Чтение онлайн

Совершая Божественную Литургию, я поворачиваюсь лицом к собранию и говорю: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа», а потом обращаюсь к вам со словами: «Господь да будет с вами». В это время моими устами Сам Христос обращается к Своей Церкви. Но слова, которые я произношу от Его имени, обращены и ко мне, и я принимаю их в тот самый момент, когда говорю их вам: пребывая среди нашего евхаристического собрания, Христос собирает нас Духом Своим Святым, чтобы мы воздали благодарение Отцу.

И когда как ваш епископ, преемник апостолов, я произношу приветствие: «Мир вам», — я исполняю принятую от Бога миссию собирать в единстве и любви всю местную Церковь (то есть епархию) и быть знаком и гарантом её полного кафолического общения со всею Церковью. Эта литургическая формула напоминает нам о том, что не может быть католического единства без Апостольской Коллегии под властью Преемника Петра.

Таковы две основные формулы приветствия. Литургия предлагает нам и некоторые другие; часть их заимствована из начальных или заключительных строк посланий св. апостола Павла, как, например: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святого Духа да будет со всеми вами» (2 Кор 13. 13).

Все эти формулы прекрасны, и все они в большей или меньшей степени выражают тайну Святой Троицы и в той, или иной мере говорят о мире, о радости — всегда в присутствии Божием. И действительно, приветствие предстоятеля в начале Мессы, так или иначе, свидетельствует об уверенности, которая воодушевляет христианское собрание: Бог — посреди нас, и именно Он нас собирает воедино.

Теперь священник должен помочь собравшимся христианам войти в Евхаристическую Жертву — в некотором роде «ввести» их в богослужение данного дня. И вовсе не так, как это делает ведущий на телевидении перед показом какой-то передачи. Священник должен помочь собранию погрузиться в ту тайну, которая будет совершаться — здесь и теперь.

Во всяком Евхаристическом богослужении есть своя неповторимость, своя новизна: иногда она проистекает из тех обстоятельств, в которых оказываются верующие, зачастую основывается на празднике, приходящемся на этот день (прославление тайн жизни Христа или Богородицы, память святых и др.), и всегда — на Слове Божием, провозглашаемом в этот день, особенно в Евангельском чтении.

Поддерживаемый верою всей Церкви и подкрепляемый словом Священного Писания, предстоятельствующий священник должен в своём вступительном слове дать верующим почувствовать пульс молитвы Церкви, собравшейся в этот день на Мессе. Помочь может наиболее важное речение из Евангельского отрывка, читаемого в данное воскресенье. И пусть предстоятель без колебаний процитирует его в этот момент: таким образом, слово Божие само укажет верующим направленность их молитвы.

Священник призывает собрание, прежде всего, испросить у Бога благодать сердечного сокрушения о грехах. Именно это означает призыв «осознать наши грехи».

Что значит такое общее признание нами своих грехов в преддверии Евхаристии? В тот момент, когда Христос, Владыка святости, «Призвавший нас Святой» (ср. 1 Петр 1. 15), собирает нас, чтобы дарованием Своего Тела и Крови приобщить полноте Своей жизни — приобщить через наше участие в Его жертве, — это действие напоминает нам о нашем месте: мы принадлежим к роду грешному, но освящённому Христом. Надо, чтобы каждый признал, что он грешен, чтобы каждый назвал в тайне сердца всё, в чём он отступился от Бога и что отдаёт теперь на милость Божию, чтобы Бог спалил это огнём Своей любви.

Конечно, обряд покаяния в начале Мессы не заменяет таинства покаяния и личного исповедания грехов перед священником, когда мы получаем прощение от Бога. Но не всякий грех порождает смертельный разрыв с Богом. Благодать Евхаристии очищает нас от тех прегрешений, которые в какой-то мере отдалили нас от Бога.

Итак, священник призывает верующих к обращению сердца, к этому покаянному действию, которое предполагает и участие его самого. Он говорит: «Осознаем наши грехи, чтобы с чистым сердцем совершить Святое Таинство». Священник волен, избрать для этого и другие слова. Главное — призыв к обращению. Речь идёт не столько о том, чтобы совершить испытание совести по всем правилам (это в данным момент и не предлагается), сколько о том, чтобы испросить у Бога и принять благодать, помогающую признать себя грешником и покаяться.

Затем необходимо некоторое время сохранять молчание, чтобы каждый — вместе со всеми остальными — как бы поставил себя перед взором Божиим и сказал Ему: «Господи, вот перед Тобою моя жизнь: Ты её знаешь. Помоги мне ощутить горечь оттого, что я так мало любил Тебя и не любил ближнего по Твоей заповеди. Помоги мне страдать оттого, что я не живу Тобою всецело. Открой моё очерствевшее сердце. Вместо сердца каменного дай мне сердце сокрушённое, скорбящее о том зле, которое я совершал против Тебя».

Молчание, сохраняемое некоторое время собранием, даёт возможность каждому погрузиться в свою личную молитву.

Это время, как бы кратко оно ни было, имеет немалое значение для участия каждого в евхаристическом богослужении. Подумайте о словах Иисуса, которые произносятся при освящении чаши: «Это есть чаша Крови Моей, нового и вечного Завета, которая за вас и за многих прольётся во отпущение грехов»…

Слова «Тело Моё, которое за вас будет предано…» имеют то же значение. И в молитвах, готовящих нас к Причащению, мы снова молим нашего Отца, чтобы «мы были избавлены от греха» (после молитвы «Отче наш»), и (в молитве о мире) просим Христа: «Не взирай на грехи наши, но на веру Церкви Твоей» и т, д.

Прочтите внимательно (полностью) Четвёртую Евхаристическую молитву. В этой молитве раскрывается — сопровождаясь великим благодарением, — вся история спасения грешных людей, которых Бог избавляет через Своего Сына. Для нас познать меру своего греха значит познать полноту Божией любви, искупившей нас. Печаль о наших грехах становится радостью о прощении Божием. Источник этого прощения — Жертва Христова, и, совершая Евхаристию, мы приобщаемся к ней.

Затем священник начинает общую молитву, в которой собравшиеся исповедуются, в чём они грешны. Для этого нам предлагается несколько формул. Я остановлюсь на первой, одной из самых древних: «Исповедуюсь перед Богом Всемогущим…».

Что прекрасно в этой молитве (а её хорошо бы знать наизусть — я говорю это для самых молодых), так это то, что она ставит нас в положение ответственности за нашу личную жизнь перед Богом и перед братьями по вере.