Нокаут
Шрифт:
Никого.
Ни души…
Сережа ушёл.
Оставив ромашки на полу.
Глава 3
Леша уже через час знал, кто такой Сергей Баранов. Пара тройка звонков, да и информации в сети было достаточно.
Н-да уж…
И про Полину он узнал больше, чем девочка рассказала.
Хреново.
Алексей, откинувшись на спинку кресла-качалки, смотрел на увеличенное фото влюбленной пары – коротко стриженный парень двадцати трех лет и на два года младше него девушка с высоким рыжевато-пшеничным «конским хвостом». Смотрит на него влюбленными глазами, прижимаясь всем телом. Росточка меленького, но тут Шалый мог убедиться воочию. И этот… амбал. Впрочем, он и сам ростом был не меньше.
Шалый ещё некоторое время посмотрел на фото, потом сделал ещё несколько звонков.
– Баранов у нас как-нибудь проходит?
– На него есть предложение.
– Я тебя понял.
Ну, Беркут!
Точно отпуск придется отменять.
Шалому стала известна история Полины и Баранова. Но… Имея свой жизненный опыт за плечами, работу в органах, потом в структуре Беркута, Шалый знал – не всегда всё обстоит так, как всем кажется.
Ему хотелось услышать историю Полины из её уст.
Если она, конечно, захочет рассказать.
Выехал он к ней пораньше.
Паркуя внедорожник на свободное парковочное место, обратил внимание на черную «беху», стоящую неподалеку. С тонированными стеклами. Утром её не было. Дом, в котором проживала Полина, относился к старым застройкам, квартиры, даже трешки, тут были малогабаритными. Те, у кого имелись деньги, предпочитали съехать и обзавестись жильем побольше. Лично Леша так и сделал бы. Поэтому, наверное, и обратил внимание на черный автомобиль. А, может, профессиональное чутьё сработало.
Алексей поднимался по лестнице. Преодолел третий пролет, когда увидел, что ему навстречу быстро спускается… Баранов.
Тот самый.
Парень выглядел злым. Взъерошенным. Не спускался, а несся, то и гляди сшибет.
Шалый не посторонился.
Разойдутся.
Так и получилось.
Баронов успел затормозить и обойти его.
Шалый прищурил глаза. Жаль…
Он успел преодолеть ещё несколько степеней, когда почувствовал на себе взгляд. Обернулся.
И оказался прав.
Баранов тоже что-то почувствовал. Остановился пролетом ниже, задрал голову и посмотрела на Шалова. Тот спокойно встретил его взгляд. Так два хищника примеряются друг к другу, сверяют мысленно свои силы и возможности.
На лестничных пролетах было темновато, не хватало естественного освещения, лампочки зажигать ещё рано. Рассмотреть взгляды друг друга на расстоянии было невозможно. Но хватило и энергетики. Подозрений. Узнаваний. Предположений.
В воздухе заискрило.
Их битва взглядами длилась не более десяти секунд. Они прекратили движение, и скрестили взгляды. А потом каждый из них продолжил свой путь.
Первое, что бросилось в глаза Алексею – оставленные ромашки. Красивый букет. Не типичные розы. Нежные. Трепетные. Как Полина.
Паскудство.
Шалый заскрежетал зубами.
А девочка-то привлекательная. Даже очень. И со своими ещё предложениями… Не, нормально: «Станьте моим любовником». Если бы они встретились где-нибудь в баре или у общих знакомых, она бы не прошла мимо его похотливого взгляда. Ладная. Сладко сложенная. Одна попа чего стоит. Зажал бы её где-нибудь в уголке. Или в машине разложил на заднем сиденье. И что-то подсказывало Шалому, что она противиться не стала бы.
Но…
Они имели то, что имели.
Он – в роли охранника, или пока не пойми кого. Она – в роли жертвы.
Примелейшая картина. Аж сплюнуть хочется.
Посмотрев на цветы, Леша недовольно поморщился. А он и не догадался.
Позвонив в дверь, приготовился к тому, что ему не откроют. Черт, и телефонами они с Полей не обменялись. Не будет же он десятками минут тут торчать под дверью, как сопливый юнец.
На душе как-то мерзко стало. Пакостно. Не любил Шалов, когда обижали девочек.
Ох, как не любил…
На его удивление, сразу же после звонка послышался звук поворачивающегося ключа.
Дверь открылась и перед ним предстала заплаканная Поля с покрасневшим носом и прокушенной губой.
– Тааак, – протянул он, чувствуя, как градус закипания его ярости резко повышается. Если бы они с Полиной были знакомы чуть ближе… чуть дольше…
– Привет, – она шмыгнула носом и приоткрыла дверь шире.
А у самой взгляд бегает. И на ромашках постоянно останавливается.
Алексей специально задержался в дверях. Он мог лишь предполагать, что сейчас творится в душе девочки. Но и он, черт побери, в няньки не нанимался! Он вообще ни на какую роль не нанимался! И сопли-слезы подтирать ей не собирался!
– Привет. Что за мокрота? – он кивнул на её лицо, которое она поспешила опустить, а слезы размазать по щекам.
– Сережа приходил.
Мать вашу!! Она его Сережей называет! Может, ещё и «котиком» или «барсиком»? Какие сегодня ласковые прозвища в тренде у девчат?
Шалый разозлился. На себя, на неё, на ситуацию в целом.
Вот почему Беркут всегда умудряется его вляпать в глупую историю?
– Я видел. Столкнулся с ним на лестнице.
Девочка мгновенно побледнела, даже пошатнулась.
Алексей выругался.
– Поль… Тебе плохо или как? Может, мне уйти? Или пройти дашь? Я могу уйти, ты можешь взять букет и выкрикнуть в окно, чтобы он вернулся. Всё просто.
Кто он – уточнять не стоило.
После его жестких слов Полина растерянно заморгала и, шумно сглотнув, отступила, впуская его в квартиру.