Метастазы
Шрифт:
– Страшно?
– Немного.
– Это нормально.
Домофон без слов незамедлительно открыли, и бригада бегом поднялась на второй этаж. Дверь открыла старая женщина.
– Ой, как быстро приехали, ребятки…
От неё пахло алкоголем.
– Здравствуйте. Что случилось? – прошёл внутрь Нагваль, Назар следом.
– Да не знаю, всё хорошо вроде было, – женщина говорила очень медленно и с запинками, – а потом брат совсем никакой стал…
Квартира походила на настоящие руины. Многие вещи не меняли своего расположения со времён СССР. На дырявом диване под пледом лежал худощавый дедушка.
– Что конкретно случилось?
– Он перестал разговаривать. Речь стала совершенно невнятной… С каждым днем всё хуже и хуже.
Дед услышал посторонний голос и хаотично задвигал немощными руками перед собой. В его глазах наблюдалась кромешная дезориентация в пространстве.
– Он сначала истошно выл, звал меня и просил водки налить. Я ему периодически рюмочку в пол дня давала… А сейчас в туалет под себя ходит и вообще непонятно общается. Я подумала, – она ходила взад-вперед, – может, у него инсульт. У моей соседки вот недавно совсем случился…
– Много водки давали? – перебил ее несвязный треп врач.
– Да говорю же, рюмочку… Как обычно…
– У него сахарный диабет?
– Да. Есть такая пакость…
– Давай сахар посмотрим, – обратился Нагваль к помощнику, – доставай глюкометр.
Назар нашел чёрную сумочку, и Николай показал, как он работает.
– Вы меня слышите? – громко крикнул деду он, – вам сейчас палец уколют!
Дед ни на что не реагировал, лишь мычал и продолжал шевелить руками.
– Каплю крови на этот тест, – подсказал Нагваль.
Назар поймал костлявую руку, протер палец спиртовой салфеткой и уколол ланцетом.
– Один и пять показывает, – заключил парень.
– Гипогликемия, – вздохнул Николай. – Дед когда вообще в последний раз ел?
– Ой, милый, знаешь, он вообще ничего не хотел есть… Вчера две ложки каши в него силком засунуть смогла…
– И при этом водкой его накачиваете?!
– Так он до невозможности кричал…
– Набирай две двадцатки глюкозы, сейчас в вену полезем, – скомандовал врач своему помощнику.
Назар достал самые большие шприцы и, открыв четыре ампулы по 10 мл глюкозы, принялся их наполнять. Руки немного тряслись, по итогу перчатки оказались запачканными сладким раствором.
– Чего стоите?! Вы пока ему тёплую воду с сахаром разводите, – сделал замечание старухе Нагваль, -или чай. С водкой не перепутайте!
– Да что ты, милый…
Назар принёс два шприца и поменял липкие перчатки на новые.
– Попробуешь в вену зайти?
– Можно.
– Давай катетер, а то у него руки совсем худые, ещё насквозь проколем…
– Какой?
– Там есть маленький. Бабочка.
Назар нашел один маленький катетер с розовым лепестком . Прихватив салфетки и жгут, направился к больному.
– Давай в кисть, вроде, хорошие там… , – Нагваль измерил давление на руке и прижал её к кровати, позволив Назару затянуть жгут.
Парень продезинфицировал место укола, а врач пока приготовил бабочку и передал её напарнику. Игла была тоненькая, а вена успела за это время заметно вздуться.
– Прямо параллельно заходи и ощутишь пустоту. Затем потяни поршень и, если пойдет кровь, то ты там, где нужно.
Назар попал с первого раза. Старик вздернулся от неприятного ощущения и что-то завыл на своём инопланетном языке.
– Молодец. Теперь потихоньку начинай. Глюкоза очень тяжело может идти… А вы помогайте держать деда, он сейчас начнет дергаться.
– Конечно, конечно, – неловко и суетливо опустилась на колени сестра, -вы знаете, он ведь пить много начал не просто так …
Назар со всей силы давил на поршень, чтобы протолкнуть тягучую глюкозу. Бабушка тем временем рассказывала историю вперемешку со слюнями на ухо.
– У него два сына погибло. Один на операционном столе. Другой от цирроза печени… Оба пили. А такие ребята хорошие были…
Дед начал дергаться и громче стонать.
– Были мастера на все руки. Отцу весь дом сами построили. И потом такая беда… Вот он и сдал. Двух сыновей похоронить, вы сами подумайте… Ой, а что это с ним?
Дедушка начал приходить в движение.
– Это действие лекарства, он возвращается постепенно в себя, -заверил Николай и сильнее прижал руки и ноги пациента.
У Назара ныла кисть, но он не останавливался и продолжал вводить глюкозу.
– Ау… Уя…, – извиваясь, кричал дед, – бл…бля…
Глаза оживились ,координация понемногу возвращалась, как и речь.
– Блять… Нах…Нахуй… Нахуй ди…
Первый шприц опустел . Нагваль вставил второй. Парень набрал больше воздуха в легкие и продолжил сжимать поршень.
– Хватит… Блять… Б…Больно блять…
– Кажется, собой становится, – расплылась бабка в беззубой улыбке. – Вон как заговорил!
– Ссать… Спать хочу… Отпусти!
Все трое наблюдали наглядное превращение Шарика в Полиграфа. Дед всё красноречивее матерился и осознаннее чувствовал себя в своём теле.
– Отпусти! Нахуй! – пытался он вырваться, вертя бородой в разные стороны. – Отпусти, говорю! Заебали!
– А ну не ругайся! – крикнула ему бабка на ухо. – Тебе вон помогают ребята! Смотри, как мальчик похож на твоего сына! Ну, копия Никиты…
– Блять… Ссать хочу, не могу…
– Кажется, хватит, – сказал Нагваль.
– Можно выходить? – пот с Назара лил градом.