Одержимый
Шрифт:
– Понимаю… – вздохнул я, заканчивая набивать патронташ экспансивными пополам с синь-камнем. Простые я вообще не видел смысла брать. Револьвер пойдет в ход только там, где не справлюсь собственными силами. А в этом случае речь будет идти явно не о тех, кого можно взять обычной пулей.
Примерил портупею, подгоняя ремни так, чтобы кобура приняла удобное положение, и продолжил:
– Но в случае с волками никакой закавыки нет. Я просто не собираюсь оставлять свидетелей… Ну, что ты так смотришь? Или с ними всё-таки можно договориться по-хорошему?
Демьян, подумав, молча покачал головой. И это выглядело, как окончательный приговор.
– Ты одно мне обещай, Богдан… – глухим негромким голосом произнёс он, не сводя с меня взгляд. – Если снова встретишь Грача… Не убивай.
– Почему?
Он скрипнул зубами так, что даже я расслышал.
– Он поднял руку на Раду. Оставь его мне. Порадуй старика.
Я кивнул.
– Хватит и того, что мне придётся торчать здесь, отправляя тебя одного. Но этот дом сейчас – наша крепость. Незамеченными сюда точно никто не проберётся. А к вечеру я ещё ловушек добавлю.
– Смотри не переборщи, – усмехнулся я. – А не то меня самого словишь. Или Путилина.
– А вы не шастайте, где попало!
– Ладно. Давай лучше, выкладывай, где искать твоих бывших собратьев по Стае. Надо ведь ещё подумать, как к ним подобраться. А я и города-то толком не знаю.
Демьян будто только и ждал этого вопроса. Подойдя к стене, он потянул за толстый витой шнур с облупившейся позолотой, и на стену опустилась огромная, метра три по диагонали, карта Томска.
– А я сейчас тебе всё подробно объясню. Карта старая, но ещё вполне сгодится.
– Ух ты ж… А неплохо тут всё оборудовано! – одобрительно покивал я. – Ну, и кого мне стоит навестить первым? Прямо сегодня.
Демьян ненадолго задумался, разглядывая план города. На губах его вдруг заиграла недобрая усмешка.
– Начнём с Барсука. С ним ты легко должен справиться. Главное, через охранников его пройти.
– Тоже вампиры?
– Да. Довольно крепкие, но… ничего особенного. А сам Барсук свой Дар Зверя скрывает так, что волчий дух в нём едва заметен. Но зато из него можно будет многое вытрясти. Без его ведома в этом городе мало что происходит. Вот только убивать его, пожалуй, преждевременно. Хотя… Половина Томска тебе только благодарна будет…
– Не томи, Демьян! Имя!
Он улыбнулся шире, так что из-под верхней губы показались кончики клыков.
– А вот тут ты будешь удивлён. Возможно, тебе уже доводилось его слышать…
Глава 4
Я действительно удивился. Но не сильно. Наоборот, по мере дальнейшего разговора память начала подкидывать новые детали, которые идеально дополняли картину.
Итак, речь шла о томском обер-полицмейстере, Филиппе Александровиче Барсеневе. В Стае он больше известен под прозвищем Барсук. Как вампиру удалось пробраться на государственную службу, да ещё и сделать такую карьеру – вопрос, конечно, интересный. По словам Демьяна, дело не только в хитрости и осторожности, но и в особенностях Дара.
У Барсука мало общего с другими Детьми Зверя. Он не брутален, когтисто-клыкастой боевой формой, да и вообще физическими кондициями, похвастаться не может. И даже как кровосос действует очень мягко, вытягивая силу из жертв так, что они чаще всего этого не замечают. Да и доноров выбирает среди тех, кто заведомо не сможет даже пожаловаться. Мало того, Дар его выстраивает между ним и донорами незримую связь. Жертвы становятся зависимы от него и сами неосознанно желают очередной встречи и очередного энергетического кровопускания.
– Что-то похожее между вампиром и человеком происходит в процессе обращения. Но Барсук не доводит дело до конца, не передаёт Дар. А просто держит этих бедолаг на коротком поводке.
– Вы с ним знакомы лично?
Демьян брезгливо скривился.
– Не виделись уже несколько лет. Но, конечно, он знал о том, что я в Томске. Как говорится, должность обязывает.
– Знал, но не докладывал вожакам?
– Мы с ним… договорились.
– Ты его не трогаешь, он тебя не трогает? И что, так можно было? Я думал, в Стае куда более жёсткие порядки…
– Это с какой стороны посмотреть. Я давно отошёл от дел, и сейчас Стая, наверное, сильно изменилась. Но задумывалась она как братство равных. А наш Кодекс гласит, что волки не должны вредить друг другу. А значит – надо разграничивать свои охотничьи угодья. Не убивать смертных почём зря. Не обращать кого попало. Заметать за собой следы…
– Тогда это не стая, а сборище волков-одиночек каких-то.
– Ну… В моё время так и было.
– А вожаки? Кто вообще правит Стаей?
– Вожаки – не правители в человеческом понимании. К ним, конечно, прислушиваются, потому что они сильны и влиятельны. Но их власть в Стае очень ограничена. Даже у Сумарокова.
– И для чего они тогда вообще нужны?
– Чтобы принимать решения, которые касаются всех. И, когда нужно, собирать волков вместе. Например, чтобы наказать тех, кто слишком зарвался.
– И наказание… смерть?
Велесов невесело усмехнулся.
– Да, с отступниками у нас обычно разговор короток. Либо смерть, либо бегство. Я в своё время выбрал второе.
– Но при этом всё же вернулся в город. И жил бок о бок со Стаей… Вот это у меня что-то в голове не укладывается. Всё-таки как тебе удалось договориться с Барсуком? И почему он всё-таки не выдал тебя?
Демьян недовольно поморщился – похоже, эта тема почему-то была ему неприятна. Но я был настойчив, и он всё же объяснил.
– У Барсука передо мной был давний должок. Он и жив-то до сих пор только потому, что я не придавил его ещё щенком, лет тридцать назад. Хотя было за что. Но теперь он вырос, заматерел и стал смотрящим Стаи в Томске. Мне достаточно было заручиться его словом, чтобы жить здесь более-менее спокойно. Главное, что он поклялся не сообщать обо мне на самый верх, Сумарокову. Но… теперь этот уговор не имеет смысла.