Чтение онлайн

Камни и оскорбления полетели им вослед, когда они проскакали мимо кучки теней, прижавшейся к краю улицы. Дом, у которого стояли эти люди, был разграблен, изуродован, а изнутри уже выбивались языки огня. На окровавленном снегу скрючились остывающие тела. Одну из жертв убийцы приколотили к стене дома вниз головой, а под ней стоял таз, в который стекала кровь. Вероятно, они хотели добавить новые имена к списку Баракоса.

— Итак, господа, — обратился Аншпах к скакавшим рядом Волкам. — Как вы считаете, какие у нас сегодня шансы? Может, кто-то хочет поставить пару монет на исход дела? Лично у меня есть мешочек золотых, который утверждает, что мы разделаемся с этой тварью, пусть даже она и выглядит как один из нас! Предлагаю три к одному! Таких ставок нет даже у Королей Дна!

— А кто получит выигрыш, если ты проиграешь? — кисло спросил Брукнер.

— Он прав, — обернувшись, крикнул Аншпаху Круца. — На словах-то все лучше некуда, но сдается мне, что ты учился предлагать ставки у Блейдена!

Волки дружно рассмеялись. Ганс слышал весь диалог, и его порадовало, что парни не утратили боевой дух.

— А ты знаешь Блейдена? — Аншпах нагнал Круцу и теперь смотрел на него с явным интересом.

— Разве его еще не все знают? — сухо осведомился жрец.

— Отец, я спрашивал не вас, — сказал Аншпах и снова посмотрел на Круцу. — Так ты знаешь Блейдена?

— Он мне как отец, — ответил Круца, и даже из-за стука копыт Волки расслышали в голосе карманника колючую иронию. Они расхохотались.

— А, вот как. Знаешь, между мной и твоим «отцом» есть один вопрос денежного свойства, — продолжал Аншпах, не обращая внимания на издевки своих собратьев. — Ты не мог бы замолвить словечко?

— Ты хочешь сказать, если мы переживем эту ночь? — мягко спросил Круца, трясясь в седле.

— О, я постараюсь, чтобы ты пережил ее, — серьезно сказал ему Аншпах.

— Гляди-ка, парень! — сказал Моргенштерн. — Тебе крупно подфартило — сам Аншпах становится твоим ангелом-хранителем! Теперь в целом мире тебе нечего бояться!

Раздался новый взрыв смеха, посыпались новые остроты. Ганс не стал одергивать их. Если они будут готовы, когда это понадобится, ему этого достаточно. А они будут готовы. Они будут полны уверенности, ликования, силы Ульрика.

Они свернули в переулок, указанный Круцей. Переулок был пустынен и засыпан снегом, словно кто-то разложил белую шкуру на мостовой, приветствуя Волков. Ганс придержал коня. Волки выстроились в сдвоенную колонну и шагом въехали в переулок.

— Круца?

Круца огляделся вокруг, хотя точно знал, куда они направляются. Высокий, узкий, вычурный дом был точно таким, каким он его запомнил. Он просто отпечатался в его памяти. Стройная башенка с узкими окнами и странной извилистой лестницей, увенчанная крохотным куполом на вершине. Череда узких бойниц у основания лестницы. Вторая круглая башня, сбоку от основного здания, шириной с двух человек, но с куполом и с еще большим количеством бойниц.

Это место было оттиснуто в его памяти раскаленным клеймом тех событий. Место, где обитают ужас, богопротивная магия и смерть.

Он поднял руку. Он указал на дом.

— Там, Волк, — сказал он.

Он проснулся, услышав далекие звуки сражения. Боль хлынула в его тело, как приливная волна. Но сейчас она была уже не такой сильной.

Арик открыл глаза. В сломанной руке явственно ощущалась пульсация крови и боли. «Так же пульсировал тот проклятый розовый глаз».

В колеблющемся свете камина гостевой комнаты он увидел Лению, которая забирала стакан дымящейся бурой жидкости с серебряного подноса, который держал перед ней старый, похожий на высохший труп мужчина в парике, парчовом камзоле и со следами пудры на лице.

— Не надо ли чего еще? Рыцарь выглядит бледным.

— Пока все, Брейгаль, — сказала Ления, и дворецкий, кивнув, удалился.

— Вот потеха! — рассмеялась Ления. — Вся прислуга и даже сам непреклонный Брейгаль сбились с ног, помогая мне ухаживать за бедным отважным рыцарем, который спас жизнь послу!

— Так он… жив?

Ления вздрогнула, чуть не выронив стакан.

— О, ты очнулся?

Арик, помогая себе здоровой рукой, принял полусидячее положение, опершись спиной на атласный валик дивана.

— Да, очнулся. А ты с кем разговаривала?

— Так, сама с собой.

— Он жив, бретонец?

— Да… вот, выпей это. — Она протянула Арику стакан и помогла отхлебнуть глоток. Напиток был острым, полным пряностей.

— Что это?

— Чудесный напиток для восстановления сил. По рецепту моего брата. Главный дворецкий собственноручно его готовил, если тебя это не смущает!

Арик улыбнулся. Девушка просто заражала его своим весельем. Тепло бальзама растекалось по всему телу, и он уже почувствовал себя лучше.

— Твой брат знает хорошие рецепты.

— Знал.

— Это он — Дохляк, да? Про него говорил тот карманник?

— Его звали Стефан. Но ты прав: он… был Дохляком.

— Я отблагодарю его, когда увижу.

— Но…

— Знаю, знаю. Карманник сказал, что он умер. Но за его отвагу Ульрик наверняка взял его в свои чертоги. Так что я встречусь с ним, когда придет мой черед.

Ления задумалась на мгновение, потом кивнула, и улыбка вновь заиграла на ее губах.

Арик был доволен. Он видел теперь, почему Драккен полюбил эту девушку. В ней было столько задора и сил, что иногда они даже затмевали ее красоту. А красота в ней была. Ясные глаза, темные волосы…

— Я слышу шум битвы, — сказал он.

— Пантера Ульгринд выбивает из дворца последних одержимых. Безумие перекинулось и на домочадцев Графа, и на прислугу. Главный повар напал на нескольких пажей, а одна фрейлина заколола слугу вышивальной иглой.

— Граф в безопасности? Его семья?

— Ульгринд отвел их в отдельные покои в восточном крыле. — Ления посмотрела на него, протягивая стакан для очередного глотка. — Они сказали, что город сошел с ума. Дикие твари убивают людей на улицах. Никогда не хотела приезжать сюда, и как я жалею, что оказалась здесь.