Чтение онлайн

– Итак, теперь ты понимаешь, что многого от Мунгана ты не получишь, – объявила Уна, встав рядом с Мойрой и упершись кулаками в пышные бока.

– Мне ничего не надо от твоего Мунгана Колла, – ответила Мойра резко, не скрывая недовольства. – По правде сказать, мне совершенно неинтересно слушать, что ты получаешь от него. Чем вы там занимаетесь в постели, меня абсолютно не касается.

– Тогда тебе следует прекратить эту игру. Просто скажи ему, что он тебе не нужен.

– Тебе следовало бы знать этого мужчину получше, чтобы понять, что это не подействует.

– Тогда отдай мне эту крепость, – потребовала Уна.

– Нет. Она моя. Твой отец слишком долго скрывал ее от меня. Теперь я не собираюсь позволить тебе и твоему любовнику отнять ее у меня. Крепость с башней – для меня шанс сбежать от кулаков твоего отца, а кому, как не тебе, знать, насколько они тяжелы.

– Тогда сбеги от него, выйдя за Тэвига Макалпина. Ты нужна ему. Я не понимаю, почему ты ему осе время отказываешь.

– У меня есть на то свои причины, пойми, очень веские причины. Они тебя совершенно не касаются.

– Учти, я намереваюсь драться за моего мужчину, – объявила Уна, покидая комнату.

– Вот как, – пробормотала Мойра, вздрогнув от грохота, с которым Уна захлопнула за собой дверь. – Меня, кажется, собираются наказывать, хотя я не верю, что согрешила настолько, чтобы заслужить это.

Она вздохнула, перехватывая сзади волосы широкой синей лентой. При мысли о том, что Уна могла бы и дальше изводить ее все новыми подробностями их близости с Мунганом, Мойру бросило в дрожь. Ужасно, если это новая тактика сестры, которая поняла, что не сможет препятствовать ухаживаниям Мунгана за ней. Терпеть его настойчивость было совсем не просто. Но если придется страдать и от назойливости взбешенной Уны, ее жизнь, несомненно, превратится в ад.

Встав и оправив юбку, Мойра решила, что больше терпеть нет сил. Она больше не в состоянии переносить нелепые ухаживания Мунгана, борьбу Уны за своего мужчину и споры Тэвига и Мунгана из-за нее, напоминавшие ссоры двух избалованных детей из-за игрушки. Пока она не станет совершенно недосягаемой для Мунгана и не заставит его почувствовать, что крепость с башней больше никогда не представит для него угрозы, раздоры будут длиться и длиться до бесконечности. Придется согласиться на то решение, которое предложил Тэвиг.

Печально выходить замуж за Тэвига при таких обстоятельствах. Мойра с удовольствием приняла бы его предложение и раньше, зная, что в браке они будут в безопасности и, может быть, даже счастливы. Но как удостовериться в том, что Тэвиг по-настоящему любит ее? А если все же брак навлечет на него беды и опасности, чего она так опасалась, то не возненавидит ли ее Тэвиг?

«Ты слишком много хочешь», – упрекнула себя Мойра, выходя из комнаты и направляясь на поиски Тэвига.

Она хотела потребовать четкого объяснения, зачем понадобилось хитростью обручаться с ней. И еще надо получить согласие на то, что брак их не обязан быть вечным, и если она решит уйти, то Тэвиг отпустит ее. Сейчас же ситуация с Мунганом и Уной вынуждала их пожениться – Мойра не считала такой поступок неправильным. Но ей надо было знать, что она сможет уйти до того, как они с Тэвигом ощутят серьезную угрозу и он может быть ранен или даже убит.

Тэвиг оказался рядом с Мунганом. Обнажившись по пояс, мужчины сражались, окруженные воинами Мунгана. Поначалу Мойра испугалась, что спор из-за нее перешел в нешуточное сражение. Она прокладывала себе локтями дорогу, вздрагивая и подпрыгивая при каждом ударе мечей. Беглого взгляда на сражающихся кузенов хватило, чтобы понять: это не настоящее сражение. Конечно, у Мунгана и Тэвига останется множество синяков и царапин, но ни один из сражающихся не ранил противника намеренно. Они лишь поддразнивали друг друга, демонстрируя удаль перед воинами.

Вскоре Тэвиг был провозглашен победителем – его грация и ловкость превзошли мастерство и впечатляющую ту Мунгана. Зрители разошлись, когда братья встали у бадьи с водой и принялись смывать пыль и пот, восхищать синяками друг друга. Дивясь странному поведению мужчин, Мойра подошла к Тэвигу, но не ответила на его пытку улыбнуться. Она сначала думала подождать, когда Тэвиг останется один, но потом решила, что в данный момент Мунган настолько участвует в их жизни, что секретничать нет нужды.

– А, ты еще сердишься на меня, – пробормотал Тэвиг, заметив, что она не улыбнулась в ответ.

– Да. Но я успокоилась настолько, чтобы принять объяснение твоего коварства. – Она скрестила руки на груди и замолчала.

– Выражение твоего лица, – он все еще пытался выдерживать шутливый тон, – не сулит прощения.

– В данный момент я не слишком расположена прощать. Но надеялась, что твои объяснения смягчат ситуацию.

Тэвиг прокашлялся.

– Я хотел быть уверен, что ты поедешь со мной в Драмдерг. И это главное. Ты все время говоришь о страхах и суевериях, которые мы можем пробудить в людях. Ты не верила мне, когда я говорил, что в Драмдерге все иначе. Ты даже не попыталась понять, что я прав. Но, предложив назваться мужем и женой ради спокойного пребывания в деревушках, я понял, что это будет равнозначно обручению.

– За исключением того, что я не подозревала, что тем самым даю тебе слово.

– Ты права. Я просто хотел удостовериться, что ты по крайней мере проверишь, правду ли я рассказывал о нравах людей в Драмдерге. Не пожелай ты отправиться со мной туда, я смог бы принудить тебя к этому, воспользовавшись тем обстоятельством, что мы обручены.

– Да, это был хороший план, – одобрил Мунган, похлопав Тэвига по спине.

– Очень хороший, – согласилась Мойра, с раздражением взглянув на Тэвига. – Очень умно и очень хитро. В этом семействе действовать хитростью может явно не только Мунган.

– Кузен, ты говорил Мойре, что я хитрый? – поинтересовался Мунган, хмуро взглянув на Тэвига.

– Мунган, ты можешь быть таким, и это всем известно. А теперь не мог бы ты помолчать? Тебя это не слишком касается. Я пытаюсь объясниться с Мойрой, а твое вмешательство только мешает мне.

– Не уверена, что ты сможешь найти такие слова, которые представят твой обман чем-то иным, – заметила Мойра, снова привлекая к себе все внимание Тэвига. – И все же, хотя я и не принимаю всех твоих доводов и не считаю объяснение безупречным, сказанного достаточно.