Метастазы
Шрифт:
– Да, давай.
Парень вытащил из вены иглу и старик вновь содрогнулся.
– Вот и всё! – восторжествовала бабка.
– Померить ещё раз сахар осталось. Дайте руку.
– Нет! Идите нахуй!
Бабка его стукнула по лбу рукой.
– А ну быстро дал руку!
Назар быстро проделал манипуляцию, гллюкометр показал «5.2».
– Теперь сахар в норме. – Заключил Николай, ручкой чиркая на бумаге.
– Кормите его , отпаивайте сладким чаем и водки не наливайте.
– Чего?! – воскликнул дед, окончательно понимая, что происходит.
– Помолчи!
– И к эндокринологу обязательно обратитесь, – закончил врач.
– Спасибо вам большое! – затрепетала бабка и толкнула брата. – А ну быстро скажи «спасибо», тебе доктора жизнь спасли!
– Спасибо нахуй! – буркнул дед. – Можно теперь поссать ?!
Бабка загоготала и отмахнулась от старого дурака рукой. Назар тоже не сдержал улыбки. Выкинув очередные использованные перчатки, он закрыл ящик и пошел за Нагвалем к выходу.
– Ещё раз спасибо, – провожала их хозяйка, – хорошей вам смены.
Дверь закрылась. У Назара создалось впечатление, что он пережил глобальную катастрофу. Нагваль спускался вниз с тем же спокойным лицом.
– Зря пожелала хорошей смены…
– Почему?
– Примета плохая, – пожал плечами герой и больше про этот случай даже не вспоминал.
Дальше скорую помощь вызывали маленькому мальчику с ангиной, Назар лишь наблюдал осмотр врача со стороны. У малыша держалась долгое время температура, поэтому пришлось госпитализировать. Затем был безрезультатный вызов алкоголику, который успел удрать с места до приезда бригады. Назар заполнял планшет и старательно изучал препараты в ящике с их предназначениями. Потом им довелось заехать пообедать, но ненадолго. Диспетчера кинули вызов с аритмией, Назар не смог ввести лекарство, так как у старушки вены полностью оказались склерозированными и моментально лопались. Тогда Нагваль всё сделал сам, парню лишь оставалось следить вместе с врачом за показаниями кардиографа. Аритмия всё не сбивалась, но под конец ампулы Новокаинамида все-таки произошел результат. Николай облегчено вздохнул.
– Не хотелось её везти в приемное, – признался он, когда вышли из квартиры пациентки.
– Почему?
– Да ритм может сам восстановиться прямо по дороге в больницу, и в итоге привезем ни с чем.
– Часто так бывает?
– Частенько. Главное, чтоб не умер в машине.
Назар промолчал и спрятал в кармашек пустые ампулы, чтоб потом обменять на новые.
Ближе к вечеру поступил вызов с очередной гипертонией, на который Нагваль среагировал по-другому.
– Знаю этот адрес. Бабушка со своим котом.
– А. Кошатница, – усмехнулся Саня.
– Постоянный клиент? – поинтересовался Назар.
– Можно сказать и так. У неё действительно давление скачет до потрясающих цифр, но в стационар ложиться ни в какую не хочет.
– Почему?
– Сейчас узнаешь.
Это был двухэтажный затхлый дом благотворительной помощи. Деревянные ступени своим скрипом молили о пощаде и в любой момент готовы были провалиться. Надписи на стенах уже не читались из-за древнего слоя плесени. Дверь в квартиру оказалась открыта. В прохожей пахло котом. Рыжий гигант испуганно ретировался через весь коридор прямо под кровать .
– Персик, ну ты чего, – раздался слабый старческий голос из комнаты, – весь дом снесешь…
– Здравствуйте, – поздоровался с порога Николай, – это скорая.
– Да, да, заходите, пожалуйста. Проходите в зал, а то мне тяжело подняться.
Врач с помощником прошли дальше. Бабушка сидела на кровати, отложив одеяло с треугольным вырезом в сторону. Над кроватью на полочке располагался пыльный абажур, который ещё чуть-чуть и свалиться старушке на голову. Его свет освещал высокие стопки старых газет и писем, которые за непонятной надобностью стояли именно возле кровати. У стенки стоял стол, на котором были разложены всякие таблетки. Напротив него располагался старый комод с книжными томами одного писателя по порядку нумерации. По левую сторону от него квадратный телевизор, завешанный вязаным платком. По правую сторону пустые коробки, то ли от пылесоса, то ли от холодильника; сейчас они выполняли функцию дома для рыжего животного.
– О, это вы! – выдавила радость бабушка, увидев Николая.
– Да, это мы. Вот мой новый помощник.
– Очень красивый молодой человек. Хотите чай, там, на кухне печенье есть…
– Нет, спасибо, – Николай присел на табуретку. – Как Персик поживает? Сбежал куда-то неугомонный засранец…
– Ой, не говорите. Никакого спокойствия с ним нет.
– Перестал отлучаться на улицу через окно?
– Представляете, – жаловалась она, – пришлось позакрывать все форточки. А то если в доме будет хоть одна щель, он обязательно её найдет. Уже надоела соседям со своими просьбами его отыскать…
– Понятно, – хлопнул в ладоши Нагваль, – вот волнуетесь, и поэтому давление поднимается…
– Ну что ж делать…
– Как что?! В больницу ложиться! Я же вам объяснял, что с такими цифрами вы себе инфаркт заработаете, а в вашем возрасте он крайне опасен.
– Да и слава богу, – молвила бабушка, – мужа я похоронила уже год назад, а без него совсем не справляюсь. Поскорее бы меня уже на тот свет Боженька забрал. Одна проблема – с Персиком некого оставить…
Рыжий кот осмелел, вышел тихо из укрытия и с любопытными большими глазами направился к ящику с ароматными лекарствами.
– Так же нельзя, – Николай стал натягивать манжетку на дряблую руку, – вам срочно нужно пройти курс лечения.
– Персика не с кем оставить, – стояла бабушка на своём.
– У вас же сын есть! Пусть он кота на время заберет!
– Он его ненавидит, потому что он ссытся где попало. В первый же день кот окажется на улице.
– Вот, 220 на 110! Это же страшный риск! – возмущению врача не было предела. – И так каждый раз, когда я приезжаю! Вам срочно нужна госпитализация!
– Уж простите меня, что вас беспокою вечно, я сама жду – не дождусь, когда отправлюсь на небеса к мужу…
– Да при чем здесь это! – вспрыснул руками врач. – Я же хочу помочь!
– Сделайте мне укол, пожалуйста, как обычно и всё, – взмолилась старушка и на её глазах выступили слезы. – Я не могу бросить Персика. Если и умру, то пусть это случится здесь. Он же без меня совсем пропадет…
Жалость подействовала на Нагваля моментально. Он снизил темперамент, молча достал магния сульфат, набрал в шприц с физраствором и уколол в вену. Врач был поглощён своими мыслями и внутренними противоречиями, совсем позабыв о Назаре.