Муров
Шрифт:
– Прет. – сказал Алекс своему соседу по парте.
– Лёха! – сказал тот и протянул руку.
– Алекс… – сел за парту парень и пожал актеру руку.
Лёха был одет в клетчатую рубашку, его волосы были длинными и тёмными, а на зубах – брекеты. Парень был похож на азиата своими раскосыми карими глазами и смуглой жёлтой кожей.
– Слышь, бро, а эт чё за проэкт? Здесь все такие… Странные я бы сказал.
– Про неформалов, типа авторское кино.
– Меня встретила такая криповая женщина… Ну и видок у неё!
– Такая… Ярко-накрашенная чёрным? С дрэдами на голове?
– Ну да…
– Так она режиссёр. Это её проэкт!
– Да ладно? Нихера се, куда я попал.
– Лера Гай Германика, ты чё, о ней не слышал никогда?
– Неа.
– Все умрут, а я останусь, смотрел?
– Нет…
– Её дебютный фильм… Очень много взял наград на каком-то там киношном фестивале.
– Круто.
– Тебе здесь понравится. Здесь своя атмосфера!
– Как ты сюда попал?
– Кастинг прошёл… А ты?
– Знакомая герла устроила, она снималась тут. Ещё она говорила, что тут снимают сцены на камеру без штатива, это правда?
– Правда.
– А в чём понт? Кадр же трястись будет. Это же не любители тут собрались.
– В том, чтобы создать иллюзию документального кино… Жизнь типа… Понимаешь? Так режиссёр видит.
– Ахуенно.
– Чем ты занимаешься?
– Ну, я творческая личность…
– Ого. И чё ты делаешь?
– Пишу, выступаю… Ну а ты?
– А чё по мне не видно? Я задрот школьный. Ты учишься нормально?
– Нет… Не очень. И вообще, я почти в неё не хожу.
– А я отличник, моя бабушка, говорит я её гордость, у тебя есть бабушка?
– Есть.
– Ты её любишь?
– Нет…
В голове парня пролетела сцена из его детства. Он маленьким отдыхал у бабушки. Старуха сидела в кресле и смотрела телевизор, а маленький Муров, скрестив ноги, был на полу. По телевизору показывали, как догхантеры охотятся на бездомных собак.
– Мрази… -сжав крохотный кулак от злости, сказал Алекс.
– Почему?
– сказала седая старуха, поправив свой слуховой аппарат. —Ты что, считаешь они не правильно делают?
– Конечно не правильно. Зачем они пытаются истребить бездомных животных. Почему нельзя обойтись с ними как-то иначе. Они ведь не виноваты!
– Люди, что от них избавляются, всё делают правильно… Бездомных собак нужно отстреливать! Я бы и сама этим занималась. На улицах будет тише и безопаснее.
– Но ведь можно отнестись к этой проблеме как-то гуманнее!
– Ты глупый, иначе не получится!
– Неужели нельзя им как-то помочь, вместо того, чтобы убить!
– Нельзя значит! Там люди сидят наверное умнее тебя, кто решает, как с ними поступить.
– Наверное, такие же, как ты. Которым плевать на всё и всех, кроме себя.
– Что ты говоришь такое. Уходи с глаз моих!
Муров встал со своего места и двинулся прочь из комнаты.
– Убить легче всего. Избавился и нет проблем. Мозгов для этого много не надо!
– Ты я смотрю у нас самый умный!
– А это не твоя заслуга…
– Зачем ты вообще появился. —продолжала старуха. —Лучше бы тебя не было вообще на свете, негодяй! Всё матери расскажу, как ты со старухой общаешься, сволочь!
– Да пошла ты на хуй! —с этими словами, мальчик захлопнул за собой дверь и вышел.
Когда этот случай из прошлого, проиграл в голове парня, Лёха с брекетами, спросил:
– Почему ты не любишь свою родную бабушку?
– Какая тебе разница… Она меня фашистом считает… Я с ней не общаюсь. —Алекс стал оглядываться по сторонам, ему стал скучен этот парень в клетчатой рубашке, застёгнутый на все пуговицы.
– На это были причины? Ты националист? Из правых?
– Не… Не из правых, не из левых.
– Зачем же она тебя так называла?
– Просто так… Никакой связи.
– Ты уже снимался где-нибудь? —спросил он.
– Да…
– С кем-нибудь известным работал?
– Ну, например с Сергеем Шнуровым. С Авериным…
– Классно…
– Давай лучше помолчим?
– Без проблем.
Парни немного помолчали. Но Алексея хватило не надолго. Он снова заговорил:
– Ты когда-нибудь одевал женское бельё?
– Не понял?
– Женские вещи носил?
– Какого хера я буду носить женские вещи? Зачем? —зло ответил Алекс и осмотрелся по сторонам.
– Мне нравится… Меня бабушка в детстве часто одевала, как девочку, с тех пор, у меня заскок такой есть.
– У твоей старухи не все дома по ходу!
– Не говори так! Ей восемьдесят два.
– Да мне всё равно, сколько ей лет… Её возраст не оправдывает её глупость.
– Иногда я жалею, что родился парнем.
– Ну так это дело поправимое.
– В каком смысле?
– Накопи на операцию, избавься от детородного органа и стань тёлкой! У меня в школе учился один такой, как ты прям, он сейчас в «битве экстрасенсов» на ТнТ участвует… Точнее не он, а она теперь. Илона вроде её зовут, а там хз.
– Стрёмно… Что скажут люди об этом.
– Какая разница, чё о тебе говорят. Ты чё, стадо, чтобы всех слушать?
– Слушай, а давай сёдня потусим где-нибудь после съёмок?
В этот момент заходит второй режиссёр, рыжая молодая девушка и говорит классу: