Начало
Шрифт:
— Но почему он молчал? Почему я ничего не знаю о таком подвиге?
— Юноша скромен, государь. А те, кто знал об этом, не пожелали сообщить тебе. Зависть, государь. Кто желает возвышения другого человека в обход себя?
— Я наградил сотню людей за подвиги намного меньшие, чем свершил этот юноша. Позови его ко мне.
Минос сделал знак слугам и те пригласили в зал Яхотепа. Он был в простых сандалиях и простой белой юбке. Ни одного украшения на его теле не было. Юноша приблизился к трону и пал ниц.
— Поднимись, храбрый воин! — приказал Камос. — Я услышал о твоем мужестве. За храбрость я дарую тебя высокое отличие. Для тебя мои ювелиры изготовят большой золотой ворот со знаками моего благоволения к тебе. И ты будешь носить его на шее и всякий чиновник и вельможа моего царства обязан будет считаться с тобой. Это я моя воля!
— Слово и воля наследника фараона!
— Внимание и повиновение!
Принц Камос продолжил:
— Минос какую часть можно доверить этому юноше? Я желаю, чтобы он был офицером уже завтра!
— Государь, Яхотеп, привел к тебе 50 человек, что желают служить под его командой. Они брали вместе с ним корабли гиксов. Часть из этих людей бывшие пираты и отличные воины.
— Вот как? Это еще одна услуга моему делу. Сейчас у нас великая нужда в настоящих воинах. Некому учить молодых солдат, что рвутся под мои знамена. Так что ты предлагаешь для него, Минос?
— Учитывая то, что он совершил, я бы доверил ему командование пехотным полком в 300 воинов, ядро которых составят его солдаты. А остальные будут молодые юноши последнего набора. Пусть их учит и сделает из них солдат.
— Так и будет! Я дарую тебе, Яхотеп, право командовать полком солдат фараона! И дарую тебе право быть одним из военных адъютантов Миноса!
— Слово и воля наследника фараона!
— Внимание и повиновение!
Яхотеп пал на колени перед принцем. Ему были дарованы неслыханные милости. Он вчерашний бесправный крестьянин стал офицером армии, и приближенным главнокомандующего, да еще и отмеченным такой высокой наградой как золотой воротник!
— Служи мне и Египту верно, Яхотеп, и ты не будешь забыт. А сейчас можешь удалиться!
Когда Яхотеп ушел принц продолжил обсуждать положение дел:
— Нам нужно готовиться к большой войне. Апопи и князья шасу собирают силы для решительной схватки с нами. Они уже поняли, что мы сила и потому война будет жестокой и кровопролитной.
— Мы понимаем, государь! — ответили офицеры и жрецы.
— Мы готовы к борьбе!
— Все наши силы будут направлены на борьбу за освобождение Египта!
Камос посмотрел на великого жреца Амона:
— А ты, великий жрец, должен следить за тем что приходит в Нубии. Пусть твои лазутчики сообщают обо всем. Даже о мелочах при дворе гиксовского наместника.
— Князь Анатхер, наместник великого гика в провинции Нубия, объявил себя царем, государь. Так что в ближайшее время нам опасаться его не стоит. Но в Аваре говорят о том, что Атахрера стоит сметить и наместником назначить князя Хаусера.
— Вот как? — Камос был удивлен сообщением жреца. — Ты давно узнал об этом?
— Перед тем как прибыть к тебе во дворец, государь. Я бы сразу доложил тебе, не будь официального приема. Но я бы хотел поговорить с тобой, государь наедине, после того как ты обсудишь важные государственные дела.
— Наедине? Но…
— Наедине, государь, — настоял на своем жрец…
Яхотеп похлопал Харати по плечу и произнес:
— Радуйся, Харати! Наследник отметил и меня и всех нас! Теперь вы в армии фараона Юга! И нас ждет большая война, и большие почести, и большая добыча.
— Или смерть, Яхотеп.
— Разве смерть может напугать воина?
— Настоящего воина мало, что может напугать, но и воин человек и простые радости жизни ему не чужды.
— Это будет!
— Кто нами станет командовать? Мы пойдем не под любого офицера.
— Я назначен командиром полка, и вы станете в нем служить как ветераны. Такой командир тебя устроит, Харати?
— Такой да. Ты сумел показать себя в бою.
— А моя молодость вас не смущает? Что говорят люди по этому поводу? — интересовался юноша. — Ведь я моложе вас намного, а уже ваш командир. Вот ты не сомневаешься в моих талантах вождя?
— Пока твои таланты не понятны, Яхотеп. Может быть, ты можешь многое как предводитель, а может быть и нет. Это покажет время. Но главное сейчас не в этом.
— А в чем же?
— Ты удачлив. А это для предводителя самое главное. Под твои знамена наши пойдут с удовольствием. Рад поздравить тебя, командир.
— Вот и отлично. Ты отправил с караваном ту девушку, о которой я тебе говорил?
— Сару? Нет, не отправил.
— Как? — искренне удивился Яхотеп. — Но караван должен был уйти утром.
— Он и ушел.
— Но почему же ты не сделал, то о чем я тебя просил? Я обещал Саре что она отправиться к отцу.
— Она наотрез отказалась уезжать из Фив.
— Что значит, отказалась? — еще более удивился Яхотеп. — Как это могло произойти?
— Отказалась и все. А ты не приказывал отправлять её силой. Ты сказал максимум уважения. Я пришел и привел парней дабы отнести её вещи, но она заартачилась как норовистая лошадь. Не поеду и все.
— С чего это она решила остаться в Фивах?
— А ты не знаешь, счастливчик? Девка втрескалась в тебя по уши. И любят же тебя молодые и красивые. Вот бы мне хоть часть такой удачи.