Чтение онлайн

Павел поднялся на ноги, к груди он прижимал полотенце.

– Вытрешься там. Давай, проваливай. – Но этого ему было мало, и Макс бросил вдогонку молча плетущемуся Павлу: – И не вспоминай о ней, ясно? Её для тебя больше не существует!

И закрыл дверь.

Автоматическая дверь скользнула в сторону. Павел вышел на улицу, в свой 2124 год. Вытер лицо полотенцем и выбросил его в ближайшую, приветливо распахнувшуюся урну. Мужчину не особенно волновало, как он выглядит. Разрыв отношений со старым другом, назревший, как он теперь понял, уже достаточно давно, тоже не беспокоил его. Виктория – вот о ком он думал. Снова и снова его мысли возвращались к жене. Что-то внутри, сроднившееся с ней за те годы, что они прожили вместе, говорило ему: всё не так просто. Она не отвечает не потому, что не хочет. Она не может. А не может она, потому что… Здесь фантазия Павла рисовала несколько вариантов, и ни один ему не нравился. Попала под машину? Похищена? Застрелена? Её загрызла собака?..

Он помотал головой, приводя мысли в порядок. Главное, не волноваться…

– Господин, у вас кровь идёт, – сказала ему проходившая мимо девчушка.

– Да. Но у меня нет с собой «доктора».

– У меня есть. Вот, возьмите.

Павел подивился такой доброте и отзывчивости, но всё-таки взял устройство. Обработал им нос и, когда кровь прекратила течь, вернул «ручного доктора» девушке.

– Спасибо.

– Пожалуйста… А что случилось?

– Поговорил с другом.

Девушка – наверное, «родом» из какого-нибудь доброго, взращенного на идеализме мира – непонимающе смотрела на Павла. Но он не счёл нужным объяснять свои слова – повернулся и побрёл к машине.

На полдороги у него зазвонил фон.

– Да, слушаю.

– Павел Ефимцев? – произнёс незнакомый сухой голос.

– Это я. В чём де…

– Молчите и слушайте, – перебил его неизвестный собеседник. – Ваша жена у нас. Если вы хотите увидеть её живой, вы должны приехать по адресу переулок Трансплантологов, 12. Вам всё понятно?

– Нет, я…

– На вашем месте я бы не артачился. Итак, вы приедете, или нам начать отрезать от неё кусочки?

Тут в трубке послышался чей-то ещё, тоже незнакомый голос. Первый человек уверенно сказал второму: «Я знаю, что делаю», – а после опять обратился к Ефимцеву:

– Итак, ваше решение?

– Я еду, – ни секунды не сомневаясь ответил Павел.

– Отлично. Запоминайте координаты, второй раз повторять не буду. Подъезд пятый. Код: 4687. Подниметесь на седьмой этаж и два раза позвоните в квартиру слева. Ясно?

– Ясно. А…

Но он недоговорил. Незнакомец обронил короткую фразу «В таком случае мы ждём вас» и прервал связь.

На двери слева не было номера, но, судя по тому, что соседняя квартира значилась как 1229-я, эта была 1228-й.

Павел какое-то время, несколько секунд, смотрел на древний, электрический звонок с кнопкой. Его очень удивило, что кто-то ещё пользуется таким. Но времени размышлять об этом не было: они ждут его, и неизвестно, на что они готовы ради… А ради чего? Ефимцев не мог придумать ни единого рационального объяснения происходящему. Наконец, собравшись с силами, он дважды надавил на кнопку звонка.

Дверь открыли почти сразу же. Тощий невысокий человек, облачённый во всё чёрное, на лице которого была надета маска, махнул Павлу. Ефимцев оглянулся по сторонам – никого рядом, никто их не видит – и вошёл в квартиру. Тощий человек захлопнул и запер дверь – сам, своими руками.

«Ещё один привет из древних времён… Да куда я попал?!»

– Раздевайтесь и проходите, – сказал тощий и скрылся в единственной комнате.

