Чтение онлайн

— Тоже его отхренометришь? — заулыбался торговец старья.

— Прижгу его паразитоврунделем, чтобы отделить кракозябный уголь, — ляпнул я первое, что пришло на ум.

— Понимаю, самогонку будешь гнать, — хмыкнул предприимчивый дед.

— Что ты? — удивился я, — бери выше, глюковрубатель молниеносный.

В общем, после научного семинара у прилавка со старьём, и небольшого простенького колдовства, я стал обладателем шикарных новеньких сапог с длинным голенищем, которое загнул наружу и богатого из хорошо выделанной кожи сюртука. В таком сверх презентабельном виде я подошёл к маленькой лавчонке писаря, которая больше походила на клозет, но без дырки в полу и передних дверей.

— Добрый день, любезный, почём нынче оценивается интеллектуальный труд? — завёл я разговор на отстранённую тему.

— Да уж поменьше, чем выбивание зубов в циркусе, — недовольно бросил мне в ответ писарь.

— Были вчера на представление, — догадался я, — ну как, понравилось?

— Да я вас всех презираю! — выкрикнул мне в лицо мужик, — вы посмотрите до чего город довели с вашей мордобойкой! Люди оскотинились до предела! Книги не покупают, а из писем пишет такое, что и сказать стыдно.

— Например? — удивился я.

— Например! — взвизгнул с вызовом крючктвор на вольных хлебах, — одна дамочка повадилась сюда со своими стихами. Вот, — он порылся в черновиках, — Эй красавчик, я не сплю, Как увидишь ты звезду, Приходи сегодня ночью, Поцелуй мою пиз…

— Стоп! Дальше можно не читать, — я махнул рукой.

— А там, между прочим, ещё пять четверостиший! Ничего, скоро придёт сюда Сатур, он порядок быстро наведёт! — выдохнул накопившееся раздражение писарь, — чего тебе купец написать нужно?

— Возьми чистый листок бумаги, — распорядился я, — записывай по центру вверху большими буквами: Торговый дом «Рога и копыта». Ниже тоже по центру: сертификат. В третьей строке, да отступи побольше, не мельчи, — я ткнул пальцем куда, — на получение именной акции № 1 номиналом десять золотых монет. Можно написать это в три строчки. Далее в нижнем левом углу: Президент ТД «Рога и копыта». В правом нижнем: Михаил Андреевич Смышляев.

Я посмотрел на работу писаря, подчерк ладный, читабельный. Водяные бы знаки ещё как-нибудь на акцию пришпандорить! А, что меня останавливает? Пусть только ещё три акции нарисует, и я сам эти водяные знаки наколдую.

— Хорошая работа, сколько с меня? — обратился я к писарю.

— Пять медных монет, — сказал он, наверняка слишком завышенную цену.

Я торговаться не стал, местную интеллигенцию нужно поддерживать, решил я и протянул две серебряные монеты.

— Нарисуй ещё точно такие же акции с номерами два, три и четыре, и расписку в получении десяти золотых монет за помощь в проведении соревнований по мордобойке на моё имя, — и я выложил ещё серебряники на столик.

После выполненной работы я поставил на каждую акцию свою размашистую подпись, — М.Смышляй.

Следующим пунктом моей дневной деловой программы было посещение главы купеческого квартала, Сигизмунда Олеговича. Неплохой домишко отгрохал себе глава, подумал я, подходя к трёхэтажному терему из белого камня. У Олливандера тоже было три этажа, но дом Сигизмунда был гораздо шире с прекрасной лепниной и свежим ремонтом. Кстати у главы оказалось очень говорящая фамилия — Мироедов. Об этом гласила табличка на отполированной дубовой двери — «Дом купца Мироедова». Я пару раз дёрнул за шнурок, чтобы зазвонил колокольчик и стал ожидать, когда мне соизволят открыть. На порог через минуту выскочила молоденькая девушка в белом фартучке и сером длинном платье.

— Вам назначено? — спросила она.

— Да, передайте гражданину купцу, прибыл почётный представитель Марсианской дипломатической миссии, — скромно представился я.

Барышня с самым серьезным лицом попросила обождать за дверью и умчалась докладывать о почётном госте. Ещё через три минуты на порог вылетел купец Мироедов с заряженным пистолем в руках.

— А, это вы мой друг, — улыбнулся он, — а где проклятые марсиане?

— Не волнуйтесь, я их уже разогнал, позволите войти? — я посмотрел по сторонам, не остался ли кто ещё из недобитых инопланетян.

Сигизмунд посторонился, открыв мне проход.

— Благодарю, — буркнул я и прошёл.

Внутри дом был так же хорош, как и снаружи. Мягкая отделанная кожей мебель, резные столики и резной же шкаф для книг, кубков и наград. Под ногами натёртый до блеска паркет. На окнах бархатные плотные шторы.

— Ха-ха-ха, — засмеялся, войдя следом, хозяин особняка, — я всё понял, это была ваша шутка. Обязательно расскажу сей анекдот на заседании купеческого клуба. Вот будет потеха.

— Приглашайте, посмеёмся вместе, — улыбнулся я и протянул Сигизмунду расписку в получении моего гонорара за завтрашние соревнования, — предпочитаю деньги получить вперёд.

— Вам не достаточно моего купеческого слова? — удивился Мироедов, удобно рассевшись в кожаном кресле.

— Более чем, — я тоже плюхнулся в кресло напротив, — нужен небольшой капитал для открытия маленького скромного бизнеса. Хочу заняться хренометрической починкой всего что угодно, фигурально выражаясь от рогов, до копыт.

Я вынул из-за пазухи четыре акции торгового дома «Рога и копыта» номиналом десять золотых монет.

— Дело наивыгоднейшее, — позевывая, сказал я, — владелец этих акций может получить через две недели по одному золотому на каждую ценную бумагу.

Мироедов заинтересованно взял одну акцию, повертел в руках и рассмотрел её на просвет. Увидев водяные знаки на бумаге, очень сильно удивился.

— Сто процентная защита от подделок, — объяснил я эту вундервафлю.

— А что означают эти перечёркнутые лепестки? — пробормотал он.

— Фирма Адидас, которая веников не вяжет, а если вяжет, то фирменные, — мне уже стал надоедать бессмысленный трёп.

Хочешь, чтобы твой капитал работал — вкладывайся, пока не передумал, мысленно обратился я к купцу.