Чтение онлайн

банковских счетах и приносила ему неплохие проценты. В сущности

заработанных в девяностые годы денег ему с лихвой хватило бы на всю

оставшуюся жизнь, можно было оставить адвокатскую практику и жить в

свое удовольствие если не на Канарах или во Флориде, так по крайней мере

где-нибудь на Кипре, однако Максим Вадимович отличался одним завидным

постоянным качеством: он любил свою работу. Впрочем, следует уточнить:

любил он скорее не самое работу, не адвокатскую повседневность как

таковую, а ее результат, материально выражавшийся в толстеньких пачках

262

приятно похрустывающих купюр гонорара. У него было практически все –

две квартиры, два автомобиля, загородная дача, небольшой домик на том

самом Кипре, однако такова уж природа человеческая: денег, как правило, никогда не бывает много.

Разбуженный минувшей ночью телефонным звонком неизвестной женщины,

Максим Вадимович поначалу посетовал, что не отключил телефон, но потом, после того, как просительница изложила ему суть обращения, -

профессиональным чутьем уловил, что даже за ведение этого пустякового

дела, вряд ли требующего проведения каких-либо досудебных мероприятий и

уж тем более напряженных интеллектуальных усилий, - за этот крик

отчаявшейся, готовой на многое, если не на все незнакомки можно запросить

изрядную сумму. А в том, что просительница готова на многое, если не на

все, Максим Вадимович ничуть не сомневался и, слушая взволнованный

голос собеседницы, ломал голову только над одним вопросом – какую бы

цену назначить, чтобы при этом и клиента не отпугнуть, и самому не

продешевить. В конце концов, выслушав ее рассказ и задав два-три ничего на

значащих вопроса (для того, чтобы время потянуть и как можно вернее

оценить ее материальные возможности), он вынес свое резюме: да, дело

непростое и наверняка потребует проведения специальных мероприятий,

времени, затрат…

– Но в принципе возможно? – прервала его Зина.

– Возможно – что? – парировал он.

– Можно ли спасти его от срока?

– Вы знаете, - важно, тщательно произнося каждое слово, ответил Максим

Вадимович, - плох тот адвокат (как профессионал, разумеется), который

сомневается в благополучном исходе дела.

263

– Ну, раз так, значит, вы возьметесь за это? – настаивала она.

– Полагаю, что смогу вам помочь. Только повторяю, что защита наверняка

потребует…

– Это я уже слышала, - оборвала его собеседница. – Говорите, сколько?

Максим Вадимович облегченно вздохнул про себя. Клюнула! Он давно

разработал своеобразную шкалу материального достатка потенциальных

клиентов и перед тем, как браться за дело, оценивал каждого по этой схеме.

Оценивал сразу же, в первом же разговоре и по интонации обратившегося, по

его манере говорить, по реакции на замечания адвоката – одним словом, по

тем невербальным признакам, которые зачастую говорят больше, чем слова, выносил, как правило, безошибочную оценку как самому клиенту, так и его

карману. Помогать тем, чей доход барахтался где-нибудь на четвертом балле и

ниже, он отказывался, ссылаясь на срочную занятость, которая не позволит

ему сейчас заняться этим делом, извинялся и советовал обратиться к другому

адвокату.

В случае же с Зиной Максим Вадимович установил, что ее материальные

возможности находятся чуть выше седьмого балла, а потому, когда она

попросила его назвать конкретную сумму, ни секунды не сомневался, что

ответить. Величина гонорара была также тщательно рассчитана им и уложена

в соответствующие графы его шкалы.

«Значит, выше семи, - еще раз повторил он у в уме, - значит…» - а в трубку

ответил:

– Ведение этого дела будет стоить вам… - и назвал сумму, равную десяти его

месячным окладам в адвокатской конторе.

– Вы гарантируете успех? – нисколько не растерявшись, спросила Зина.

264

– А вот тут вы немного заблуждаетесь, слегка некомпетентны, я бы сказал, -

как можно мягче возразил Максим Вадимович: он понимал, что, если клиента

насторожит величина гонорара, всегда можно понизить сумму, все равно она

будет достаточно высокой. – Поймите, что ручаться за все перипетии

следствия я, естественно, не могу. Сумма гонорара предполагает оплату

моего труда в процессе следствия и при защите подсудимого в суде…

– Значит, суд неизбежен? – подстерегла его Зина на оговорке.

– Я выразился фигурально, так сказать, в силу буквы закона, - поспешив

сгладить напряженность, Максим Вадимович заговорил несколько быстрее

обычного. – В вашем случае, думаю, смогу помочь подследственному на

самом раннем этапе следствия. И одна оговорка: внесенная сумма не

предполагает ее возвращения ни в каком случае. Вам понятно?

Повисло недолгое молчание.

«Неужели перегнул?» - испугался Максим Вадимович.

– Хороша, я согласна, - после недолгого молчания подарила собеседница. –

Скажите, завтра в восемь утра вы сможете быть в отделении милиции, где

содержится задержанный? Там же я и деньги вам передам.

– Меня это вполне устраивает, - ответил Максим Вадимович. – Говорите