Шрифт:
…Хирург был в явном недоумении. К нему пришел офицер, пожаловался на сильные боли в локте. Его обследовали и никакой патологии не выявили. А боль беспокоит, даже анальгетики не помогают. Тогда его и направили к психоаналитику. И только через три месяца работы с ним вскрылась причина болезни. Оказывается, несколько лет назад офицеру приснилась змея, кусающая его в локоть. В подсознании этот сон долго дремал, а потом, видимо, на фоне стресса, снизившего защитный уровень организма мужчины, вдруг «проснулся»… А если уж говорить о болях в сердце, желудке или голове, их механизм еще проще. В этих органах много нервных окончаний, стало быть и реагируют они на любые изменения в нервной системе чаще и в большей степени.
Каждый второй из нас может найти у себя заболевание, которого у него нет. Классическое подтверждение тому – герой Джерома К.Джерома. Читая медицинскую энциклопедию, он пришел у выводу, что страдает всеми заболеваниями, кроме родильной горячки. Это можно назвать синдромом дилетанта. Услышал человек, скажем, о злокачественной опухоли, и его мозг сразу выдает сигналы: может и у меня тоже рак? Даже если и не думать об этом с утра до вечера, в подсознании мысль все равно откладывается. А значит, в любой момент жди «выстрела».
Даже небольшой дискомфорт или недомогание ощутимо давят на психику тревожно-мнительного человека, изматывают его день за днем. И вот у него появляются симптомы гастрита или повышенного артериального давления. Объективные медицинские обследования подтверждают – человек здоров. Но разве он врачу поверит? Тем более, что тут же вспоминает, что у кого-то обнаружили болезнь только в последней стадии развития, кого-то вообще лечили не от той болезни. Человек ведь себя не обманывает. Ему действительно больно, а врач не хочет лечить.
По официальным данным, две трети пациентов поликлиник нуждается прежде всего в помощи психотерапевта, а потом уже врача другой специальности. Оставшаяся треть – в помощи только психотерапевта. В моей практике был случай, когда мужчине, испытывающему постоянные интенсивные боли от «воспаления седалищного нерва», назначили рентгенотерапию – далеко не безобидное облучение большими дозами рентгеновских лучей. Пришлось сказать пациенту, что рентген от него никуда не уйдет, лучше пока попробовать лекарственный способ и психотерапевтический лечения. Через неделю больной почувствовал облегчение, а через полмесяца вообще забыл где этот нерв находится…
Однако в реальной жизни к психотерапевту, как правило, направляют лишь после долгого, упорного и безуспешного лечения, например, у кардиолога. Да и то, если тот окажется дотошным и поймет, что во всем виновата именно нервная система пациента. Люди с неврозами более эмоционально реагируют на окружающую действительность и более склонны к длительным переживаниям. Особенно в кризисном возрасте – подростковом и старческом, когда усиливается тревожная мнительность. И тогда из самой маленькой мухи может вырасти гигантский слон. Страдающий от невроза способен придумать себе болезнь практически из ничего. А нервная система способна ее имитировать. То есть самой болезни нет, а симптомы – налицо. Вплоть до онкологических.
Пациентка пришла к врачу с жалобами на боли в желудке. Она утверждала, что проглотила … живую лягушку. Все лето семья жила на даче. Однажды, во время обеда рядом с тарелкой прыгнул маленький лягушонок. И тут же исчез в траве. Женщина поморщилась и продолжала есть. А несколько дней спустя почувствовала дискомфорт в животе. Задумалась о причине. Тут-то из подсознания и всплыл тот самый лягушонок. Женщине стало казаться, что он каким-то образом все же попал ей сначала в суп, потом в желудок и теперь разрушает ее изнутри. Наверное, медики могли бы принять этот рассказ за бред сумасшедшей. Но пациентка действительно мучилась от приступов боли, таяла на глазах, за несколько месяцев похудела на двадцать килограмм. Все это очень напоминало симптомы онкологического заболевания. Анализы, правда, никакой патологии не обнаружили. Обследования в стационаре – тоже. А пациентка упрямо твердила свое: «лягушку съела!»…
Конец ознакомительного фрагмента.