Чтение онлайн

И такое подчиненное, плененное положение придает присходящему еще больше безумия.

Я, наверно, выпадаю из реальности, потому что в глазах темнеет, и тело не слушается, играя, словно правильно настроенный инструмент, нужную музыканту мелодию.

Я от этой мелодии схожу с ума, наконец-то. Без остатка. И без сожалений.

Какие могут быть сожаления, когда такое?

Прихожу в себя от нежного скольжения губ по виску.

Захар слизывает мои слезы и шепчет:

— Охуенно… Я так и думал… Ты — охуенная…

Я закрываю глаза и счастливо улыбаюсь.

Таких комплиментов мне никто никогда не говорил…

И не сказать, чтоб я обиделась.

Потому что у меня тоже нет других слов для характеристики этой ситуации.

— Это квартира отца, — неходя признается Захар, подгребая меня под бок и мягко тиская за задницу. Лениво и сыто.

Я лежу у него на груди, слушаю, как мерно и спокойно стучит сердце, и пытаюсь нормализовать дыхание.

До сих пор, хотя уже минут пять прошло с момента нашего секса.

И я, вообще-то, спортсменка с хорошей дыхалкой.

Но Захар, судя по всему, сделан из железа особо прочного сплава, потому что за окном утро, а глаз мы еще не сомкнули ни одного разочка.

Как все началось на крыше, так потом и продолжилось здесь, в огромной видовой квартире на пятом этаже. И да, выход на крышу тут персональный.

Прямо отсюда.

Я, честно говоря, знала, конечно, что у нас в городе чего только нет, но не думала, что и такое тоже…

И не пыталась даже прикидывать, сколько это все может стоить.

Много. Очень много.

Вопросы стоимости и собственности жилплощади, где мы сейчас находимся, возникают только утром, конечно же.

Оно и понятно, Захар ночью сделал все, чтоб я вообще перестала думать.

Закрываю глаза, пытаясь вытравить из памяти флешбэки прошедших часов непрерывного секса.

Но, конечно, ничего никуда не пропадает, наоборот, горячие картинки заставляют опять реагировать тело, что говорит о моей некстати проснувшейся нимфомании.

Боже, с Олегом вообще ничего подобного не было!

Ну… Приятно, после первых пяти разов, когда организм немного привык к тому, что в него что-то запихивают, вполне даже. Я получала удовольствие от поцелуев, ласк, нежных касаний… И, в принципе, никогда не отказывала бывшему в сексе. И не терпела в кровати, нет, просто… Просто все было как-то… Обыденно, что ли? И движения, и запахи, и слова… Вроде и заводило, вроде и приятно, но, в принципе, можно и без этого обойтись. Ничего не потеряю. Значит, я из тех женщин, которым секс не так силшьно нужен. И это хорошо, а то что это еще за стыдная зависимость? Это просто навязываемые обществом стерепотипы…

Так я думала, наивная дурочка, ага.

Теперь, после секса с Захаром, я вспоминаю наши ночи с Олегом с недоумением.

Как я вообще могла думать, что все идет правильно? Что так и надо заниматься любовью, что так и надо себя ощущать во время этого?

И тут же обливает холодным потом от мысли, что я могла бы… Могла бы и не узнать, как надо. Как должно это быть в реале.

Не почувствовала бы никогда этого безумного, просто животного наслаждения от секса с парнем, когда сносит крышу настолько, что себя не помнишь, не ощущаешь ничего вокруг, кроме него. Внутри себя.

Я вспоминаю, как он брал меня второй раз.

На крыше.

Это случилось как-то внезапно, я честно не ожидала, потому что еще в себя толком не пришла после первого раза.

Пыталась отдышаться, пыталась осознать произошедшее.

Я. Занялась сексом. С Немым. Бо-о-о-оже…

На первом свидании. Боже-боже…

После ссоры и , практически, не перемолвившись и двумя фразами… Офигеть…

Как много всего интересного про себя узнаешь внезапно. Унести бы…

Я лежала, смотрела в небо, невероятно, не по осеннему звездное.

На сцене все шла рок-опера, все пели и пели…

А рядом лежал практически чужой парень, только что сделавший такое со мной, что даже словами-то приличными не обозвать…

И…

И что теперь делать? Как теперь ему в глаза смотреть?.. И что дальше будет? Сегодня? Завтра? Послезавтра?

Я неожиданно ощутила себя как-то глупо и беспомощно, на глазах опять появились слезы.

Немой, до этого совершенно спокойно пускающий дым в звездное небо, резко развернулся и сел.

— Ты чего? — тихо спросил он, а я, испытав жуткую неловкость, тоже села, постаравшись устроиться подальше от него, рядом с бортом крыши.

Не глядя на него, принялась осматриваться в поисках платья, улетевшего бог знает куда.

Трусики мои не выдержали ласки Немого, пали в неравном бою, лифчик тоже теперь не найти… Но хотя бы сверху прикрыть это все.

Немой, молча пронаблюдав за моими хаотичными телодвижениями, неожиданно скользнул ко мне и прижал спиной к бортику крыши, навис, опираясь ладонями по обе стороны от меня:

— Жалеешь?

Голос его был глухим и безжизненным. А взгляд… Взгляд злобным и жадным.

Меня буквально снесло волной эмоций от него, стало невыносимо тяжело и стыдно, в голове зашумело, но ответила я чистую правду:

— Нет.

Я и в самом деле не жалела о произошедшем. Я же не дура, чтоб жалеть о таком?

Но стыдилась, да.

В первую очередь, себя.

Повела себя, как шлюшка, как давалка, к которым и сам Немой, и другие опричники Олега привыкли за годы учебы.

А я ведь всегда думала, что не такая!

Конечно, не такая ты, Алька!

До первого свидания с Немым!