Чтение онлайн

— Что удивительно…

— Кроме нас и еще десятка человек, это точно. Если, конечно, не брать в расчет несколько сотен анонимных навигаторов по всей стране, с которыми я общаюсь через Сеть. Но в Москве и Подмосковье нас было двадцать. Теперь осталась дюжина. Семеро из установленных навигаторов нам не товарищи. Они скорее «антинавигаторы», почти все теперь в ФСБ служат. Этот «белый» список возглавляет сам генерал Мазич, дальше идут майор Клименко, майор Гуськов и трое чинов помельче, плюс какая-то дамочка из штатских. В «черном» списке мы с тобой и еще трое. Лично мне интересна девушка по имени Юлия.

— А Ира об этом интересе знает? — Водолей покосился на Павла и хмыкнул.

— Интересна в том плане, что с ней пока не все ясно. На чьей она стороне, вопрос открытый. Зато последний фигурант списка точно наш, хоть и безымянный. Службисты его Козерогом обозвали, но пока не вычислили. Кстати, в «черном» списке нас двенадцать было из двадцати возможных. Теперь четверо. «Антинавигаторы» постарались. Шлепнули без суда и следствия восьмерых ни в чем не повинных граждан. Как тебе этот факт? Все еще считаешь, что я раздуваю сенсацию?

— Одного не хватает, — заметил Водолей, пропустив мимо ушей последнюю фразу Павла. — Внесписочного.

— Что? — недопонял Павел, явно недовольный прохладной реакцией Водолея на сенсационную информацию о тайных расправах над навигаторами.

— Ты сказал, навигаторов в сумме дюжина, и «белых» и «черных». Семеро службистов, девушка Юля и Козерог это девять. Плюс мы. Одиннадцать. Одного не хватает.

— Не цепляйся. Значит, около двенадцати в сумме.

— Это твой источник из ФСБ сказал?

— Да что ты пристал?! Непринципиально это сейчас.

— Это сейчас, а потом? — Водолей покачал головой. — Я понимаю, ты человек творческий, математику не уважаешь, а я бизнесмен и привык к точным цифрам.

— Зануда ты!

— Так что сказал твой источник? Только дословно. Сказал, что в Москве на текущий момент осталось двенадцать навигаторов?

— Дюжина.

— Без разницы. Если это реально утечка из ФСБ, а не сетевая утка, то «дюжина» и есть двенадцать. Не примерно, а точно. В Конторе люди серьезные, дотошные, не журналисты какие-нибудь.

— Тебе бы там работать, — Павел поморщился. — Не знаю ничего насчет двенадцатого.

— Другое дело. Так и запишем: двенадцатый — безымянный нейтрал. А как службисты нас вычисляют?

— По каким-то особым признакам. Точно не знаю по каким.

— И меня спецслужбы вычислили по этим признакам?

— Конечно. А когда мир скопировался, они тебя спровоцировали на перемещение и убедились, что ты навигатор. Я пытался сбить тебя с пути, но не удалось. И подсказка от природы тебе ничем не помогла. Хотя подсказка хорошая.

Павел взглядом указал на небо.

— Да уж, подсказка что надо, — Водолей слегка обмяк и оставил в покое брелок. — Фантастика какая-то. Но в чем мы виноваты? И зачем было вообще затевать это копирование? Не проще ли было спасти Старую Землю? Можно ведь было подшаманить или, там, подрегулировать, если что-то разладилось, зачем сразу рушить? Потом ведь в Новом мире все равно придется регулировать и ремонтировать. Или нет? Или вся отладка учтена программой копирования?

— Сложный вопрос, — ответил Павел серьезно. — Сам над этим думаю. И чем больше думаю, тем больше не нравится мне это глобальное копирование времен и народов. Душок от него какой-то… серой воняет, понимаешь?

— И ты хочешь разобраться.

— Хочу.

— А когда разберешься, то… Что дальше? Будешь спасать забракованных? Ломиться в квартиры, тюрьмы и палаты, вытаскивать обреченных на улицу?

— Навигаторы сами могут перейти. Надо им только все объяснить и показать. Вот как я тебе показал.

— Ладно, эти сами себя спасут, но есть еще недоразвитые навигаторы…

— Потенциальные.

— Без разницы. А еще есть родные и близкие навигаторов. Им без посторонней помощи вообще ничего не светит. Верно?

— Вернее некуда.

— Ну, и как ты поступишь с ними? Ты и твои анонимные приятели, разбросанные по всей стране. Как вы поступите? Потащите их на горбу в Новый мир? И куда вы их притащите, на пулеметы?

— Не знаю я, как поступлю!

— А всех остальных ты просто бросишь умирать?

— Остальные спасены, — в голосе Павла не было уверенности.

— Э-э, нет, брат! Не передергивай! — возмущенно потребовал Володя. — Спасены их генетические и личностные копии! А сами эти люди ни фига не спасены! Наоборот, они обречены! Они погибнут в страшных муках. Если ты такой весь из себя благородный, ты должен спасти и этих людей. Только как их спасти? Новому миру они не нужны, формально они там уже есть. И как тогда поступить?

— Не знаю я! — Павел хмуро уставился в перспективу улицы. — Чего насел?! Считаешь, я не задумывался над этим? Да только над этим и ломаю голову, если честно. И в первую очередь, конечно, как раз о родных и близких думаю. Тут ты угадал. Ирина ведь и здесь есть, и там. Ну, и как я должен поступить? Спасти ту Иру, перевести ее в этот мир и жить, как султан, с двумя женами? Не получится. Да и не позволят мне этого сделать. Если в зоне искажения реальности при переходе с ней ничего не случится, спецслужбы постараются. И что мне теперь, смотреть, как та Ира умирает? А ведь там есть еще родители, родственники, друзья. Все правильно говоришь. Здесь они тоже есть, но ведь и там они пока еще живы. Не тени их, не объемные модели. Они же! И скоро они умрут! Понятно, что в Новом мире ни о чем таком они знать не будут, но я-то буду! Я буду всю жизнь помнить их смерть и в то же время каждый день видеть их живыми. А если я проживу в Новом мире дольше родителей, мне придется хоронить их повторно! Свихнуться можно!

— Легко, — заметно помрачнев, согласился Водолей.

— Но я это дело не оставлю! Не мой стиль.

— Стиль у него! — Володя фыркнул. — Насмешил! Стиляга нашелся! Ладно, дерзай, стиляга. А у меня свои дела найдутся. Зря ты надеялся, не по пути нам.

— Дела-а? — теперь уже Павел иронично взглянул на Водолея. — Ну-ну. Хочешь сделать вид, что принял правила игры и готов стать примерным гражданином Нового мира? На работу хочешь вернуться, к привычной жизни?

— Не вижу повода для иронии, — Водолей нахмурился. — Вспомни, двенадцатый навигатор не значится ни в белом, ни в черном списке. Не потому ли, что он принял правила игры и его оставили в покое?