Чтение онлайн

— Бет, мы это уже обсуждали.

— Мы просто прогуляемся.

— Бет…

— Только пять минут! — канючила я.

— Идея не слишком хорошая, — неуверенно заявил Ксавье.

— Мы пока одни! — не отступилась я.

— Но мы обещали Айви и Габриелю, что не натворим глупостей.

— Мы только сделаем кружок и сразу обратно! — настаивала я.

Мысль о свободе, даже мимолетной, вдохновила меня. Ксавье не сумел мне отказать.

— Ладно, — выдавил он. — Но ты замаскируешься.

— От кого? — спросила я насмешливо. — Папарацци?

— Бет… — предупреждающе произнес Ксавье.

— Согласна! Что ты придумал?

Ксавье молча выбрался из гостиной, и вскоре я услышала, как он роется в шкафу наверху. Возвратившись, он принес военную куртку огромного размера и охотничью шляпу.

— Надень, — приказал он.

Я одарила вещи скептическим взглядом.

— И не спорь.

Ксавье так трогательно заботится о моей безопасности, но ведь ничего ужасного не произошло. Ночью я заметила в небе кое-что странное, но предпочла промолчать. Зачем беспокоить Ксавье лишний раз? Вполне возможно, тревожиться не о чем. Мы не видели никаких знамений, и нежданные гости к нам в дверь не стучались. Последние дни оказались беспросветными и скучными… Где реальная опасность? Что, если мои брат и сестра поняли неверно волю Небес? Вдруг они столкнулись с помехами, мало ли что?

Но я не забывала о том, что затишье всегда случается перед бурей.

Обойдя дом, мы очутились во дворе. Трава проросла сквозь старый рассохшийся бочонок. На толстом суке дуба висели качели из автомобильной шины. Расшатанные и покрытые мхом мостки вели к маленькому прудику. Я сделала глубокий вдох и ощутила прилив энергии. Мы с Ксавье незамедлительно опустили руки в прозрачную ледяную воду. Я различила каждую отполированную гальку на дне. Воздух был наполнен жужжанием пчел, садящихся на клевер. Нас овевал легкий ветерок, солнце согревало лица и слепило глаза.

Мы не спеша двинулись вдоль берега. Куда девался ангел, за голову которого назначили щедрую награду? На краткий миг мы стали просто парой влюбленных и восхищенно озирались по сторонам. Ксавье подобрал несколько плоских камешков и стал пускать их по воде, чтобы прыгали «блинчиками». Я тоже принялась за дело, но мои камни тонули с глухим плеском. Несомненно, я бы легко отказалась от бессмертия ради того, чтобы состариться рядом с Ксавье. Айви и Гэбриэл проявят понимание. От Семерок сочувствия не ждала. Я вообразила их волчьей стаей, которая гонится за добычей. Наверняка их потом будут чествовать, как героев.

Ангелы Божьи лишены эгоизма, но Семерки являлись исключением. Считалось, что ими движет потребность в признании. Вспоминая, как сильно изменился Зак, я решила, что так оно и есть. Да и земные иерархии зеркально отражаются на Небесах. Люди и ангелы, жаждущие власти, способны на любой поступок. Прежде мне случалось сражаться с демонами и побеждать их, но они были существами примитивными. Их мотивы видны насквозь — манипулировать душами и уводить их с пути истинного. С амбициозной когортой ангелов совладать будет куда сложнее.

Мы гуляли совсем недолго, но Ксавье уже сверял время на наручных часах. Однако и я сама обратила внимание на то, что начало смеркаться.

— Пора, Бет.

— Так быстро?

— Да.

— О’кей.

На прощанье я позволила себе полюбоваться окрестностями. Густой лес, окружавший нас, был загадочен, и мне захотелось побродить по нему. Лучи, прорывавшиеся в просветы между редкими облаками, озаряли воду танцующими солнечными зайчиками. Кто знает, когда мы снова выберемся из постылой бревенчатой тюрьмы? Если Гэбриэл обо всем догадается, он не оставит нас одних без присмотра.

И я направилась туда, где меня ждал Ксавье. Он помог мне подняться по крутому склону. Затем притянул меня к себе и аккуратно поправил шляпу.

— Боишься, что шляпу потеряю? — игриво спросила я.

Ксавье не ответил. Сперва я подумала, что ему не понравился мой тон, но в следующую секунду он побледнел и сжал зубы. Когда он заговорил, его губы едва шевелились.

— Не оборачивайся, — процедил он.

— Почему? — Я вцепилась в его руку.

— Там кто-то есть.

— Местный? — с надеждой прошептала я.

— Вряд ли.

Я рухнула на колени и притворилась, будто шарю в траве. Встав, я незаметно повернула голову и бросила взгляд на противоположный берег. Может, у меня галлюцинация? На небольшом расстоянии от нас, между двумя могучими деревьями, стоял стреноженный конь. Его шкура и грива серебрились. Он бил по земле позолоченными копытами.

— Белый конь.

Слова сами сорвались с моих губ.

— Где?

Ксавье недоверчиво вгляделся в даль.

Но он сосредоточился на всаднике. А тот был по-своему безупречен. И его пустые глазницы таращились именно на меня.

Наступил момент, которого я старалась избежать. Наконец-то я оказалась лицом к лицу с представителем Седьмого Чина.

Он находился возле небольшого мыса, и в моем сознании зазвучали советы Айви. Но я оцепенела. Потом заметила, что у Семерки очень бледные пальцы. Ангел сохранял абсолютное спокойствие. И вдруг без предупреждения начал к нам приближаться: под тяжестью веса Семерки поверхность пруда подернулась рябью.

— Бет, мне мерещится, или он…

Голос Ксавье сорвался. Он попятился и потащил меня за собой.

— Нет, Ксавье, — ответила я. — Он идет по воде.

Семерка направлялся прямо к нам плавной и равномерной поступью. Зрелище нас заворожило и испугало. Вдалеке заржал белый конь и встал на дыбы, но всадник не обратил на него никакого внимания.

Я вспомнила, что говорил нам Гэбриэл: Семерки — талантливые охотники, обученные выслеживать добычу. Но этот ангел вроде бы не беспокоился о том, что мы его видим. Похоже, он понимал, что торопиться ему нет никакой необходимости, поскольку нам его не перехитрить. Значит, мы угодили в ловушку. Я лихорадочно придумывала способ улизнуть и даже не разозлилась на его надменность и высокомерие. Семерка остановился только один раз, пристально разглядывая меня. Наверное, хотел удостовериться в том, что обнаружил жертву. В его движениях было нечто механическое: он прямо включался по чьей-то команде. Я сразу представила, что в мозгу Семерки происходят особые процессы, дающие ему возможность впитывать любую информацию — от отпечатков моих пальцев до запаха кожи. Он был лишен человеческих черт. Но и ангельского я в нем не заметила.