Нейтралы
Шрифт:
– Луна, то, что ты делаешь – прекрасно и удивительно, - я взял протянутые домовиком туфли и надел на ледяные ножки. – Но босиком бегать нельзя.
– Тапки забрали нарглы. Ничего страшного – они поиграют и вернут.
– У нарглов есть имена?
– Ой! Никогда не задумывалась. Наверное, нет, поэтому они такие несчастные.
То есть люди её вещи не прячут. Вроде бы. Проверю потом.
– Сейчас не лучшее время, чтобы в одиночестве бродить по школе.
– Ты не прав, - покачала головой Видящая. – Именно сейчас – лучшее.
Ну, если подумать… На её первом курсе по школе то ли василиск ползал, то ли Локхарт мутил непонятные делишки. На втором – под стенами летали дементоры и мы старались не вылезать из спален. На третьем приехали иностранцы, всем было жутко интересно и после отбоя нарушителей ловили пачками. Насчет будущего непонятно, но период правления Снейпа точно спокойствия не обещает. В общем, вполне возможно, что Луна права.
– Хорошо, согласен. Можешь гулять, если хочешь, - похоже, моё согласие её удивило, потому что слегка выкаченные глаза стали совсем круглыми. – Только туфли носи и уроки делай.
– Не хочу.
– Нужно. Мне что, твои эссе на проверку брать?
– Извини, все эссе дать не могу, - серьёзно сказала Луна. – В некоторых содержится конфиденциальная информация. Остальные бери.
Понятно, почему Макгонагалл в Большом зале на неё так странно посматривает.
– Секретные сведения в открытых источниках не пишут, - в очередной раз сообщил очевидное. – Луна, отец отправил тебя в Хогвартсе для того, чтобы ты научилась взаимодействовать с людьми. В том числе – играть по их правилам.
– В глупые игры не интересно играть. Особенно когда правила нарушают.
Мерзавка Амбридж, и тут подгадила.
Пререкались мы минут десять, постепенно повышая накал эмоций. Кажется, я понимаю, почему остальные считают, будто бы Луна меня слушается. Она не меня слушается, она признает весомость аргументов. Просто нужно разобраться в её мышлении и перевести то, что хочешь сказать, с человеческого на лавгудий. Признаю – задача не самая легкая, требует усилий, не всякий взрослый с ней справиться.
– Так! Мне надоело! – время уже позднее, а обычные методы убеждения не действовали. Полумна упорно валяла дурака, отказываясь пообещать исправить оценки. Придется использовать безотказную тройку: подкуп, угрозы, шантаж. Указал пальцем на ближайшего домовика. – Ты! Знаешь, где находится моя мастерская?
– Бинки не знает, где находится мастерская уважаемого волшебника! – опасливо принялся скручивать уши в трубочку эльф.
– Пятый этаж, комната в пустом крыле, восьмая справа от лестницы. Рядом на стене портрет Джулиана Кривого висит. Войди в неё, если сможешь, и забери белую лошадь с крыльями и рогом.
Защиту мы ставили, рассчитывая на магов. Вполне возможно, что она задержит и обычных фейри. Хогвартские домовики обладают нестандартными способностями, кроме того, они теснейшим образом связаны с замком. От них закрыты только личные покои Основателей, во все остальные места они, в теории, проникнут могут. Вот сейчас и проверим.
С тихим хлопком рядом появился Бинки. В руках он держал ещё одну игрушку, похожую на первую, только белого цвета и с радужными хвостом и гривой. Я её зачаровывал в качестве релаксации в свободное время и должен сказать, что процесс шел легко. Во второй раз всё делать проще.
– Ооо! – потянулась к игрушке Луна. – Это же… Это сестренка Принцессы Луны!
– Именно, – я отшагнул назад, не давая девочке прикоснуться к пони. – А кроме неё, у меня есть вот это!
Канцелярский нож из маггловского магазина я специально открывал медленно, давая всем присутствующим насладиться неприятным звуком – щелк, щелк! Чувствительные домовики аж вздрагивали.
– Посмотри, какой он острый! Вжик, и всё! – на землю полетел кусочек гривы, заставив девочку в ужасе прижать руки ко рту. – Очень острый! Им можно резать волосы, а можно протыкать шкуру так, чтобы внутренности наружу полезли! Хочешь, покажу?
– Нет!
– А уроки делать будешь?
– Не хочу!
– Тогда прямо сейчас ты увидишь бритую пони!
– Не надо!
– Совсем-совсем лысую!
– Ты жестокий! Жестокий Райли Стивенс!
Домовики подвывали.
Думаю, спектакль ей нравился не меньше, чем мне, потому что в конечном итоге мы договорились. Луна обещала вернуться к учебе и выправить оценки, я, в свою очередь, дал ей слово не мучить Принцессу Селестию и даже подарить её в феврале. Я, собственно, так и собирался – Селестия должна была стать подарком Полумне на день рождения.
Единственный минус. Когда на следующий день я зашел на кухню, Тилли приветствовал меня словами: «Что домовики Хогвартса могут сделать для жестокого Райли Стивенса?»
К Мариэтте Эджком я относился никак. На уровне «привет-пока», не более. Она дружила с Чанг, с которой у нас сложные отношения и которая, как по мне, особа в определенной степени лицемерная. Или правильнее сказать, послушная? Диггори она, кажется, искренне если не любила, то как минимум ему симпатизировала. Они были красивой и удачной парой. Однако в этом году Чанг часто вертелась возле Поттера и, подозреваю, не по своей воле – старейшины китайской общины тоже заинтересованы в неубиваемом мальчике. Чем бы ни кончилось противостояние Министерства и Дамблдора, брак Поттера с китаянкой всегда можно использовать правильным образом.
Вот и крутит Чжоу хвостом, только не слишком активно. Похоже, не нравится ей навязанная роль.
Так вот, насчет Эджком. Несмотря на равнодушие, я не пожелаю неплохой девчонке ходить с неснимаемым проклятьем на лбу. Поэтому в один из вечеров присел рядом с Чанг, выбрав удобный момент, когда рядом никого не было.
– Решил напомнить, что мать твоей подружки Эджком работает в Министерстве, да и отец, кажется, тоже с ним связан.
– К чему ты это говоришь?
– К тому, что на неё очень легко надавить. Мариэтта любит семью и, если ей пригрозить увольнением родителей, она испугается. Поэтому, - я слегка наклонился вперед, придавая веса словам, - не тащи её за собой. Она уязвима.