Олд мани
Шрифт:
– Как? Так просто? – недоверчиво спросила я.
– Ну, там была довольно крупные ставки. Много алкоголя. Еще его уверенность, что типичный мажор не умеет играть в покер, – Марк усмехнулся. – Как ты понимаешь, он просчитался. Старику не повезло, что типичный мажор возглавлял свой покерный клуб в Оксфорде.
– И он так легко отдал свое казино? – не поверила я.
– Игромания – дело такое… Чрезмерный азарт лишает тормозов, – довольно серьезно сказал Марк. – У него закончились наличные, и он не смог остановиться. Захотел отыграться. Поставил на кон свое заведение, а на пьяную голову еще и подписал договор, составленный от руки.
– И ты выиграл, – догадалась я.
– Собрал стрит флеш, – похвастался Марк. – Ты бы видела его лицо! Он был уверен, что я блефую.
– И что было потом?
– Он пытался отказаться от сделки, попробовал натравить на меня охрану, – Марк пожал плечами, – но у меня были серьезные свидетели. Ему пригрозили, что сотрут остатки его репутации. В итоге он сдался.
– Удивительно, – покачала головой я.
– Есть немного, – усмехнулся Марк. – Сначала я хотел продать это казино, все равно оно было небольшим и старым, но в итоге решил попробовать. Вложил деньги в ремонт, заменил персонал, обновил оборудование. Не люблю хвастаться, но сейчас место популярно.
– И ты продолжаешь вести разгульный образ жизни? – поинтересовалась я.
– Ты что, мне уже 27, – попытался отшутиться Марк.
– И что? Как будто это помеха…
– Да нет, конечно, – ответил Марк, задумчиво глядя в сторону горизонта. – Но это выматывает. Лица меняются, а развлечения те же. В какой-то момент понимаешь, что за всем этим блеском пустота.
– И как ты избавляешься от пустоты? Встречаешься с кем-нибудь? – поинтересовалась я.
– Веснушка, а ты с какой целью интересуешься? – улыбнулся Марк, легко подталкивая меня локтем в бок.
– Ой, все. Не хочешь, не говори, – фыркнула я.
– В данный момент ни с кем не встречаюсь. Разве что делю комнату с одной красоткой. Это считается? – подколол меня Марк.
– Естественно, нет! – воскликнула я. – Тем более, мы не в одной комнате.
– Дверь в смежных комнатах – не сильно большая помеха, если ты понимаешь, о чем я, – подмигнул Марк, вставая с камня. – Ноги высохли?
– Да, идем, – сказала я, надевая кроссовки.
Мы неспешно вернулись к узкой лестнице. Пока поднимались наверх, я пятой точкой чувствовала на себе взгляд Рошфора, но списывала все на то, что он просто идет сзади.
– А мне ждать ответной откровенности? – спросил Марк, когда мы поднялись и пошли вдоль теннисного корта, окруженного широкими кустами белой гортензии.
– Ты про мой творческий путь?
– Ну да, – подтвердил Марк.
– Не могу сказать, что моя история такая же фееричная, как у тебя. Я училась на журфаке, а на деле оказалась слишком стеснительной, чтобы работать тележурналистом, – призналась я.
– Ага, а писать постельные сцены, не слишком, – подкол Марк. – В тихом омуте…
– Это другое! – закричала я. – Мне не приходится бегать с микрофоном за людьми. Когда я пишу, есть только я и ноутбук.
– И читатель, – подсказал Марк.
– И читатель, – эхом повторила я. – Но это уже потом.
– Так что было после телевидения? – напомнил Марк.
– Немного посидела в редакции, – продолжила рассказ я, – но писать короткие тексты на заданные темы для меня оказалось слишком мало и скучно. Я уволилась. Переживала, что так и не найду свое место. Страхи на тему своей профнепригодности пыталась заглушить чтением книг. Читала все подряд: классику, детективы, фэнтези, любовные романы. Когда перечитала все самые сливки из современной литературы, поняла, что хочу написать что-то свое. Так и пошло…
– Все с вами ясно, – кивнул Марк. – Красивый творческий путь, Тео Лайтхарт.
Я замерла, чувствуя, как сердце гулко рухнуло вниз и посмотрела на довольного Марка.
– Что ты сказал? – не веря своим ушам, переспросила я.
Марк тоже остановился и повернулся ко мне.
– Тео Лайтхарт, – смакуя каждое слово, повторил он. – Красивый псевдоним. Тебе идет.
– К-а-а-а-к?! – только и смогла выдавить я.
– Что как? Как я тебя вычислил? – уточнил Марк, явно наслаждаясь моей реакцией.
Я молча кивнула, пытаясь справиться с шоком.
– Это было не сложно, веснушка, – беззаботно ответил он, смахивая едва заметную пушинку с моего топа.
По коже прокатилась волна мурашек, но сейчас мне было не до них.
– У тебя редкое имя, – продолжил Марк. – Я подумал, что вряд ли ты откажешься от него. Но с таким именем нашел только довольно взрослую женщину с розовыми волосами. Просмотрел ее репертуар, а там драконы, попаданцы, магические академии. Решил, что это не ты.
– И? – поторопила я, все еще надеясь, что он блефует.
– Тогда я попробовал искать созвучные варианты. Решил поиграть с именем. Тео Лайтхарт попалась почти сразу.
– Классно, только это еще ничего не доказывает, – попыталась отмахнуться я.
– Ты не сильно светишь своим личиком, это правда, – кивнул Марк. – Но аватарка у Тео Лайтхарт довольно говорящая – на белом фоне темный силуэт с этими кудрями-макаронинами. Очень похоже на твои волосы.
– Макаронинами? – возмутилась я, машинально поправляя прядь у лица.
– Завитушками, если тебе так больше нравится, – усмехнулся он. – А потом я полез в отмеченные фото и нашел снимки со встреч с читателями. Узнать тебя было несложно.
– В общем, если казино надоест, можешь стать детективом? – попыталась отшутиться я.
– Просто мне было очень интересно узнать, что ты пишешь, – рассмеялся Марк. – И, должен сказать, я не разочаровался.
– Ты уже начал читать? – с ужасом спросила я.
– Конечно, – подмигнул Марк. – «Контракт». Очень познавательно, надо сказать…
Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. «Контракт» был одним из самых откровенных романов, с множеством эротических сцен. По какому закону подлости из 10 моих книг Марк выбрал именно его?