Чтение онлайн

— Поехали! — обрадовался он и зажмурил глаза, но вместо торжественного вознесения на небеса стремительно полетел вниз со скоростью свободного падения. После удара обо что-то склизкое, мягкое и мокрое раздался истошный женский крик, и он почувствовал, как его подбросило вверх, и он, пролетев в кромешной тьме каких-то несколько очень долгих секунд, погрузился в воду с руками и головой. При этом он ощутил порыв резкой боли, словно какой-то острый инструмент резанул его тело по всей его длине.

Примечание к главе 3-ей:

(1) Бог из машины (Deus ex machina) — сценический эффект, связанный с внезапным исходом ситуации, не сулившей ничего хорошего. В древнеримских трагедиях это был Юпитер, который при помощи механических приспособлений спускался на сцену и громогласно произносил: "Прощены"!

(2) В 2004 г. в Праге произошел дикий случай, о котором много писали европейские газеты. Под колесами трамвая N22 погиб человек, личность которого установить так и не удалось. Загадка этого происшествия состоит в том, что погибший был как две капли воды похож на водителя трамвая, 47-летнего Иржи Глоубека. Посмертные анализы показали, что у жертвы происшествия одинаковая с Глоубеком группа крови, строение тела. По сути пан Глоубек задавил на остановке у Петршина холма своего абсолютного двойника. Разумеется, с тех пор у бедняги водителя не было иной цели, кроме как найти родственников этого человека, узнать, кто он и откуда. А главное — почему они были так похожи. Однако трагическая загадка не разрешилась: у погибшего не было при себе документов и бирок на одежде. Никто не искал потерявшегося члена семьи, ни одно посольство не располагало информацией о пропавшем без вести туристе. Погибший, будто бы из ниоткуда, возник перед его трамваем.

ГЛАВА 4

НА ПЕРЕКРЕСТКЕ ЗЕМНЫХ ДОРОГ

— Ай да мистер Прог! Ай да сукин сын! Неспроста, значит, он в первых главах романа тему близнецов затронул. Я имею в виду Рико и Люка из рода Белохвостого Оленя, и, разумеется, Урсулу и Медвежонка, Ричи и Леона. Заранее, значит, все спланировал! — удивлялся Антон Шлыков тому, как программа "ЭП-Мастер" нашла способ вернуть главного героя в XX столетие.

— А как мистер Прог интригу держал по поводу смерти Павлова, и только почти в самом конце "сознался" в том, что описал его смертный сон, похожий на путешествие во времени. Или это был не сон? — искренне переживал Александр Андреев.

— Да, загадки жизни и смерти — вечная тема! — согласился Антон Шлыков.

В самый разгар дискуссии в кабинет зашел Юрий Колесников и торжественно вручил им съемный диск Transcend в красивом алюминиевом корпусе, на который он записал восстановленные им папки и файлы жесткого диска (винчестера) сгоревшего компьютера-сервера AS/400. Антон Шлыков, только взглянув в каталог спасенных документов, немедленно вознаградил коллегу двумя бутылками настоящего французского коньяка марки Монне VSОР (0.789 л по цене 68 $ за штуку), которые он недавно купил в качестве новогоднего подарка для "дорогого друга" г-на Климова.

Общий объем восстановленной информации был невелик — около 100 Гб, но зато среди них были файлы и приложения, по поводу утраты которых больше всех печалился Александр Андреев. Он ведь уже "к съемкам художественного фильма" по мотивам исторической повести "Три возраста Нефертити" приступил. В частности, виртуальный кастинг фактурных образов будущих киногероев провел и компьютерную музыку к отдельным сценам и эпизодам подобрал.

Антона Шлыкова в восстановленной информации больше интересовали базы данных и базы знаний, то есть "библиотеки", и основные программные модули базового пакета, отвечающие за функционирование протокола Create. Библиотеки почти не пострадали: в них "сгорела" в основном философская, политическая, и религиозно-мистическая литература. Но "сгорела" она как-то выборочно, — в чем еще предстояло разобраться.

Модуль-контроллер (распределитель потоков цифровой информации) и модуль-адаптер (распознаватель источников информации), которые занимали совсем небольшое дисковое пространство, к сожалению, не сохранились. Правда, их клоны "крутились" на маломощном персональном компьютере Геннадия Галыгина, да и то лишь благодаря замене операционной среды. Про то, как Галыгину удалось их "оживить", у Антона Шлыкова было много вопросов, и он собирался их своему другу-коллеге задать, но его не было: он ушел, хлопнув дверью, не понятно на что обидевшись.

Разобравшись с чудесно воскрешенными документами, Шлыков позвонил по мобильному телефону Геннадию Галыгину, чтобы обрадовать его подарком коллеги Колесникова, но тот его вызов отклонил. Недоуменно хмыкнув, Шлыков через опцию KUHEN заглянул в "творческую лабораторию" электронного писателя. Теперь он мог делать это со своего персонального компьютера, тогда как еще совсем недавно управление файлом-программой "Еще один странный случай на Патриарших прудах" было прерогативой Геннадия Галыгина.

— Неужели, — подумал он, — мистер Прог заранее знал о том, что Галыгин вспылит и уйдет с работы?

Программа-редактор приступила к сверке готовых к объединению разрозненных текстовых файлов новой новеллы, присваивая утвердительным предложениям значения "истина" и "ложь". Истинные утверждения пополнялись фактической информацией, а ложные удалялись, хотя и не все. Дело в том, что эмоционально насыщенная, пронизанная авторским чувством, обрисовка реальных событий, для художественного произведения любого жанра не менее важна, чем объективно-повествовательная. Свои лирические впечатления программа "ЭП-Мастер" "от себя любимой", естественно, выразить не могла, но вопрос, откуда она их заимствовала, даже для отцов-программистов представлял загадку.

За полтора часа до окончания рабочего дня в их кабинет шаркающей кавалерийской походкой, вошел Валерий Давлетгареев, и заплетающимся языком сообщил о том, что коллективное всенощное бдение по поводу Y2K отменяется. Теперь, по его словам, создается временная рабочая группа мониторинга информационных систем, которая будет работать в "ситуационной комнате", и от их подразделения требуется "ночной" представитель. Из этого следовало, что кое-кому из наших друзей все-таки придется встречать 2000-й год на своем рабочем месте.

Антон Шлыков тут же составил график дежурства сотрудников отдела на предпраздничный день и новогоднюю ночь. Геннадию Галыгину предстояло дежурить с 9.00 до 14.00, Александру Андрееву с 14.00 до 20.00. Себя он обрек на ночную смену, но, конечно, в пределах разумного. Мэр Москвы Юрий Лужков уже объявил по телевиденью о том, что в ночь с 31 декабря 1999 года на 1 января 2000 года проход в столичную подземку до двух часов ночи будет открыт.

Шлыков снова позвонил Галыгину, но так как тот в очередной раз его вызов отклонил, написал и направил ему SMS-сообщение следующего содержания: "Выходи на работу завтра с 9-ти до 14-ти часов. После этого ты свободен. Антон".