Мольфарка
Шрифт:
К концу рабочего дня снова раздался телефонный звонок от Светланы.
– Добрый вечер, мой дорогой! – почти пропела она нежным голосом. Вроде бы и не ей принадлежали резкие и холодные фразы тогда, в её конторе. – Прости, я понимаю, твоя служба…
– Я слушаю, – жёстко прервал он её сладкую речь.
– А у меня хорошая новость, любимый! – радостно вещала Светлана, которую ничуть не смутил его резкий тон.
– Что за новость?
– А что мне за это будет? – кокетничала девушка.
– А что тебе надо? – он старался не грубить, но ответ всё же оказался таковым.
– Ой, Славчик, до чего же ты нудный, – вздохнула Светлана. – Ладно, слушай и радуйся. Нашла я твою подружку, Петренко Руслану. Ты доволен?
– Да ты что? – оживился Мирослав. – Ну, и где же она?
– В Германии, жива и здорова.
– Почему в Германии? Почему не возвращается?..
– А зачем ей наша нищета? У неё там есть хороший друг.
– Друг?.. То есть, не муж?
– Дорогой мой, ну что ты цепляешься к словам? Девочка довольна жизнью, мы ей помогли устроиться, да скоро она сама позвонит матери… Хватит уже о ней, лучше скажи, что мне за это будет?
– На этот раз, думаю, ничего.
– Ты пугаешь меня? – изумилась Светлана так искренне…
– Предупреждаю. Не играй в грязные игры.
– У тебя просто плохое настроение, дорогой. Ничего, я знаю, как его поднять… – в трубке послышался смех, а затем раздались гудки отбоя.
Мирослав положил трубку и всё-таки улыбнулся. Наверное, Светлана права – я действительно слишком нудный.
Пару недель спустя, Мирослава вызвал к себе шеф.
– А, Савчук, заходи! – майор Вихров, Вихрь, как его звали между собой сотрудники, поднял голову от бумаг, лежащих перед ним на столе. – Что там по Степанову?
– Вот, – протянул папку Мирослав. – Можно направлять суд.
– Оставь, я просмотрю. – Шеф протянул ему другую папку. – Вот тебе новое дело: два часа на ознакомление, затем зайдешь ко мне – уточним задание. Далее оформляй командировку и отправляйся вечерним поездом в столицу. Учти, нити тянутся к очень высоким лицам. Работай тонко.
Мирослав кисло скривился.
– Знаю я этих лиц… На кой собирать сведения о них, всё равно, будет команда сверху…
– Разговорчики! – командным голосом оборвал его Вихрь. – Задание ясно?.. Исполнять!..
– Так точно, – угрюмо буркнул Мирослав. – Можно идти?
– Идите, – тем же тоном произнёс шеф.
И, когда уже Мирослав взялся за ручку двери, добавил вполголоса:
– Кто знает, может, когда-нибудь, да и всплывут эти громкие дела…
Глава 3
Если для Юрия теперь вся жизнь заключалась в любовных утехах и всевозможных развлечениях, чему в огромной степени способствовал напиток королевы, то себе Мелинда такого не позволяла. И не только потому, что со всей ответственностью относилась к своим многочисленным королевским обязанностям.
Она, Мелинда, была уже далеко не Юной – увы…
Впрочем, любовные игрища королевы волновали только её, да ещё, пожалуй, совсем немного – Велерада, ведь в спокойном от страстей Альвийском Мире не было места чувству ревности. Альвы, эти истинные дети природы, могли легко поменять любовника – у людей такое поведение сочли бы безнравственным, но у альвов нравственностью была простая целесообразность. И теперь, когда у Велерада появлялось желание, он быстро находил себе другую – это никого ни к чему не обязывало.
Пугающие багровые сполохи прекратились, и все жители вернулись к обычному укладу жизни: ткачи изготавливали тончайшие шелка из коконов шелкопряда; садовники выращивали всевозможные фрукты, которые здесь предпочитали всем продуктам, принятым в Мире людей; цветочники ухаживали за цветами, а пчеловоды – за ульями; мастера по камню добывали и обрабатывали самоцветы… Дети осваивали разные ремёсла и искусства, а специальные доверенные альвы время от времени отправлялись с благотворительной Миссией в Мир людей: они передавали Посвящённым добытые драгоценности, чтобы те использовали их на благие дела для бедных – таким образом альвы по-своему компенсировали людям моральные издержки за то, что уводили альвийских малышей из Мира людей в свой.
Мелинда, как обычно, много времени проводила в Священной Роще. Альвийку нисколько не мучило раскаяние оттого, что её любовник исчез из Мира людей: во-первых, он был с ней счастлив в этом Мире, а во-вторых, Юрий сам выбрал эту судьбу. Происходящее в Мире людей её тоже не волновало – Божен и Русинка ушли в небытие, и с тех по тот Мир перестал существовать для Мелинды. Разве что иногда она помогала кому-либо из Ведающих – своих наследников…
Если что немного и беспокоило королеву, то лишь одно: чувство вины перед матерью Юрия. Как же ей, Мелинде было знакомо это непоправимое горе! Да, Юные альвы тоже уводили малышей из Мира людей, но то были альвийские дети, а её любовник – сугубо короткоживущий человек, без единой примеси альвийской крови.
И всё-таки, люди сами виноваты в своих бедах!
Но был у Мелинды ещё один, очень весомый повод для беспокойства: отсутствие наследницы. Ни над одной из девочек до сих пор не вспыхнула корона золотистого света. Вот об этом-то и молила королева Великого Властителя Света, как только у неё выдавалось время, свободное от любви и королевских обязанностей.
Над Миром альвов плыла ночь. Её таинственная и молчаливая Царица – Лилит – сеяла свой призрачный свет вниз, на притихшие рощи и дубравы, на струящиеся воды рек, которые, казалось, умерили свой бег, подчинившись её волшебству.
Прямо внизу, в холмах, виднелись жилища альвов. Крышей им служила покрытая травой земля, а окна и двери были проделаны прямо в склонах. Здешние жители не нуждались в роскоши и вычурности, предпочитая красоту самой природы. Их землянки служили такими себе островками ночного отдыха, с самой незатейливой мебелью. Правда, некоторые из жилищ были довольно роскошны – те, жители которых предпочитали изысканность.
Лилит заглянула в узкое окно королевской спальни – там, на огромном ложе, застланном белоснежной атласной накидкой с великолепными кружевами, обнявшись, спали любовники, Мелинда и Юрий – прекрасные и нагие. Лилит надолго задержала на них свой свет.