Павел скинул ботинки, сбросил куртку и прошёл следом. На стуле посреди комнаты сидела его жена Виктория. Мужчина присмотрелся, но не увидел на её лице ни синяков, ни ссадин.

Он облегчённо вздохнул – однако тотчас напрягся, когда с разных сторон к нему приблизилось ещё три фигуры. Все невысокие, все худые и все – в чёрной одежде и масках. Странных, пугающих масках с нарисованными лицами, словно бы размытыми кислотным дождём. Черты расплывались, превращаясь в нечто невыразительное, в лужи грязи. Ефимцев не заметил у подошедших оружия – возможно, его не было, а может быть, они спрятали его под одеждой.

Голоса у чёрного квартета, как назвал их про себя Павел, оказались подстать внешности – такие же «обезличенные». Правда, у всех – разные: у кого-то – скрипучий, у кого-то – сухой, у третьего – шелестящий, а у четвёртого – хриплый.

– Наконец-то мы встретились, господин Ефимцев, – сказал обладатель хриплого голоса.

– Да? – Павел был изумлён и озадачен. – Значит, вы хотели увидеться со мной?

– Ну как же, конечно! Не зря же мы… м-м… пригласили в гости вашу жену – которая была столь любезна, что сообщила о вас много интересных фактов, в том числе номер вашего фона.

«Конечно, она ведь была смертельно напугана! Но что они с ней делали?! – немедленно врезались в сознание метущиеся мысли. – Так, не волнуйся, – попытался успокоить себя Павел. – С Викторией всё в порядке… кажется. Она выглядит хорошо… Я заберу её отсюда, не знаю как, но я её выведу! Сейчас главный вопрос в ином – для чего я им понадобился?..»

– Хм… Но – зачем вам всё это? – осторожно поинтересовался Павел.

– Очень точный и очень важный вопрос! – Хриплый сделал вид, что хлопает, но его ладони не касались друг друга. Он повернулся к подельнику: – Объясни ему.

– Что вы знаете о мире, господин Ефимцев? – проскрипел тот.

– О котором?

– И опять в точку! – громко произнёс Хриплый. – Я же говорил, что мы в нём не ошиблись.

– Не ошиблись во мне? Я не понимаю…

– Ответьте сначала на вопрос, который я задал, – сказал Скрипучий, – что вы знаете о мире? О любом.

Павел бросил взгляд на жену. Когда он шёл сюда, у него даже возникла шальная мысль, что она заодно с «похитителями». Но сейчас по её испуганному, недоумевающему взгляду он понял: всё происходящее удивляет и интригует её не меньше, чем его самого.

– О любом? Ну-у… – протянул Павел, не зная, с чего начать. – Наш реальный мир был уничтожен в результате Третьей Мировой, или Ядерной войны. Вся территория Земли оказалась заражена и разрушена. Никто не видел спасения из воцарившегося ада, но одному умному учёному по фамилии Зольденберг пришла в голову революционная мысль: если сознание определяет бытие, то, изменив сознание, мы изменим и бытие. И он разработал галлюцинаторы, они же г-модуляторы. Эти устройства вживляли в мозг новорожденному для того, чтобы те создавали у него видимость другого мира. Точнее, мир в сознании маленького человечка менялся, и он начинал жить в нём, а не на отравленной Земле. Ангелы и демоны, пришельцы и мутанты, роботы… в мирах, рождённых галлюцинатором, мог «жить» кто угодно – всё зависело от предрасположенности, фантазии, желаний и устремлений человека. И при этом миры, несмотря на свою непохожесть, не противоречили друг другу, а каким-то образом взаимодействовали. Каким – этого до конца не могут понять даже учёные. Но они говорят так: пространство похоже на время. Для одного человека минуты могут тянуться бесконечно, а для другого пролетать, будто мгновения. Но вместе с тем оба человека будут жить и действовать в одном и том же мире, не мешая друг другу. Примерно так… Естественно, повзрослев, люди узнавали правду – ну, то, что мир как бы ненастоящий, – однако никому не хотелось жить в заражённом, помеченном смертью хаосе.