Не играй со мной

При посадке пассажиров на корабль всегда неизбежна неразбериха, шум и волнение. Одни пассажиры успели почувствовать усталость после перелета в Майами, другие же держались только благодаря адреналину в предвкушении путешествия. «Селебрейшн» – огромный белоснежный океанский лайнер – ожидал в порту людей, настроившихся на расслабляющее, романтическое или веселое приключение. Когда пассажиры поднимутся по трапу, они перестанут быть бухгалтерами, помощниками руководителей, учителями и превратятся в баловней судьбы, которых будут холить и лелеять все следующие десять дней – рекламный проспект гарантировал это.

Стоя на смотровой площадке, Сирина наблюдала за потоком людей. На этом расстоянии она могла наслаждаться шумом и разнообразием цветов, которые для нее никогда не теряли привлекательности, не затерявшись при этом в толпе из 500 человек, пытающихся попасть в одно и то же место одновременно. Повара, бармены и стюарды уже приступили к бесконечному множеству дел, которыми будут заниматься практически безостановочно в течение следующих десяти дней. Но у нее еще есть время и Сирина наслаждалась ожиданием. Она не будет занята, пока лайнер не покинет порт.

Ей почему-то вспомнился опыт первого круиза. Сирине, младшей из троих детей кудесника от финансов Дэниела МакГрегора и доктора Анны Уайтфилд МакГрегор, было в то время восемь лет. Семья занимала каюту первого класса, и стюард подавал ей горячие лепешки и сок в постель и она наслаждалась тогда так же, как сейчас наслаждается узкой каютой члена экипажа в кормовой части судна. И тогда, и сейчас это было приключением.

Сирина также вспомнила тот день, когда она сообщила родителям о своем намерении наняться на работу на «Селебрейшн». Отец серьезно обиделся на нее за расточительное отношение к полученному образованию. Чем больше он сердился, тем отчетливее в его речи слышалось грассирующее шотландское произношение. По его мнению, женщина, которая закончила колледж Софии Смит в возрасте двадцати лет, а затем получила степени по английскому языку, истории и социологии, не должна мыть палубу. И хотя Сирина уверяла отца, что она не собирается ничего мыть, мать, посмеиваясь, упрашивала его позволить ребенку заняться любимым делом. И поскольку, даже имея рост шесть футов и вес свыше ста двадцати фунтов, Дэниел МакГрегор был совершенно беспомощен против тех, кого он называл «мои девочки», то он сдался.

Так Сирина получила эту работу и покончила с тем, что было для нее бесконечными годами учебы. Она сменила трехкомнатные апартаменты в родительском особняке в Хаянис Порте на комнатенку размером с платяной шкаф и койкой в плавучем отеле. Никто из сослуживцев не интересовался ее коэффициентом IQ и количеством заработанных степеней.

Они не знали, что ее отец мог из прихоти целиком купить компанию, занимающуюся круизами, а мать была крупнейшим специалистом в области хирургии. Они не догадывались, что старший брат был сенатором, а младший – прокурором штата. Когда они смотрели на нее, то видели просто Сирину. Именно этого она и хотела.

Подняв голову, Сирина позволила ветру растрепать ее волосы. Легкий бриз запутался в массе светлых волос с тем глубоким золотым отливом, который можно найти только на старинных картинах. У Сирины были высокие скулы и заостренный упрямый подбородок. Ее кожа не воспринимала загар, оставаясь нежно-персиковой, и создавала разительный контраст с фиолетово-синими глазами. Отец называл их фиолетовыми, а некоторые романтики – фиалковыми. Но Сирина упрямо называла их синими. Мужчин сначала привлекал необычный цвет ее глаз, а затем она сама из-за природной элегантной сексуальности. Правда, сама она мало интересовалась мужчинами.

Сирина считала, что мужчина, влюбляющийся из-за цвета радужной оболочки, немного глуповат. Цвет глаз – всего-навсего вопрос генетики, который не связан с индивидуальностью человека. Все 26 лет она воспринимала восхищение ее глазам с некоторой долей удивления. В библиотеке отца был миниатюрный портрет его прабабушки, которую тоже звали Сирина. Если бы кто-то поинтересовался, то Сирина смогла бы рассказать о генетических процессах, которые привели к имеющимся результатам, а именно форме ее скул и оттенку глаз. Но мужчины, которые встречались на ее пути, как правило, не интересовались научными объяснениями, а Сирина, как правило, не интересовалась этими мужчинами.

Внизу поток поднимающихся по трапу пассажиров постепенно редел. Скоро на палубе возле открытого бассейна заиграет духовой оркестр, развлекая пассажиров во время подготовки корабля к отплытию. Сирина останется в стороне и будет наслаждаться, слушая ритмичную музыку калипсо и смех. На той же палубе откроют буфеты. Они будут ломиться от всевозможной еды, которой можно накормить тысячу человек, и экзотических напитков. Пассажиры, стоя у поручней, с нетерпением будут ждать волнующего момента, когда берег мелькнет в последний раз и вокруг останется только открытое море.

Сирина задумчиво смотрела на опаздывающих пассажиров. Это будет последний круиз в сезоне и по возвращении в Майами «Селебрейшн» поставят на два месяца в сухой док. Когда он снова выйдет в море, Сирины на борту уже не будет. Она твердо решила, что пришло время перемен. Начиная работу на корабле, Сирина искала только одного – свободы от долгих лет учебы, надежд, возлагаемых семьей, и собственной неопределенности. Сирина знала, что закончила этот этап жизни. Пора было обрести независимость, за которую она всегда боролась.

Сирине удалось избежать шага, который избрали многие из друзей по колледжу – выгодного брака. Но приобретя свободу и независимость, она не нашла цели – одной из самых важных составляющих жизни. Чем будет заниматься Сирина МакГрегор в своей жизни? Политическая карьера, выбранная обоими братьями, ее не интересовала, как не привлекало преподавание и чтение лекций. Ей хотелось волнующих событий, вызова. Все предполагаемые пути были неприемлемы, но Сирина точно знала: то, что будет заполнять ее жизнь в будущем, нельзя найти в бесконечных плаваниях на Багамы.

«Время покинуть корабль, Рина», – сказала она сама себе и неожиданно улыбнулась. – «Следующее приключение всегда близко – только загляни за угол. Неизвестность делает открытие более интригующим»

Первый длинный, громкий гудок был сигналом и для нее. Отойдя от поручней, Сирина пошла в свою каюту переодеваться.

Через тридцать минут Сирина, одетая в униформу а-ля фрак, вошла в казино лайнера. Она собрала волосы в свободный пучок на затылке, чтобы не падали на лицо. Скоро ее руки будут так заняты, что не останется времени, чтобы поправить прическу.