когда первый автобус до города? – спросил Роман, удерживая Славу в вертикальном положении.

– Да не скоро еще… Спали бы, чего спешить?

– Надо, отец. Спасибо за прием, всего хорошего.

Роман сунул под мышку сверток с автоматом, вытащил Славика из дому и, узнав напоследок у сторожа, где находится шоссе, направился туда. Время дорого. Сейчас «черными» людьми организовываются масштабные поиски капитана Морозова. Если не добраться до надежного убежища в ближайшие часы, можно считать себя покойником. После того как его узнали в гараже Полякова, за ним будут охотиться денно и нощно. Эти люди не успокоятся, пока не доберутся до него. Был только один вариант одержать над ними верх – первым разыскать их и обезвредить. Но для этого нужно было как минимум остаться в живых.

Пока шли лесной тропой к шоссе, от которого по временам доносился гул машин, Роман подробно инструктировал Славу, широко зевающего на свежем воздухе.

– Тебе сейчас в Москву нельзя.

– А как моя работа? Мне на работу нужно…

– О работе забудь. Найдешь новую. Хочешь жить – туда даже на заглядывай.

– А квартира? Я же снимаю квартиру…

– Квартира подождет.

– А трудовая книжка?

– После заберешь. Никуда она не денется. Работа – это ловушка. Там тебя могут ждать.