Чтение онлайн

— Мне двадцать… почти двадцать один.

— Не похоже, — прищурилась миссис Белмонт.

— Я знаю, — согласилась Давитта, — но со временем я стану выглядеть старше.

Миссис Белмонт не улыбнулась шутке и пометила возраст Давитты у себя в книге.

— Адрес? — спросила она.

— Я только-только из Шотландии, и еще не успела подыскать себе жилье.

— То есть вы можете поехать за город прямо сейчас?

— Мне хотелось бы.

— Багаж с вами?

— Да.

Поговорив с «мышью», миссис Белмонт задала езде один вопрос:

— У вас хватит денег, чтобы оплатить проезд до Оксфорда?

— Да, — ответила Давитта.

— Что ж, в таком случае я пошлю телеграмму и предупрежу, что вы прибудете в Оксфорд ближайшим поездом из Паддингтона. Вас встретят на станции. Стоимость проезда будет вам возмещена.

— Благодарю вас, — улыбнулась Давитта, что миссис Белмонт уже писала что-то на листке бумаги. Почерк у нее был неразборчивый и корявый. Закончив, она протянула листок Давитте.

— Во» адрес вашей хозяйки. Я надеюсь, мисс Килкрейг, вы сделаете все возможное, чтобы оправдать мои ожидания.

Если вы вернетесь с плохой рекомендацией, мне будет крайне трудно найти вам другое место. Вы поняли?

— Да, поняла, — ответила Давитта. — Спасибо за помощь, — Я, видите ли, довольно сильно рискую, посылая вас к самой графине, — поделилась с девушкой миссис Белмонт. — Она невероятно требовательна. В прошлом году я послала ей четырех компаньонок, но ни одна из них не подошла.

— Им отказали или они ушли сами? — поинтересовалась Давитта.

— Не думаю, что мне стоит отвечать на этот вопрос, — отрезала миссис Белмонт. — Постарайтесь сделать все возможное, мисс Килкрейг, и помните — вы должны будете многому научиться.

Давитта взяла у нее листок и прочла: «Вдовствующая графиня Шербурн, Шербурн-хаус, Вилброухэм, Оксфордшир».

— Спасибо, — поблагодарила девушка, — огромное спасибо.

— Помните, что я вам сказала, — повторила миссис Белмонт. — Конечно, к предупреждениям мало кто прислушивается, но я думаю, что ваша матушка предпочла бы видеть вас послушной.

— Я сделаю все, чтобы графиня осталась мною довольна, — пообещала Давитта.

Однако по пути к Паддингтонскому вокзалу девушка не переставала думать о тех четырех компаньонках, которые не подошли графине. И все же у Давитты не было иного способа скрыться от Виолетты и лорда Мундсли и не стать пешкой в затеянной ими игре.

Навряд ли они догадаются, куда уехала Давитта. Даже если Виолетта задумает сделать запросы в лондонские бюро по найму, она не будет долго разыскивать подругу. Ей хватит того, что лорд Мундсли останется при ней.

«И потом. Она рассердится, что я не взяла у маркиза деньги, — подумала Давитта, — и ни за что не простит мне мою неблагодарность».

И действительно, вряд ли можно было ожидать, что охотно принимавшая от мужчин деньги и подарки Виолетта поймет свою принципиальную подругу.

«А я гораздо беднее Виолетты, и жалованья мне не платят, — подумала Давитта. — Но она похожа на свою мать и готова брать все, что дают. А я другая».

Девушка знала точно, что, даже умирая от голода, она не приняла бы тех денег, которые добыли таким образом Виолетта и лорд Мундсли. К тому же лорд наверняка ожидает от Давитты благодарности — и понятно, какой именно.

«Ненавижу!»— снова повторила она.

Да, если бы не лорд, появившийся в первый же вечер, насколько прекрасной и беспечной показалась бы Давитте театральная жизнь!

И еще не оставляло Давитту в покое воспоминание о том, как, проснувшись, она увидела рядом маркиза. А потом он вел себя так достойно, что сама мысль о шантаже казалась Давитте нестерпимо отвратительной. Подумать только, ведь после этого маркиз станет еще циничнее и злее!

«Не буду больше думать ни о нем, ни о лорде Мундсли, ни о театре!»— убеждала она себя.

Чтобы отвлечься, Давитта попыталась вспомнить сказки, которые она слышала в детстве, в Шотландии. Отец немало рассказывал дочери о клановых распрях и войнах, занимавших важное место в истории Шотландии, и эта жизнь представлялась девочке единственной реальной… пока в замке не появились вначале Кэти, а затем Виолетта. Теперь Давитте казалось, что именно они сделали из счастливого ребенка заурядную женщину, которая и не думает больше о сказках.

Поезда пришлось ждать долго. Стоя на платформе, Давит та вспоминала счастливые времена, когда она жила с отцом, гуляла по вересковым пустошам, рыбачила и ездила верхом.

Подошел поезд. Давитта села в него.

Оксфорд был все ближе.

К счастью, телеграмма миссис Белмонт обогнала Давитту.

Девушку встретили.

Она стояла одна на запруженной людьми платформе. Вдруг какой-то лакей в красивой ливрее и шляпе с гербом поглядел на нее внимательнее, словно решая, не за ней ли его послали. Впрочем, он хотел уже отойти, но тут Давитта отважилась на вопрос:

— Вы… вы не из Шербурн-хауса?

— Да, мэм. Простите, вы мисс Килкрейг?

— Да, это я.

— Меня послали за вами, — произнес лакей, — но я ожидал увидеть кого-нибудь постарше.

Совсем упав духом, Давитта решила, что ее новая хозяйка, вероятно, будет в ярости.

Лакей кликнул портье и велел ему отнести сундуки к запряженной парой лошадей карете, ожидавшей у станции. Для одного человека карета была явно велика, и Давитта решила, что экипаж предназначен специально для тех случаев, когда нужно встречать кого-нибудь. Впрочем, садясь в карету, Давитта только радовалась отсутствию попутчиков.

Карета выехала из города, и за окнами поплыли пыльные пейзажи. Давитта с любопытством глядела в окно — здешние места совсем не походили на шотландские равнины, И деревни здесь были другие — как правило, с лужайками, прудиками и обязательно кабачками на центральных площадях.

Путь показался девушке очень долгим, но наконец перед каретой распахнулись огромные ворота, за которыми начиналась длинная аллея.

Впереди виднелся дом — по мнению Давитты, очень большой, но не старинный, в викторианском стиле. Девушку всегда интересовала архитектура, и отец немало рассказывал ей об эдинбургских домах и замках, благодаря которым весь город приобретал романтический флер. Да и сама Давитта прочла множество книг, посвященных английской архитектуре. Теперь она, конечно, очень жалела, что не смогла рассмотреть Лондон… но нет, об этом лучше не вспоминать. От этих воспоминаний по спине у девушки пробежал неприятный холодок по мере того как она приближалась к дому, Давитту постепенно охватывало странное чувство, словно она попала в тихую гавань и теперь в полной безопасности.