Чтение онлайн

Даррел рассмеялся.

– Ладно, брат, спасибо, что зашел.

– Желаю удачи, – кивнул Гленн, а потом нахмурился. – Я устроился на работу. В одну экспедиторскую контору, – добавил он, стараясь не смотреть в глаза брату. – Это временно.

– Гленн, ты способен на большее…

– Пойми, мне нужно растить дочь, – ответил он. – Наш совместный частный бизнес пока подождет. Как ты сам понимаешь, для этого нет средств. Я не слишком привередлив, просто мне сейчас нужно чем-то зарабатывать себе на жизнь. – Он поднял глаза. – Иначе придется тратить накопленные сбережения. Которых не так много.

Гленн пожал плечами, пытаясь выглядеть спокойным, но Даррел хорошо знал своего брата и понимал, что тот лукавит. Чтобы такой умница, как он, теперь крутил баранку на трейлере…

Даррел поблагодарил его за печенье и пообещал регулярно звонить. Гленн махнул на прощание и подошел к Эмили. В его фигуре и походке была заметна печаль и какая-то обреченность, которых раньше не было.

– Вижу, ты готов выпрыгнуть наружу, – послышался сзади голос Мелани. – Могу помочь! – Она села рядом и протянула ему тарелку с сервелатом и сыром. Волосы у нее были распущены и свободно растекались по плечам. На этот раз Мелани переоделась: на ней была облегающая кремовая безрукавка. – Вообще-то я настоящий наркоман в смысле поесть. И взяла с собой довольно много пакетированной еды. Вот про домашнее печенье не подумала, – с упреком добавила она.

– Скоро я тебя угощу, как только покончу с этим, – ответил Даррел, кивнув на тарелку.

Хотя он опустил глаза, стараясь не заглядываться на ее золотистые волосы, мысли постоянно возвращали его к Мелани. Почему она оказалась рядом и решила позаботиться о его желудке, почему появляется именно тогда, когда он больше всего нуждается в дружеской поддержке. Но когда он пытается сблизиться, она тут же готова отпрянуть как ошпаренная.

Почему его постоянно тянет к Мелани, почему хочется узнать ее получше? И почему его мало интересует одно или даже два свидания с ней?..

Даррел взял с тарелки сервелат вместе с сыром и, обмакнув в соус, сунул себе в рот.

– Ты умеешь отыскать путь к сердцу мужчины, – заметил он.

Она рассмеялась. Воцарилась комфортная тишина – ни один из них не ощущал неловкости от присутствия другого.

– Помню тот момент, когда увидел тебя впервые, – сказал Даррел, и память воскресила перед ним образ Мелани более чем двадцатилетней давности. – Думаю, тогда тебе было лет пять-шесть, а мне, наверное, семь. Ты проехала мимо на велосипеде. А я был на редкость завистливым мальчишкой. К тому времени у меня еще не было двухколесного велосипеда, а тут ты, девчонка, гордо колесишь по улице, да еще прямо перед моим домом! В конце улицы ты притормозила – скорее всего, чтобы просто порисоваться передо мной.

– Помню, помню, – подхватила Мелани. Она покачала головой и усмехнулась. – Боже, как давно это было! Неужели мы с тобой тогда встретились первый раз? А я думала, что это случилось в тот момент, когда я столкнула тебя в бассейн.

– Ни в коем случае! Это уже была вторая встреча, – поправил ее Даррел и почесал затылок. – Удивительно вспоминать такие эпизоды! – Его глаза блеснули. – Всякий раз, когда ты проезжала или проходила мимо, я с ненавистью смотрел тебе вслед. В тебе я видел только соперницу. – Он засмеялся. – Ты ведь знаешь мальчишек. Они завистливы и считают, что весь мир вращается только вокруг них одних.

– А когда же, интересно, мужчины расстаются с подобной точкой зрения? – подняв бровь, спросила Мелани.

– Некоторые – никогда, – ответил Даррел.

– Мне это тоже пришло в голову…

В уголке губ Мелани зависла капля соуса. Сладкая. Горячая. Съедобная. Он мог бы без особых усилий слизнуть ее. Нужно было лишь преодолеть десять – двенадцать сантиметров, разделявшие их, и… вобрать в себя ее чувственный рот, ощутив его несравненную сладость.

Но, прежде чем он собрался сделать то, о чем молил каждый сантиметр его тела, Мелани молча достала салфетку и вытерла соус с губ.

– Восхитительно, – тихо проговорил он, имея в виду что угодно, но только не сервелат с сыром.

– Спасибо, – ответила Мелани. – Я вообще-то люблю готовить. Когда-то мечтала стать шеф-поваром, но, слава Богу, не стала. – Она рассмеялась. – На кухне у меня полно кулинарных книг, рецептов и всякой специальной посуды…

– Мелани, – произнес Даррел, ощутив странную настойчивость в своем голосе, которая, видимо, передалась и ей. – Я хотел тебе сказать… – Он снова осекся, а потом отвернулся, бросив взгляд через открытую дверь кают-компании на выложенные брусчаткой и плиткой дорожки торгового центра. Он вспомнил про Гленна с Эмили. – Пойду достану из сумки твое печенье, Пока не забыл, – сказал он.

В ее глазах промелькнул огонек разочарования. Но она ничего не ответила, проводив его взглядом.

«День шестой. Провела три ночи в раскладном кресле и две – на жестком полу, поскольку постоянно вытягиваю плохие карты. Спина и ноги нестерпимо ноют. Готова разделить ложе или каюту с кем угодно, если только постель будет мягкой и я смогу выспаться. Не помню, сколько партий сыграно в преферанс, но это не помогает отвлечься от мыслей об отце и о том, как завоевать главный приз.

И еще о Дарреле. Он всегда был чертовски привлекателен, но сейчас еще и возмужал, а это дополнительный плюс. Может быть, он начинает потихоньку расставаться с прежними наклонностями откровенного бабника? Уверяет меня, что так и есть, но я пока сомневаюсь…»

– Вот, – услышала она рядом хриплый голос Даррела и захлопнула дневник. Он положил перед ней пять кружков шоколадного печенья. – Меня навестил Гленн и пополнил мои истощившиеся запасы.

Мелани всегда с симпатией относилась к брату Даррела. Этот серьезный парень почти никогда не расставался с книгами и к тому же хорошо разбирался в технике. Мелани узнала от подруги о трагической смерти жены Гленна в прошлом году и даже представить себе не могла, как тот умудряется один растить дочь. Несмотря на то, что девочка лишилась матери, у нее ведь остался заботливый отец и еще дедушка с бабушкой, которые всеми силами стараются восполнить потерю.

– Как дела у Гленна? – спросила Мелани.

– Держится, – ответил Даррел, устроившись в кресле напротив.

– Должно быть, это трудно.

– До невозможности, – кивнул он и покачал головой. – Они ведь были женаты с семнадцати лет. – Он взял в руку печенину. – Он постоянно думает о Мэри. Не может не думать. И пока не в силах свыкнуться с тяжелой потерей.

– Он живет ради дочери.

– Верно. Если бы не Эмили, то я даже представить не могу, что бы с ним было. Да и со всеми нами. В принципе гораздо проще сосредоточиться на проблемах одиннадцатилетней девочки, чем глядеть на пустующее место за столом.