Чтение онлайн

203

только одно – в выпивке. И он наспех одевался, выбегал к пивному киоску, и

все повторялось по заведенному.

В это утро ему, однако, не выпало даже и трех положенных часов. Минут

пять он боролся с каким-то грохотом, вклинивающимся в его

пробуждающееся сознание, пытался одолеть помеху и снова уснуть,

натягивал на ухо плед и сквозь сон неловко бормотал пересохшими губами.

Одолеть шум не получилось, и громко выругавшись, Добряков скинул с себя

плед, сел на полу и прислушался.

Колотили во входную дверь квартиры. Стучали, видимо, кулаком и так

сильно, что гудел пол на кухне.

«Это не она», - зачем-то мелькнула мысль. Добряков вскочил и, запинаясь

после сна, проковылял в прихожую. Как раз в это время раздалась очередная

серия ударов, и он раздраженно выматерился в полный голос:

– Мать твою! Хорош долбить-то! Щас открою.

Он повернул вертушку дверного замка, потянул на себя дверь, готовясь

высказать нежданному гостю по полной, но от неожиданности замер с

раскрытым ртом. На пороге стоял Рюмин и широко улыбался гнилозубым

ртом. За его спиной жалась незнакомая Добрякову еще молодая бабенка –

низенькая, невзрачная, тощая, какая-то прозрачно-бестелесная, словно

скрученная из папиросной бумаги. И как папиросная бумага, бабенка гнулась, похрустывала сухими ручонками, казалось, что вот-вот переломится

напополам.

– Чо долбишь-то?! – набросился Добряков на соседа. – Звонка, что ли, нет?

– Да мы уж не надеялись тебя звонком-то поднять, - Рюмин на этот раз не

испугался, продолжая ухмыляться, подмигивая и лукаво кивая на бабенку. –

Вот, в гости к тебе пришла.

204

– Здрасьте, - неловко промямлила та, выглянув из-за плеча Рюмина, и снова

юркнула за его спину.

– В гости просто так не ходят, - уже спокойнее буркнул Добряков.

– Так это поправимо, поправимо, - услужливо закивал головой сосед. – У нее

вот с собой и бутылочка есть!

– Есть, - снова показалась бабенка и потянула что-то из обремкавшейся

сумочки, а потом быстро спрятала обратно. Добряков успел заметить

горлышко прозрачной бутылки и сообразил: «Водка! Уже лучше!»

– Ну, проходите, - он распахнул дверь и отступил на шаг назад.

– Да нет, Егорыч, нет, - отнекивался Рюмин. – Ты уж меня извиняй, я уж не

буду проходить. Это вот она выразила желание с тобой познакомиться… А у

меня… ну, дела, одним словом. Приятного знакомства! – и еще раз лукаво

усмехнулся, подмигнув Добрякову.

– Смотри, как хочешь, - пожал плечами Добряков, пропустил гостью и уже

готов был закрыть дверь, как увидел, что Рюмин молча кивает ему, приглашая

выйти в коридор.

– Подожди, - бросил Добряков бабенке, вышел в холл и слегка притворил

дверь.

– Пару слов наедине, чтоб ты знал, - шептал Рюмин, отводя Добрякова за руку

подальше и бросая осторожные взгляды на дверь. – Она приезжая, живет тут

у каких-то родственников. Разведена. Мы с ней выпили по бутылке пива у

Сашкиного киоска, я ей про тебя рассказал…

– Чего ты рассказал? – насторожился Добряков.

– Да все самое хорошее, не боись, - заискивающе замахал руками Рюмин. –

Сказал, что ты афганский герой, что орден имеешь, что холостой, между

прочим, - он прищурился и осмелился слегка похлопать соседа по плечу. –

205

Она сразу в интерес! Хочу, говорит, с героем познакомиться!.. Так что,

говорю, приятного знакомства! А я побежал. У меня дела, - и, выйдя на

лифтовую площадку, захлопнул за собой дверь холла.

Добряков вернулся к себе и увидел, что гостья уже скинула свою курточку, повесила ее на вешалку, а теперь стоит перед небольшим настенным

зеркалом и расчесывает волосы.

«Как она, однако, сразу», - подумал Добряков, а вслух сказал:

– Ну, проходи на кухню. Извини, в комнате не принимаю, там даже стола нет.

– Ничего, сойдет, я не привередливая, - отмахнулась она и, вытащив из

сумочки бутылку «Столичной», прошла следом за хозяином.

– Наливай пока, - Добряков поставил на стол две стопки. – Я соображу чего-

нибудь закусить.

– Ага, - кивнула она, улыбнувшись, и ее крохотный птичий носик совсем

пропал в ложбинках между щек.

Он открыл холодильник, окинул взглядом скудные припасы, извлек из

морозильной камеры четыре завалявшихся и уже почерневших сосиски,

поставил на плиту воду в маленькой кастрюльке. Помыл два помидора,

обрезав загнившие бока, покрошил в глубокую пластиковую тарелку.

– Масла нет, - пожал плечами, – так что будем так.

– Ничего, ничего, - снова усмехнулась она. – Я же сказала, мы неприхотливые.

– Пока варится, давай за знакомство, - предложил он, поднимая стопку и глядя

ей в глаза.

– Давай, - она поморщилась, поднесла стопку ко рту и выпила медленно,

мелкими глотками.

206

– Фу, - передернулся Добряков. – Как же так можно водку пить. Мурашки по

коже, когда вижу, что так водку пьют.

– А… как… надо? – она открыла рот и замахала перед ним руками.