Чтение онлайн

— Что это такое?

Но мальчик ничего не мог ответить, если бы даже знал: он уснул.

Фернан опустил странный предмет на пол, подошел к Халиду и укрыл его пледом. Потом опустился на корточки и стал внимательно рассматривать слоистый торец Халидова сокровища.

Это было похоже на свиток, на свёрнутую длинную полосу, но не бумажную, не папирусную, не пергаментную, не кожаную, а медную!

Такого Фернан никогда не видел. Он даже не слышал о существовании подобных предметов.

Он знал о книгах на камне, на глиняных черепках, на бересте, на пальмовых листьях, на костяных и золотых пластинках, на покрытых воском дощечках, даже на черепаховом панцире.

Но медный свиток — это что-то новое!

Что же могло быть написано в такой странной книге?

Фернан перенес её на стол, взял лупу, набор инструментов и принялся тщательно осматривать удивительную находку Халида.

Он так погрузился в осмотр медного свитка, что не заметил, как настало утро, и забыл выключить лампу.

Может быть, он даже пропустил бы завтрак, если бы не деликатный стук в дверь.

— Войдите!

— Прошу извинить, господин Гизе. Можно вас на минуточку?

Вид у хозяина гостиницы был необыкновенно взбудораженный.

— Видит аллах — не хотел вас тревожить. Но такие дела…

Он протянул Фернану газету.

— Что там стряслось? — спросил Гизе.

— У нас в Хирбете приземлились марсиане!

— Давно? — Гизе сунул газету под мышку и принялся неторопливо разминать сигарету.

— Позавчера! — доверительно наклонившись к Фернану, сообщил хозяин. — А этой ночью неизвестные грабители проникли в монастырь Святого Гильома и похитили монастырские сокровища!

— Странное совпадение, — помедлив, промолвил Фернан.

— Вы тоже думаете, что сокровища похитили эти марсианские дьяволы?

Хозяин так и не дождался ответа. Фернан Гизе, устремив невидящий взгляд в потолок, барабанил по перилам длинными сильными пальцами.

Когда Гизе вернулся в комнату, Халид сидел на корточках на полу и рассматривал большую книгу.

— А на стуле неудобно? — спросил Фернан.

Халид смущённо улыбнулся, вскочил на ноги и положил книгу на стол.

— Смотри, смотри, пожалуйста. Тебе нравятся эти картинки?

— Очень. Особенно быки Саммили!

— Как ты сказал? — переспросил Фернан.

— Быки Саммили, — повторил мальчик. — Так называл их дедушка Джафар.

Он раскрыл книгу на цветной глянцевой вклейке. На голубоватом фоне ярко выделялись оранжевые бизоны с тяжёлыми, опущенными к земле головами.

— Ты ошибаешься, — сказал Фернан. — Твой дедушка не мог видеть таких животных. Они не живут и никогда не жили в пустыне. Эту картинку я нашел на стене грота, далеко отсюда, в Испании.

— Яне ошибаюсь! — воскликнул Халид. — Быки Саммили — не живые. Это картинка — большая, очень большая картинка. На большой скале в Саммили. Когда я был маленький, дедушка много раз рассказывал мне об этой скале. А потом мы остановились у источника, и я смотрел на быков Саммили…

У Фернана загорелись глаза. Он, автор первой в мире книги о наскальной живописи, ничего не слышал о каких-то быках Саммили!

— Послушай, Халид! А там нет других скал с другими рисунками?

— Там очень много скал. Но о других рисунках я ничего не слышал.

— Тем лучше! Значит, мы их разыщем!

Фернан ласково положил руку мальчику на плечо:

— Можешь считать, что ты сполна рассчитался со мной!…

— Чушь! — воскликнул Тарасюк. — Дикая чушь! Древние не знали железобетона!

— Вы совершенно правы! — раздался рядом незнакомый голос.

Тарасюк обернулся. Около него стоял высокий, очень худой человек в белой рубашке и грубых парусиновых брюках…

— Фернан Гизе, спелеолог! — представился он и протянул Григорию сухую, коричневую от загара руку. — А вы, надо полагать, господин Белов?

— Не совсем, — осторожно ответил Григорий. — Моя фамилия Тарасюк, профессия — археолог, постоянное местожительство — Москва.

— Если вам нужна пирамида, то вы опоздали, господин Тарасюк.

— Вижу, — пробурчал Григорий. — И всего на каких-то несчастных два часа… Ночью полиция никого не пускала в Хирбет, а у этой шайки был отличный транспорт!… Ума не приложу — кому понадобилось подменять пирамиду?

— У вас нет никаких подозрений?

— Абсолютно! — твёрдо сказал Тарасюк.

— А у меня есть, правда очень смутные. Настолько смутные, что не стоило бы никому и говорить о них. Но раз вы почти Белов, — улыбка мелькнула в глазах Фернана и сразу же исчезла, — раз вы почти Белов, то вам скажу. Пирамиду могли подменить те самые люди, которые наложили руку на пещеры…

— Вы имеете в виду кувшины с золотом?

— Если бы с золотом! — рассмеялся Фернан. — О чём вы говорите?

— Шофёр, вон тот самый, — Тарасюк показал в сторону машины, — рассказал мне, что здесь в пещерах нашли кувшины с золотом.

— Бедняку везде мерещится золото!…

— Что же было в пещерах?

— Не знаю. Но там могли быть древние рукописи. Манускрипты, которым нет цены.

— И вы знаете что-нибудь о тех, кто это сделал? — спросил Тарасюк.

— Очень мало, — вздохнул Фернан. — Знаю, что без сговора с властями тут не обошлось. Пока они работали в горах, доступ туда был закрыт. Так же, как сегодня, по вашим словам, сюда. А ещё знаю, что месяца полтора назад, в ту самую ночь, когда перекрыли дороги в горы, из сейфа отца Филиппа — настоятеля здешнего монастыря — исчез очень древний манускрипт…