Околозима
Шрифт:
Да мне в общем-то все равно, главное — результат.
— Набери Людмиле! — Обратился я к секретарю, поймав головой отличную идею.
Нанако послушно достала мобильник, набрала, и протянула трубку мне.
— Люда, здравствуйте, это Иоши!
— Доброе утро, Йоша! — Жизнерадостно поприветствовала она и выкатила мини-отчет по отправленным Антону ништякам: — Там в «Хонде» чего только не было — вплоть до скатертей и постельного белья, представляешь?
Я представлял.
— Так я пару контейнеров набрала другу твоему, и еще три штуки — знакомым моим и Федора!
Контейнеров? А он какого размера? Не вот этот же с сухогруза?
— Вот как? Вы отлично справились, спасибо! — Похвалил я женщину. Ну не ругать же — я лимита не устанавливал, перевозку оплачивает рекламный отдел «Хонды», поэтому пускай Антон становится королем района, имея доступ к такому обилию ништяков.
— Ерунда, мне в радость помочь! Все равно дома сидеть скучно! — Нарвалась Людмила.
— А как у вас здоровье? — Поинтересовался я.
— Лучше не бывает! Не переживай, Йоша, у меня еще не настолько большой срок, чтобы целыми днями валяться! Хотя Онадэра и просит, чтобы я себя берегла! — Хихикнула она.
Сэки-сан такой заботливый.
— Ну, если вам не в тягость, можно попросить вас немного покурировать группу советских актеров? Да, у нас есть нанятый переводчик, но лучше, чтобы рядом с людьми был соотечественник.
— Советские актеры? — Удивилась Люда.
— Быстрицкая!
— Ой!
— Гоголева!
— Ах!
— Юрий Мефодьевич Соломин!
Этот — так и вовсе успел сняться у целого Акиры Куросавы!
— Ууу! Все, Йоша, говори адрес, я немедленно начинаю собираться!
— Это дней на десять, — Предупредил честный я, — Придется ехать в другой город.
— Ничего, я оставлю мужу записку!
Что ж, проверка пройдена — советский хроноинтеллигент от этих имен в восторге. Я-то театрами никогда особо не интересовался, да и родился гораздо позже, чем нужно, так что немного «фокус-группы» не повредит. С проката по СССР я, само собой, не получу ни копейки, но дело ведь совсем не в этом.
— Тогда записывайте…
Я продиктовал адрес места для кастинга и вернул трубку Нанако:
— Спасибо!
Далее ввел аборигенов в курс дела (с Людой-то на русском общались).
— Стоило сначала позвонить Онадэре-доно! — Заметил Рику-сан.
— А она что, его имущество? — Фыркнул я, — Даже колечка на пальце пока нету, так что дофига чести! У нас вообще-то равноправие, Рику-сан!
Управляющий вздохнул и мудро не стал продолжать этот бессмысленный разговор.
Добрались до арендованного для этой цели модельного агентства — целый этаж в трехэтажной «панельке». Проигнорировав название на вывеске, прошли внутрь через служебный вход, чтобы не столкнуться с кандидатами. Поздоровались с местным менеджером — он показал, где тут кофе с печеньками и свалил. Далее Рику-сан выглянул за дверь, и вернулся в компании приятной внешности японца лет двадцати пяти, ростом сантиметров на пять выше меня.
— Юдзи Итадори, наш переводчик! — Представил его Рику-сан.
— Приятно познакомиться, товарищ Юдзи, меня Одзавой Иоши зовут! — Представился я по-русски, решив проверить навыки молодого человека.
— Здравствуйте, товарищ Одзава? — «Товарищ» вышел совсем не убедительным, но звучало хорошо и правильно.
— А этим языком владеете? — Перешел я на инглиш.
— В меру своих сил я ежедневно стараюсь улучшать свои навыки! — Справился он и с этим тестом.
Рику-сан еще раз сгонял в коридор, и вернулся оттуда с русским русым мужиком лет сорока, с чисто выбритым непроницаемым лицом, что называется, без особых примет.
— А вы из КГБ? — Не мог не поинтересоваться любознательный мальчик.
Мужик фыркнул и ответил:
— Из МИДа. Но для вас, капиталистов, удобнее считать нас КГБшниками!
— Это вы по методичке отвечаете?
— Конечно! «Общение с японскими школьниками для оперативников КГБ»!
Понятно, стебется.
— Одзава Иоши! — Представился я с легким поклоном.
— Николай Степанович Ермольников, — Представился мужик с ответным легким поклоном.
— Очень приятно! Вы с нами поедете?
— Незачем, — Развел он руками, — Моя задача — проследить, чтобы все остались довольны, поэтому, с вашего позволения, поприсутствую на кастинге, прослежу за погрузкой в транспорт и откланяюсь!
— Мы всегда рады нашим советским партнерам! — Решил я за всю Японию.
Так, теперь…
Подойдя к двери, вышел в приемную — актеры сидели на диванчиках, гоняя чаи с печеньками.
— Здравствуйте, товарищи! — Обратился я к ним.
— Здравствуй, мальчик! — Хором ответили они.
— Меня зовут Одзава Иоши, — Поклонился я. Актеры начали вставать, — Сидите-сидите! — Стало мне совестно напрягать по большей части пожилых людей, — Поклоны обязательны только для японцев! — Улыбнулся, получив в ответ добродушное хмыканье, — Прежде всего — позвольте поблагодарить вас за согласие поучаствовать в нашем проекте!
— Не сочти за грубость, — Вмешался Юрий Иванович Каюров — он у нас один из участников спиритического сеанса, поэтому одет в костюм британского образца 70-х годов. Я бы взял его на роль садовника, но он в своем театре играл Ленина, поэтому показалось кощунственным так делать, — Но твое имя нам не знакомо. Нам сказали, что за фильм отвечает господин Кониси Рику.
Бракоделы!
— За фильм отвечаю я! — Заглянув в основное помещение, помахал Рику-сану и МИДоКГБшнику.
Они вышли в приемную.
— Николай Степанович, а что вы рассказали уважаемым актерам? — Спросил я.
— Что представитель корпорации «Хонда» заключил с Малым театром договор на съемки фильма, — Пожав плечами, ответил он.
— Понятно! — Кивнул я, — В целом все правильно.
Неловкая сцена получилась!
— В общем, режиссер и автор сценария здесь я! — Нескромно представился подробнее, — Сценарий же вы читали?