Непоседа
Шрифт:
— Ты это только что уже говорил, — заметила русалка. — И что? Каким образом это могло помешать моему волшебству?
Трикс глотнул напитка — он был холодный, кисленький и вкусный.
— Самый первый маг в мире мог сказать: «Не желаете черешни?», — попытался пояснить Трикс. — И появлялась вкуснющая черешня! Но после этого слова утрачивали силу! В следующий раз черешня была бы недозрелой или червивой. А потом бы и вовсе не появлялась!
— Почему? — терпеливо спросила русалка.
— Ну потому что слова утрачивают силу! Сказанные точно так же, как и раньше, они уже не работают!
— С самого начала времен мальчики подходят к девочкам и говорят: «Я тебя люблю!», — сказала русалка. — Эти слова не просто стерлись, вместо них дырка должна была получиться! Но каждый раз у девочки начинает сильнее стучать сердце и вспыхивает волшебный пламень любви!
— Это не совсем то! — попытался заспорить Трикс. — Ну… любовь, конечно, тоже волшебство. Но оно другое. В результате любви ничего не возникает!
— Как раз в результате любви все и возникает, — строго ответила русалка. — Большой уже парень, должен понимать, что детей не в капусте находят!
— Но мы же о магии! О чародействе! — взмолился Трикс. — Вот, гляди… появись передо мной красивый деревянный стол!
Разумеется, ничего не произошло.
— Не сработало, — спокойно признала русалка.
— Потому что слова затерты! А вот если так… — Трикс на миг задумался. — Воздух передо мной помутнел и словно бы загустился, вначале возникла столешница — круглая, инкрустированная перламутром, потом три изящные резные ножки — и вот уже маленький красивый столик стоял на песке у подземного озера!
Столик появился. Был он не такой уж и красивый, инкрустация была плохо подогнана и топорщилась, ножки оказались уж очень изящными и тонкими, но это все-таки был настоящий столик — на который Трикс торжествующе поставил пустой бокал. Столик заскрипел, но выдержал.
— Сработало, — кивнула русалка. — Теперь моя очередь. Появись рядом еще один красивый столик!
Трикс печально посмотрел на возникший из воздуха столик. Он был очень красив. И явно куда прочнее. Гномихи на берегу не выдержали и зааплодировали.
— Почему? — спросил Трикс. — Ну почему?
— Не знаю, — сочувственно ответила русалка. — Вот та же самая проблема и с гномами. Мы им все честно рассказываем и показываем, они повторяют — но у них магия не работает. А вот у Алхазаба все сразу начало получаться! Мы только рассказали ему об основных направлениях магии, привели примеры заклинаний — и все сразу завертелось.
— У Алхазаба получилось. У гномов нет. У меня нет… — Трикс задумчиво посмотрел на Тиану. — Попробуй ты, а?
— Хочу красивое круглое зеркальце! — вытянув руку, сказала Тиана.
На миг воздух над ее ладонью замерцал — но так ничего и не возникло.
— Я знала, что не получится, — вздохнула Тиана. — Я так и знала…
— Халанбери, — сказал Трикс. — А поколдуй-ка ты.
Мальчик смущенно посмотрел на него.
— А можно?
— Конечно, — твердо сказал Трикс. — Ты думаешь, почему Щавель отправил тебя с нами? Да потому, что знал, ты — великий волшебник!
— Я? — восхитился Халанбери.
— Конечно! Просто ты никогда не пробовал колдовать. Но ты же теперь видишь, как это просто? И Щавель сразу почувствовал в тебе могучий дар! Давай, не стесняйся! Чего ты хочешь?
— Халву! — воскликнул Халанбери. — Не тахинную, я ее терпеть не могу, а арахисовую! С изюмом! Мягкую и рассыпчатую! Ой…
Все уставились на кусок халвы в руках Халанбери.
— Вот такую… — удовлетворенно сказал мальчик и откусил. — Ага! Вкусно!
Русалка соскользнула с камня и в два гребка достигла берега. Наполовину высунулась на песок и уставилась на кусок халвы. С восторгом сказала:
— Получилось! У него тоже работает!
— Работает-работает! — закричала Груя. — Работает!
Но особой радости в ее голосе не было. Трикс вздохнул и взял у Халанбери кусочек халвы. Разжевал. Было вкусно.
— Этой халвой не наешься, — предупредил он.
— Ну и ладно! — отмахнулся Халанбери. — Зато вкусно, ага!
— Как приятно научить кого-то магии! — сказала русалка, одобрительно глядя на Халанбери. — Я знаю, гномы подозревают, что мы их неправильно учим…
— Нет-нет! — запротестовала Груя.
— Подозреваете, — твердо ответила русалка. — Но мы и впрямь учим всему, что умеем сами. Тут все очень просто! И мы не знаем, почему у кого-то получается, а у кого-то — нет. Никто не знает…
— Я знаю, — сказал Трикс.
Наступила тишина, даже Халанбери перестал жевать.
— Ваша магия не для гномов, — сказал Трикс. — Боюсь, магия вообще не для гномов. Извини, Груя.
— Ничего-ничего, — быстро сказала Груя. — Но… Старейшины захотят узнать причину!
— Я тоже хочу, — торопливо сказала русалка. — Мы знаем, что мы величайшие в мире волшебницы. Но вот почему — нам самим неизвестно. Говори!
Трикс помолчал. Потом посмотрел на Грую и твердо сказал:
— Отряд големов и гномий скирд!
— Старейшины никогда не обманывают! — пылко ответила Груя. — Я… я сама пойду в первом ряду, держа кирку наперевес! Девчонки?
— Мы все пойдем! — закричали гномихи.
— И еще магический шар, — немного стесняясь, сказал Трикс. — Хороший, цветной, со звуком.
— Свой отдам! — пообещала Груя.
— Свой не надо, пусть старейшины дадут.
— Кто я такая, чтобы решать за старейшин? — развела руками Груя.
Трикс фыркнул.
— И впрямь! Кто ты такая? Случайно попалась нам на пути, потом связалась со старейшинами, доставила прямиком к ним и провела к озеру с русалками. Кто же ты такая, а, Груя?