Обреченные
Шрифт:
– Прекрасная смерть, alma de mi vida. [6]
Руки его нащупали хорошо знакомую теплоту, он стал ласкать ее тело. Скоро дыхание ее стало прерывистым, и они слились воедино. В хижине слышались лишь скрип соломенного тюфяка да их учащенное дыхание.
А после она обняла мужа, положила его голову к себе на грудь, услышала его размеренное дыхание и стала сама погружаться в сон. Она обнимала Мануэля и улыбалась, засыпая. Он хороший муж, нежный любовник. Он никогда ей не надоест. Конечно Мануэль звезд с неба не хватает. Но такой муж – настоящее сокровище потому что, когда он дома, дом наполняется теплом, теплом и весельем, которые уходят вместе с ним. А такие дары бесценны.
6
Душа моя (исп.)
Розалита подумала о пароме, о премии, потом о туристах Наверное, их места вызывают у них одну досаду. Городишко на реке. Здесь протекает ее жизнь, жизнь Мануэля и жизнь их детей. Они всегда жили здесь, а большие машины со свистом проносились мимо, неся в себе светлокожих людей. Откуда они едут и куда? Бог весть. Им не вредно немного отдышаться подождать у реки. По крайней мере, наберут в легкие воздуха посреди вечной гонки.
Во сне Мануэль навалился на нее; у Розалиты затекла рука Она осторожно опустила голову мужа на подушку, нежно приговаривая словно одному из детей, укрывая его от ночной прохлады.
У нее есть любимый и крыша над головой, а теперь даже завелось несколько лишних песо. Этого должно быть достаточно. Достаточно для богов.
От счастья у нее на мгновение сжалось горло. Она вздрогнула – в ней заговорили суеверия. Нельзя, невозможно быть такой счастливой! Это к беде. Машина соскользнет с парома и задавит Мануэля. Или умрет ребенок. Или кто-то из них тяжело заболеет.
Но мысль о возможных несчастьях почему-то не уменьшила ее радости. Она только слегка подсолила ее, сделала более пряной Жизнь так быстротечна! Розалита с удовольствием прожила бы еще пятьсот лет точно такой же жизни, как сейчас.