Чтение онлайн

– Не спрашивал тот волк, настигший меня на дороге, хочу я стать таким же, как он. Просто рванул зубами за руку. Я поначалу даже боли толком не почувствовал. А потом...

– Ты мог умереть, – тихо сказал аббат.

– Что? – переспросил брат Волк. – Пойти к людям и поставить свою шкуру под осину или холодное железо?

– Нет, – покачал головой аббат, не глядя на Волка. – Когда яд еще только проник в твою кровь... Помнишь? Боль. И смерть, которая смотрела тебе в глаза. И ты понимал, что нужно выбрать... Понимал? Видел этот выбор? Очень просто – умереть, сохранив душу, или отдать ее за свою жизнь. Помнишь? Все помните? Ведь каждый из вас выбирал – жить или умереть. Понимали вы это или нет – выбирали. Они больше не могли оставаться в вас одновременно – душа и жизнь... Подлость в том, что укус оборотня... или поцелуй упыря... или дар ведьмы... или проклятие – все они имеют над человеком власть только то! ;а, когда сам человек... Сам человек решает перестать быть человеком.

Аббат встал. Обвел взглядом лица стоящих вокруг.

– В этом ваш грех. В страхе. В неправильном выборе. И не Бог оттолкнул вас, а вы сами сделали свой выбор. И только вы сами... Только вы сами решаете – уйти или остаться. Но в любом случае... – Аббат взглянул на Волка и быстро отвел взгляд. – У нас нет больше звонаря.

Брат Волк скрипнул зубами. Бывший звонарь застонал и отошел... все вначале подумали, что к воротам, но он свернул к своей келье.

– Я буду звонарем, – сказал вдруг Корень, и стоявшие рядом с ним отступили в стороны. – Я...

Корень осекся.

– Я постараюсь... – тихо сказал Корень.

– Иди, – сказал аббат.

До колокольни оказалось десять шагов. И еще сотня ступеней винтовой лестницы до площадки.

Все ждали.

Бом-м-м!

И еще раз – бом-м-м!

И снова!

Вороны, жившие на чердаке, разом взлетели к свинцовому небу над монастырем, разом вскричали, будто и они испытывали боль и страх. А, может быть, это они пытались заглушить крик брата Корня, нового звонаря?

Где-то далеко на востоке полыхнула молния.

...И гром ударил над самым замком.

– Я прошу, – повторил Хозяин, стоя на коленях перед Громовержцем.

– С ума сошел? – растерянно спросил Громовержец. Хозяин на коленях. Перед ним. Хозяин, который никогда... Который мог заставить любого, который...

– Ты же хотел, чтобы я стал на колени, – сказал Хозяин. – Я стою. Что дальше? Целовать колени? Ублажить каким-то другим способом? Чего ты хочешь? Зачем тебе было нужно, чтобы я стал на колени? Соображай быстрее, моим коленям холодно и твердо.

Громовержец попятился. Хозяин сел на пол и засмеялся.

– Видишь, как оно? Ты хотел меня унизить. Тебе нужно было поставить меня на колени. Поставил? И тебе стало легче? Что дальше? Теперь отказать мне? – Хозяин лег на спину, раскинув руки.

– Давай, Громовержец, не стесняйся, – подбодрил Ловчий, поудобнее устраиваясь на сундуке в углу, – Возьми да и пни его. Ногой. Ты верно это сказал – богу богово!

Снова полыхнула молния, и снова ударил гром.

– Да не нервничай ты так! – улыбнулся Хозяин, глядя в потолок. – Не расходуй столько Силы! Она тебе еще может понадобиться.

И еще одна молния осветила зал. Порывом ветра сорвало ставень, и в зал влетел ослепительно-оранжевый шарик.

– О, – восхитился Ловчий, – давно не видел. А когда-то это у тебя ловко получалось. Рванешь или только попугаешь?

Очнувшийся было священник открыл глаза, вскрикнул – и снова потерял сознание. Всю свою жизнь он имел дело со старинными – и не очень – книгами. О демонах он только читал и слышал. И не очень верил в них. И не был готов к тому, что в нескольких шагах от него покрытый дьявольскими рисунками посланец ада будет светиться голубым огнем и ронять на пол искры.

– Шутишь? – дрожащим от ярости голосом спросил Громовержец, встряхнул рукой, и несколько небольших молний простучали по полу зала возле самой головы лежащего Хозяина.

– Предлагаю подумать, – сказал Хозяин. – Может быть – поторговаться. Мы ведь замечательно умеем торговаться. Нам ведь всегда что-то нужно. И мы всегда имеем, что предложить друг другу.

Одним прыжком Хозяин встал на ноги, стряхнул с плаща приставшие стебли тростника.

– Мне нужно, чтобы ты собрал нескольких богов понадежнее и тщательно осмотрел океан. Найди корабль. Потом найди Певца. Выясни у него...

Громовержец сжал кулаки, сминая и гася в них молнии. Голубое свечение, словно сок раздавленного плода, потекло у него между пальцев. Несколько голубых капель упали на пол, зашипев.

– А что ты можешь предложить взамен? – спросил Громовержец.

Хозяину угодно вести себя подобно уличному жонглеру – пожалуйста. Он хочет предложить торг? Можно торговаться. Понять, зачем это Хозяину, можно и позже. На досуге.

– Что взамен?

– Взамен... – протянул Хозяин. – Взамен я скажу тебе, что, кажется, наш Договор скоро будет отменен. И я пущу вас сюда.

Хозяин обвел руками вокруг себя.

– В замок? – спросил Громовержец.

Он слишком часто ловил в старые времена людей на подобные штуки, чтобы поверить в невозможное.

– Давай я сформулирую, – Ловчий встал с сундука и подошел к Громовержцу. – Если вы – ты и остальные боги – в течение месяца будете беспрекословно...

Ловчий вдруг замолчал и хлопнул себя по губам:

– Извини, не так, дырочка получилась. Правильнее будет – если вы, бессмертные боги, в течение тридцати дней, начиная с сегодняшнего, будете честно выполнять приказы и требования Хозяина и мои, то ровно через тридцать дней, начиная с сегодняшнего, мы прекратим действие Договора, если вы подтвердите свое желание, и люди, другая сторона Договора, не изменят своего желания. В общем, бля буду!

– Будем, – подтвердил Хозяин. – А воля людей по этому поводу тебе известна.

– Они все еще думают, что от них что-то зависит, – сказал Кардинал.

Епископ кивнул. Он привык верить Кардиналу, и даже считал, что это выгодно – верить Кардиналу и подчиняться его приказам. То, что до этой ночи епископу не доводилось видеть Кардинала и даже знать, что это именно его приказы приходится выполнять, ничего не Меняло. Вначале были письма, помеченные двумя буквами. Только эти две буквы вверху пергамента, сухие строчки инструкций без подписи и то, что лучше всего укрепляет доверие, – золото. А еще карьера – стремительная и легкая. Что также свидетельствовало о силе и влиянии того, кто сегодня утром представился просто – Кардинал.