Чтение онлайн

– Алло, – сказал Дима, не дождавшись продолжения. – Ты не заснул? Дальше что?

– Если сделать, – собрался с духом Олежа, – двунаправленное асинхронное соединение нейросети с пулом перцептивных рецепторов, через имплант, и дальше, например, в телефон, это же мобильность! Но только там с частотами придётся подшаманить… В общем… Но это решаемо… Да. Тогда можно капсулировать данные непосредственно в систему восприятия. Понимаешь? Это как сфинктер! Только он в обе стороны. Сначала – сюда, и потом обратно. Управляемая мембрана! И стабилизацию сигнала тоже можно удержать, я тут прикинул, правда, погрешность пока ещё недостаточно…

– Стоп-стоп-стоп, – поднял ладонь Дима. – Ещё одна попытка. Только по-русски. И без сфинктеров своих. Давай.

– Можно перекидывать данные из компьютера напрямую в мозг, – сказал Олежа. – И обратно. Я придумал, как.

– Да это давно уже придумали, – вальяжно сказал Дима. – Без тебя. Нейроимпланты. Почитал бы профильную литературу, что ли. И лучше – ихнюю. В «Ланцете» предпоследнем было, кстати. Внешняя система целеуказывает мышечным группам. Параллелит соматику. Потребители – парализованные, постинсультники, альцгеймеры. Геймеры, – он коротко хохотнул. – Ты про это?

Дима выдвинул ящик стола, покопался в нём, и показал облитую прозрачным пластиком коробочку, во весь бок которой улыбалась морщинистая сухенькая пара одинаковых старичков.

– Можно? – протянул руку Олежа.

– Не, – сказал Дима, с сомнением глядя на него через весь кабинет. – Дорогая вещь. А ты что хотел-то? О. Давай сюда. Заменили?

Внутри обнаружилась секретарша. Она по неоптимальной дуге прошла к столу и поставила на него крафтовый пакет. Лицо её было напряжённым.

– Вот, – сказала она.

– Всё, иди, – погнал её длинными пальцами Дима. – На сколько опаздывает?

– Говорит, минут двадцать, – сказала она. – Мне подержать в приёмной?

– Я тебе подержу, – ответил Дима. – Я тебе так подержу. Чтоб сразу тут! Ясно?

Секретарша, оглядываясь, выскочила за дверь, а Дима зашуршал пакетом.

– Я попробовал… – начал было Олежа, но Дима его перебил:

– Пять минут у нас. Стой!

Он что-то нащупал там, в недрах – что-то такое, что разом испортило ему настроение, с досадой зажмурился, крякнул, встал, ударив креслом в стену, и прошагал мимо Олежи к выходу. Дверь хлопнула, и в приёмной немелодично заорали. Не понимая, что он делает, Олежа суетливым и одновременно ловким движением, напомнившим ему самому Голлума, подбежал к столу, схватил со стола коробку («моя прелесть!»), в десяток мелких шажков – но один гигантский для человечества! – проскакал через кабинет, и высунул голову в открытый космос.

– Они не разлагаются! – кричал, нависнув над секретаршей, Дмитрий Андреевич. – Миллионы лет! Миллиарды! Тупая ты овца! Я тебе как говорил? Обеды – только в биоконтейнерах! Только! Ты вообще отличаешь синтетику от органики? На окружающую среду тебе плевать? А? Куда смотришь?

Олежа юрко скользнул к выходу, беззвучно прикрыл за собой дверь и, старательно задавливая невесть откуда поднявшееся ликование, поскакал по широкой лестнице.

«Тупая ты овца!», – с незнакомым восторгом шептал он вслух на каждой лестничной площадке, зацепляясь за перила, чтобы сделать рискованный разворот. Про лифт он и не вспомнил.

***

Выбрать вечером место и время оказалось настоящей проблемой. Оля по установившимся правилам занимала ванну с девяти и до укладывания. Других запирающихся изнутри помещений в бабушкиной хрущёвке не было. Терпеть же до ночи не было никакой возможности.

Олежа уже успел повозиться с нейроконнектором.

Для начала прикрыл дверь к себе на балкон, задвинул, как мог, ветхие шторы – хотя в квартире никого, кроме него, не было – затем педантично, в перчатках, вскрыл коробку, аккуратно распределил содержимое по столу, стараясь добиться симметричности и в вертикальной, и в горизонтальной осях, и сел за мануал, открыв на ноуте сайт производителя. На всякий случай. Далее, следуя инструкции, прямо через податливую стенку капсулы прижал чип посередине (сразу же там, внутри, запульсировал прокол красного пикселя), скачал через випиэн приложение, законнектился, и проверил штатные функции.

Всё работало должным образом.

Ножки чипа, плавающего в прозрачной капсуле, шевельнулись, пиксель стал сначала жёлтым, а потом зелёным, и приложение вывело на экран схему инсталляции.

Но этот этап нуждался в предварительных доработках.

Олежа провозился с софтом до вечера. Уже закончив новую сборку и запустив её заливку в чип, он услышал щёлканье входной двери, и похолодел.

– Где йогурт и нарезка? – крикнула через минуту Оля с кухни. И ещё через двадцать секунд: – За котом этим твоим бабушка убирать будет? Иди сюда!

Олежа терпеливо выслушал привычный набор предложений, допущений и метафор, поменял лоток у кота, поставил на скорую руку вариться картошку, и вернулся к себе на балкон.

Всё уже закачалось. Чип в капсуле выдавал парные зелёные сигналы через каждые десять секунд, и это значило, согласно документации для разработчиков в закрытом разделе, что новая сборка накатилась без сбоев. Индикатор заряда показывал девяносто шесть процентов. Можно было стартовать.

Олежа, понимая все риски, сложил ноут, прихватил капсулу, и на всякий случай чаржинговую манжету на липучке, если потребуется вдруг подзарядиться в процессе или после, а потом, неслышно шагая мягкими ступнями, покрался через зал к ванной. Оля говорила в спальне прерывающимся голосом, полностью забравшись для чего-то под одеяло. Отлично! Удача сопутствовала рисковым.

У него было порядка пятнадцати минут. Этого должно было хватить. Но сначала под дверью принялся орать кот, и пришлось уже простерилизованными руками открывать ему дверь, а потом он походил вокруг лотка и, нагло глядя в глаза Олежи, пристроился на коврик и исполнил мокрое пятно. Ликвидация безобразий и повторная стерилизация отняли половину имеющегося запаса времени. Нужно было спешить.

Олежа проверил надёжность защёлки. Двадцать секунд помолчал внутрь, принуждая себя дышать длинно и ровно. Снова запустил на телефоне приложение. Авторы мануала всё так же наивно предлагали начать инсталляцию, не подозревая, что функционал приложения переписан чуть более чем полностью. Он достал капсулу. Выложил её на заранее приготовленное блюдечко. Тапнул в телефон. Всё. Следующее действие будет уже необратимым.

Чип приглашающе подмигнул зелёным, и Олежа, держа капсулу торчком, аккуратно развинтил её, стараясь не пролить ни капли анестезирующей жидкости. Достал чип. Ножки его едва заметно шевелились – это активировался поисковый режим. Не давая себе времени на мысли и сомнения, Олежа опрокинул содержимое капсулы на заранее выскобленный бритвой участок шеи под затылком, и тут же поднёс туда чип. На мгновение ему представилось, что он – это Нео, возвращающийся наконец обратно, домой, в жизнь, наполненную яркими и правдоподобными событиями.