Мир
Шрифт:
– Все, приехали, – резво окрикнул Фарста кучер.
– Угу, – пробубнил тот в ответ.
Мы вышли из кареты. Педагог проводил меня в одно из полей.
– Давай, начнем с простого. Создай заклинание воды четвертого уровня, – сказал мне учитель.
– Сейчас… ВОДНОЕ СЕЧЕНИЕ (4 lvl), – произнес я, и сразу грозная струя смертоносной воды разрубила ближайшую сосну.
– Молодец, – изрек мой дорогой педагог и крикнул: – Кастуй огненное заклинание, Джибраель!
– Хорошо… ОГНЕННАЯ СТРЕЛА (6 lvl), – выкрикнул я, и шар раскаленного пламени сжег дотла ближайшее дерево.
– Все отлично, теперь попробуй восстановить это дерево, которое ты разрубил заклинанием ветра, магией света, – попросил Фарст.
– ИСЦЕЛЕНИЕ (5 lvl), – произнес уверенно я, и дерево стало таким, как прежде.
– Очень хорошо, Джибраель, ты сдал этот тест, умница, – похвалил меня он, – Возвращаемся.
Через полчаса я был уже дома. Фарст остался у нас на ужин – отпраздновать мою сдачу теста, но, на самом деле, он просто хотел выпить бесплатно…
Как же я устал, мне нужен перерыв…
«Бойня в столице»
Вот уже семь лет я живу на этой земле…
Я выглядел на четырнадцать…
Сегодня было хорошее теплое утро. Я уже успел забыть и отца, и даже мать, ведь один не показывался уже очень долгое время, а вторая все время проводила в столице.
Я открыл сухие от недосыпа глаза, ведь учеба хоть и давалась мне легко, но чтение убивало мой организм в прямом и в переносном смысле. Слава богу, сегодня праздник «Летней жатвы», и мои уроки в связи с этим были отложены.
– Просыпаемся! – крикнула новая служанка.
Как сказала мама, она нашла замену Мэе и купила ее.… Это меня огорчало.
– Джибраель, вставай, давай! – грозно сказала новая личность, ворвавшись в мою комнату.
Та особа обладала необычайной красотой, чуткостью и жизнерадостностью. На вид ей было лет девятнадцать, но, на самом деле, ей было всего десять. Она была одета даже немного лучше, чем Анла. Легкое платье подчеркивало в ней юность и энергичность. Ее маленькие кошачьи ушки и хвостик смущали всех в доме.
– Ну, встаем! – продолжала строго та.
– Да встал я, встал, – отвечал ей я.
– Все уже проснулись, один ты дрыхнешь! – грозно говорила она.
Я лениво начал одеваться, а после этой повседневной процедуры я прошел перед ней так гордо, что все орлы сказали бы, что лучше со мной не связываться. Она в оцепенении смотрела на меня. А чуть позже, как только ее позвали, служанка, оттолкнув меня, промчалась вниз по лестнице, на кухню. От такой дерзости я был в шоке, но после, взвесив все за и против, просто решил поесть со всеми и не портить себе день негативом. Поев со всеми, я пошел в свою комнату и принялся читать.
Через полчаса ко мне заходит матушка и говорит ласковым, просящим голосом:
– Сыночек, сходи с Виной в столицу по магазинам, хоть один раз в праздник погуляй.
– Хорошо, матушка, – ответил ей я и ежеминутно начал собираться.
Через пять минут я уже был во всеоружии и стоял перед дверьми на выход. Я оделся в парадную одежду и взял с собой раскладной маленький ножичек – «Подарок от Фарста». Через пару минут и Вина пришла, она и была тем утренним будильником. И, к моему удивлению, та была не одна, а с Раминой.
– Рамина, ты поедешь с нами в столицу? – спросил я у моей сестры.
– Да, Джибраель, – ответила она с упорством.
– Так, за мной, – грозно сказала Вина, но ее речь походила больше на злую миленькую девочку.
К вашему сведению, я не знаю, почему именно она решила стать предводителем нашей маленькой группы, хоть и ростом она была меньше меня, а Рамина была чуть ли не гномом по сравнению с нами двоими.
