Чтение онлайн

– У вас есть документы?

– Есть.

Протягиваю ему свой паспорт. Милиционер неторопливо изучает все страницы.

– Чего то не очень похожи...

Говорила Ольге, что будут придираться. Пришлось сорвать очки и нагло выставить подбородок.

– Ну а так?

– Немного похоже.

Почему то мой жест развеселил капитана.

– Ребята, берите этих, - он кивает своим помощникам на лежащих бандитов.
– Что же мне с вами, гражданка делать. Будем протокол писать или как?

Я уже хотела сказать, что все будем делать по закону, составлять протокол, как тут за спинами милиционеров увидела Васеньку, он умоляюще смотрел на меня.

– Если можно, обойдемся без протоколов.

– Добре... А вы крепкая девочка, вон каких бугаев положили. Учились драться где то?

– У меня черный пояс.

– Тогда все понятно. Возьмите паспорт. Мы с этими разберемся. Прощайте красавица.

Во как... Хоть один оценил. Я ему сразу простила все противозаконные действия. Все таки не по своей стране еду, как никак по чужой территории, у них свои порядки, правда почти такие же как и у нас.

Девочки резко изменились по отношению ко мне, стали более почтительны.

– Лена, хочешь варенья, - предлагает Галя.

– Нет, спасибо.

– А как ты его..., - вспоминает Люда.
– У меня чуть сердце от страха не выпрыгнуло. Идет с ножом и прямо на меня, а ты его раз...

– У Ленки черный пояс, - замечает Галя.
– Я слышала, как она об этом менту говорила. Но все равно... я бы вот так не смогла. Описалась бы раз сто.

– А я бы, Ленку отшлепала, - говорит Ольга, - лучше бы не лезла она никуда. С ней одни неприятности. Подумаешь, выпендрилась, одного в прошлый раз отделала, сейчас двоих, так долго быть не может...

– Брось каркать то, - обрывает ее Галя.
– Надо всегда за себя бороться. Мне вон в прошлый раз чуть... не засадили... Если бы не отбилась, не уважала бы себя после этого.

– Кому нужно наше уважение. Как от мужиков зависим, так и будем зависеть дальше...

– Девочки, чего мы ругаемся?
– это опять Люда.
– Будем надеяться на все хорошее. Давайте лучше сыграем в картишки...

– Доставай, - соглашается Ольга, - хоть так отвлечемся.

До Одессы больше никаких приключений. Когда вышли на платформу вокзала, то оказалось, что в нашей группе около двадцати человек. Васечка всех распихивает по троллейбусам и мы отправляемся в порт. При виде меня он морщится.

– Лена, только прошу в этот раз, молчи, не открывай своего рта.

– А что, чего-нибудь еще будет? Вася, я же хочу как лучше. Пойми сам, ко мне лезет всякая погань, что прикажешь под каждого лечь?

– Не надо, но и нарываться на неприятности не надо.

– Хорошо. Разъяснил. Только одно не пойму, как не нарываться на неприятности, если они будут лезть.

– Иди ты..., - в сердцах произносит он, потом сплевывает.
– Вон твой троллейбус, залезай.

В одноэтажном здании, похожим на барак, нас заставляют заполнить таможенную декларацию. Здоровенных, бритых парней в серой форме интересовали только деньги.

– Где твои доллары?
– грубо спрашивает меня один из них.

– В кошельке.

– Покаж.

Я открываю кошелек и вытаскиваю доллары. Парень отнимает их от меня и неторопливо пересчитывает.

– Пятьсот, не много ли?

– Сколько положено.

В это время наше умное правительство ввело ограничение на вывоз волюты и пока ограничилось суммой пятьсот долларов.

– Помельче даже нет?

– Последние, что достались.

– Знаю я вас. С тебя пятьдесят рубликов.

– За что?

– Ты еще и спрашиваешь, хочешь, чтобы мы тебя до гола раздели, проверив на наличие контрабанды.

Я вспомнила Васеньку и зажала рот. После этого вытащила российские рубли и отсчитала пятьдесят.

– Так бы ты и сразу.

Таможенник отбирает рубли, возвращает доллары и ставит штамп в декларацию.

– Топай, убогая...

Это по шарпанное, давно не крашенное судно с странной надписью: " Михаил Свет..." Васенька распределяет нас по местам.

– Вот сюда, девушки, - он проталкивает нас в узкую каюту с иллюминатором.

Здесь только две койки и столик.

– Но нас четверо, - не выдерживаю я.

– Скажи спасибо, что устроилась не на палубе. Там сейчас настоящий базар.

– Вася, все в порядке, - говорит Оля.
– Лена еще плохо знает порядки.

– По моему она их никогда не узнает.

Он ворча уходит, мы парами рассаживаемся на кроватях.

– И долго плыть?
– спрашиваю я.

– Сутки. Мы еще по дороге закатим в Румынию, потом в Болгарию.

Дверь в каюту без стука открывается и мы видим молодого черноволосого южанина с улыбкой до ушей.

– Ай, какие красивые девочки. Галина, Ольга, вы не изменились, а Людочка..., это же подарок судьбы.

– Ахмедка, ты по прежнему такой же дурной, - ласково говорит Ольга. Небось уже успел девушкам всего судна наделать комплементов. Мы последние?

– Обижаешь. Ахмед ищет вас в первую очередь.

Девчата рассмеялись, я лично ничего не поняла.

– Какие новости, Ахмед?
– спрашивает Люда.

– Сейчас расскажу.

Парень бесцеремонно втискивается между Людой и Галей на кровать и уже с интересом рассматривает меня.

– Это и есть новенькая? Васька мне уже поплакался.

– Это Лена, - представляет меня Ольга.
– Ты с ней не очень то, она быстро тебе рога обломает.

– Васька мне говорил. Если помыть ее в ванне, еще красивей будет, чертовка.

– Тебя самого надо помыть в..., - не сдерживаюсь я.

– Не сердись. Нельзя сердится такой горячей девушке. Обидел, прости.

Вот черт, опять меня несет.

– Прощаю.

Все заулыбались.

– Ладно, перейдем к главному. Новости для нас говорят плохие... Российская таможня будет теперь требовать чуть ли не чеки или накладные на купленный за рубежом товар. Общая сумма потраченных денег должна соответствовать сумме указанной в декларации.