Чтение онлайн

Девушка шла медленно, словно совершая неспешную прогулку перед сном. Вдыхая аромат прелой листвы, уже начинающей разлагаться у стволов высоких сосен и клёнов. Мокрые после недавнего дождя дорожки, выглядели не слишком ухоженными. В какой-то момент что-то внутри подсказало ей остановиться.

«Что это там?» — застыв, Мерей нерешительно взглянула туда, откуда, как ей показалось, и шёл зов.

По спине пробежал холодок, а сердце сжала ледяная хватка ужаса. Она прищурилась, пытаясь разглядеть то, что происходило в полумраке, и увидела довольно странную картину.

Хэмми стоял в тени деревьев, рядом с какой-то девушкой. Незнакомка, как заворожённая, смотрела ему прямо в глаза.

«Если это поцелуй, то почему это так странно смотрится? И почему мне так неприятно?» — подумала она, не в силах сделать хотя бы ещё один шаг.

Он наклонился к ней и их губы сомкнулись в поцелуе. Что-то в молодом сердце дрогнуло. Мерей смотрела на эту сцену с разочарованием, будто свершилось нечто крайне для неё неприятное. Но Хэмми не давай ей обещаний. Всё, что между ними было, так это две проведённые вместе ночи. Проведённые даже не в качестве пары.

Хэмми придерживал своими изящными пальцами затылок девушки, и в этом жесте виделась нежность. Такая необычная и редкая в это время романтика, разворачивалась в объятиях ночи.

Но глядя на это, Мерей не могла нащупать в себе даже отблеск света, девушка испытывала только горечь и желание уйти, пока её не обнаружили. Это казалось правильным решением, но в этот момент подул ледяной ветер. Будто бы в трансе, Мерей сделала шаг вперёд, потом ещё один.

Незнакомка тихо простонала. Мерей почувствовала, как душа несчастной потихоньку утекает. Это была не сцена любви, а убийство. Светлые волосы разметались по плечам и будто бы потускнели. Хэмми выпивал жизнь из тела, словно дорогое вино, но его жертва не кричала. Наоборот, она будто бы наслаждаясь собственной смертью, источая вибрации сладострастия.

«Почему я всё это чувствую и вижу?» — промелькнула мысль, но даже ради приличия, Мерей не могла отвернуться.

От этого зрелища было сложно оторвать взгляд, и что самое ужасное, ей безумно хотелось присоединиться.

Хэмми отстранился от девушки. Та выглядела просто отвратительно, опираясь спиной о дерево, она смотрела полным восхищения взглядом на того, кто секунду назад бесстыдно кормился от неё. Её кожа выглядела безжизненность и сухой, а всё тело колотила лёгкая дрожь. Не нужно было большого ума, что бы понять, что ей осталось совсем немного.

Хэмми её убивал, медленно, без эмоций, оставляя на месте живой души, пустую оболочку. Даже если сюда прямо сейчас вызвать скорую, ей уже не помочь. В таком состоянии душа недолго может поддерживать тело и будет разрушаться с течением времени всё больше и больше.

«Таковы взаимоотношения хищника и его жертвы. Один должен умереть, чтобы жил другой!»

Голос внутреннего монстра повторил слова Андре, и с этим было сложно не согласиться. Какой бы чудовищной ни казалась эта истина, Мерей не могла отрицать очевидного. Андре был хищником, Хэмми — хищник, и она сама, тоже хищник.

То, что ей удавалось до сих пор сдерживаться, лишь говорило о её упрямстве. Ведь рано или поздно и она падёт перед этой плотоядной тьмой, став чем-то иным.

«Казалось бы, мир стал намного безопаснее по сравнению с тем, что было пятьдесят или сто лет назад. Но как и тогда, в далёком прошлом, по улицам продолжают гулять монстры! Ты ничем не отличаешься от меня. Окружение сделало из тебя послушную овечку, но это лишь вопрос времени, когда тебе надоест играть эту роль!»

— Не надо, — одними губами, едва слышно произнесла Мерей.

Эти слова были обращены не к Хэмми, но он их принял на свой счёт. Выгнув бровь, парень лишь улыбнулся. Встреча охотника и жертвы — это то, от чего Мерей и сбежала.

Перед глазами тут же встал образ матери и её осуждающий взгляд. Девушка не хотела быть частью того жестокого мира, куда её обманом втянул Андре, но вместе с этим, волею судьбы пришла к тому, от чего хотела откреститься.

Чувство омерзения снова захватило душу, вызывая лёгкий рвотный позыв, как от несвежей курицы. В нос ударил незнакомый запах, который невозможно было распознать, а следовательно, и описать. Но этот аромат подталкивал Мерей к пропасти. Ей нестерпимо захотелось подойти к Хэмми и полакомиться тем, что осталось от несчастной жертвы. Но этот порыв был тут же задавлен голосом совести.

— Госпожа, — раздался тихий голос Хэмми, — Рад, что вы услышали меня, я уже думал, что ошибся.

Он всё ещё улыбался, но в этой улыбке не было теплоты, только едва заметная угроза. Да и сам парень словно изменился, черты лица стали словно острее, а в глазах появился недобрый блеск.

Мерей всегда была особенно чувствительной к любым изменениям и воспринимала мир острее окружающих. Но сейчас, именно из-за этой чувствительности разрывалась. С одной стороны её пронизывал холод, вынуждающий бежать без оглядки, а с другой, она хотела подойти ближе и поцеловать Хэмми. Это нездоровое притяжение было сильнее её, поэтому Мерей невольно сделала шаг вперёд, но тут же опомнилась и отступила.

— Так и знала, что это был ты! К чему всё это? — тихо произнесла она, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Вы так больше не сможете. Вам нужно поесть.

Ещё вчера он запрещал убивать на своей территории, а теперь сам предлагал ей жертву.

«Он противоречит сам себе, или это хитрый план!» — промелькнула мысль, но где именно крылась истина, девушка не знала.

Ей просто было противно. Противно от наблюдения, и даже от косвенной причастности. Она всю жизнь боролась со своей природой, а он предлагал ей буквально преступление против человечности.

Наблюдая за эмоциями, что так явно прослеживались на лице девушки, он вздохнул:

— Я давно почувствовал ваше присутствие. Ещё когда вы ступили на землю парка, — задумчиво обронил он, после чего отвёл взгляд и посмотрев на свою жертву, продолжил, — На самом деле я не способен любить, а эта сцена, не более чем ужин в полнолуние. Я, как и любое сверхъестественное существо, должен питаться и вынужден делать это, пожирая человеческие души.

От этого признания стало ещё более горько. Лицо девушки побледнело. В таких обстоятельствах все слова вылетели из головы. Она и сама не была святой, но искренне верила, что всегда можно найти способ питаться, не причиняя вреда.