Мы вышли из дома и втроем сели в карету, припаркованную перед самым входом. Потеснившись и рассевшись по местам, мы закрыли дверцы транспорта, и кучер ударил лошадей. Карета тронулась. Я сидел напротив дам так, что видел кучера из небольшого окошка за их спинами. Рамина была одета в красивое бело-голубое платьице и белую, как снег, шляпку, а Вина – в простенькую красно-серенькую юбчонку. Я смотрел в окно и любовался видами полей, пока мы не подъехали поближе к столице. Красивые виды сменились рабскими плантациями, после – бедными жилищами и, наконец, показались тусклые от времени каменные ворота главного города страны. Мы остановились, стража подошла к кучеру и спросила, с какими целями мы въезжаем в город, после чего получили бумагу, разрешающую въезд, и усмешку. Через пару мгновений мы уже были за стенами столицы. Серые улицы источали бесполудемоновидность и пустоту. Но через уже четыре минуты мы вошли в праздничный поток людей. Мы покинули транспортное средство и оказались почти в самой гущи событий. Яркие люди, переодетые в разные зерновые культуры, парады, ярмарки и другие развлечения. Впрочем, это меня не сильно удивило, ведь это происходило около самого замка графа, как говорится, на потеху и ему, и простому люду. Рамина, как маленькая, рванула с Виной смотреть парад, а я пошел следом, ведь оставаться среди полудемонов одному у меня не было желания. Мы прорывались сквозь толпу и, наконец, достигли нашей цели – выбрались на хоть и не большое, но бесполудемонное место. Мы осмотрелись и единогласно решили продвигаться на центральную площадь, ведь там как раз и проводился основной парад, там, к слову, был и сам граф. Зрелище было потрясающее, если сравнивать с повседневностью в главном городе страны. Там была, и клоунада, и шуты, и акробаты, и другие цирковые и не только личности. Мы пробыли там уже три часа, три часа постоянной ходьбы, три часа неугомонного ора, смеха и гама, три часа, три вечных часа. Наконец, люди начали, расходится, да и мы все уже вымотались. Так же единогласно, как и всегда, решили пообедать в любом ближайшем столичном ресторане, как вдруг…
Люди бросились бежать кто куда, рыцари, охранявшие графа, обнажили свои мечи, а некоторые из них позвали подкрепление. Мы стояли в ступоре за сорок метров от главной площади. Через пару мгновений, увидев толпу полудемонов и полулюдей, сносящих все на своем пути, я, не раздумывая, схватил девочек за руки и побежал к ближайшей подворотне. Переведя дух, я осмотрелся. Сестра и Вина стояли в метре от меня в целости и сохранности. Также я отметил, что мы находились в так называемом тупике, а еще с нами больше никого не было. Если смотреть с высоты птичьего полета, мы были в Г-образном ответвлении от случившегося. Также, осмотревшись внимательнее, я был удивлен, когда понял, что с нами не было ни одной души.
– Что это было? – спросила с дрожью в голосе Рамина у меня.
– Не знаю, – ответил коротко и четко я, и добавил: – Оставайтесь тут, а я схожу, посмотрю какая обстановка на площади.
– Хорошо, только будь осторожнее, – сказала Вина, прижав к себе мою сестру.
С осторожностью заглянув за угол здания, я пошел вперед. Тусклые стены быстро проносились у меня перед глазами. Каменные и кирпичные кладки вокруг, редкая трава, и куча отходов, запахом не позволяющая приближаться даже разного рода отбросам и другим низшим слоям общества. Буквально через четыре метра начались редкие всплески неизвестной субстанции, шлепки под моими лакированными туфлями. Это кровь… Море красной, еще свежей жижи…
Я вышел на площадь, и первое, что мне бросилось в глаза, это куча мертвых, окровавленных тел полудемонов и не только. Мое сердце разрывалось… мое сознание искало оправдание этому зрелищу. Я понимал лишь одно: надо как можно скорее выбираться отсюда. К вашему сведению, сначала я увидел отрубленную голову какого-то горожанина, а затем и его печень, аккуратно лежавшую справа от его изуродованного тела. Позже перенеся уже потускневший от страха взгляд, я увидел и остальную площадь. Это было еще то зрелище: тела утопали в своей крови, и не только тела, но и еще живые полудемоны. Несколько стражников скооперировались в такой же улочке, где отсиделись и мы, и отбивались от восставших. К слову о них, они походили на крестьян, но вооружены были первоклассно – одноручные мечи, латы и кольчуга облачали их, несколько магов и пара лекарей походило на неплохой вооруженный взвод пехотинцев. Их было не меньше двухсот, а стражи было в два раза меньше, ведь гарнизон столицы был на границе. Я лишь мог наблюдать, как остатки сопротивления доживали последние минуты. Сразу после увиденного действа я вернулся к девочкам.